Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Ревность – поэзия недоверия [х]


Ревность – поэзия недоверия [х]

Сообщений 1 страница 20 из 49

1

http://ipic.su/img/img7/fs/pikcha1.1437288707.png
НАЗВАНИЕ Ревность – поэзия недоверия
УЧАСТНИКИ Edward Barateon, Roxanna Arren
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ  графство Бэйлоршир, Бэйлор / 10 августа, 1442 г
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ Жизнь Эдварда и Роксанны потерпела значительных и, несомненно, приятных перемен. Наивно полагать, что это незаметно другим. Но все ли рады такому повороту событий?

+1

2

Сложно и описать весь тот круговорот событий, который захватил, закружил Роксанну по возвращению в Хайгарден! Она едва ли помнила себя от захлестнувшей её насыщенности жизни. Окрылённая сильным чувством и вниманием со стороны мужа, Роксанна была абсолютно счастлива и, казалось, не чувствовала земли под ногами.
Это утро не было исключением. Проснувшись, Роксанна лениво потянулась, нежась в шелковом блаженстве постели, и тут же на её губах заиграла улыбка. Этот день был прекрасен -  графиня была твёрдо уверенна в этом. Осталось только получить тому небольшое подтверждение....которым и являлся её муж! Вчера Баратэону нанесли поздний визит и он слишком долго был занят своими делами, но сегодня Роксанна была намерена наверстать упущенное. Задорно улыбаясь она уже мысленно представляла, как отыщет его, быть может обманом завлечет в утаенный уголок Хайгардена и позволит себе поведение сродни недостойной леди из нравоучительных рассказов. Предвкушая упоительный момент поцелуя, Роксанна нетерпеливо отбросила одеяло и опустила ноги на прохладный пол.

Прекрасное настроение не ушло от внимания Рашиды. Конечно, она знала, что отныне граф наведывается в покои супруги и искренне радовалась, что наконец-то её Искорка обрела истинное женское счастье. Проникшись настроением хозяйки, она и сама улыбалась. И без того красивые прически стали ещё более потрясающими, а в своё свободное время Рашида даже украсила своей великолепной вышивкой новое платье Роксанны, как будто старалась внести и свою лепту в их счастье.
С платьями вообще вышел небольшой конфуз. Дело в том, что буквально неделю назад ей довелось довольно основательно перебрать гардероб: некоторые из платьев вдруг оказались слегка тесноватыми в груди (после возвращения графиня увлеклась праздной жизнью и легкомысленное отношение к сладостям незамедлительно дало о себе знать). Впрочем, всё было легко решаемо: у Роксанны появились новые наряды и исчез поздний перекус в виде сладостей.
Именно на это новое платье с вышивкой Рашиды и пал выбор Роксанны. Для особенного дня (а он был именно таким!) нужен был и особенный наряд. Такой, чтоб муж не устоял. Она хотела вновь ощутить на себе его жадный взгляд, от которого дрожат коленки и щекочет в животе, увидеть в нём настойчивое желание и поддастся ему, пускай и на короткий момент поцелуя.

Эдвард был у себя в кабинете и Роксанна торопилась, дабы он не успел покинуть его. Это место вполне подходило для воплощения коварного плана, ведь никто не посмеет войти туда без стука и отвлечь графа Бэйлоршира от его дел. Ей оставалось лишь слегка «подкорректировать» занятость супруга. Дабы цель визите не выглядела такой уж очевидной, она наспех придумывала вопрос, с которым она якобы обратится к нему – повод для встречи. Ей оставался кой-то десяток шагов до цели, как внезапно дверь кабинета мужа отворилась и оттуда буквально выскочила Анна. Увиденное шокировало Роксанну, заставило её замереть на месте: девушка разрыдалась и торопливо поправляя на себе платье, убежала прочь...
Всё было слишком очевидным...Казалось, мир вокруг внезапно утратил краски. Замершее минутой ранее сердце начало надсадно отсчитывать удар за ударом, которые набатным звоном отдавались в голове. Воздуха стало не хватать и Роксанна почувствовала, что сейчас потеряет сознание. Ища опоры, она прислонилась к колонне, стараясь хоть немного прийти в себя и не упасть прямо на пол, а в голове уже вовсю бушевали мысли, раздирающие её душу непередаваемой болью. Дверь отворилась снова и оттуда спокойно вышел Эдвард. Её Эдвард!!! Не её…Не заметив в тени колонны графини, он характерным ему твёрдым шагом проследовал к лестнице, оставляя Роксанну наедине со случившемся.

Рашида не ожидала, что хозяйка вернется так скоро. Она только закончила убирать комнату после утренней ванны, как Роксанна вновь открыла двери в свои покои. Бледный вид графини явно привел её в замешательство. Не обращая внимания на вопросы встревоженной джентри, Роксанна молча подошла к кровати и легла прямо в платье. Спустя несколько минут Рашиде все же удалось добиться её внимания и Роксанна медленно кивнула в ответ.
- Да, мне плохо. Очень плохо. Не надо лекаря. Не хочу никого видеть…- больше не в силах говорить, Роксанна отвернулась и дала волю слезам, оплакивая осколки обрушившегося на неё мира, бессвязно приказав джентри убраться прочь.

+1

3

Многое изменилось в последнее время. Какой-то месяц перевернул с ног на голову всю жизнь в Хайгардене. Чувствовалась какая-то свобода и легкость. И даже дела, казалось, стало вести проще, несмотря на весьма прискорбную ситуацию в королевстве.  Возможно, виной тому развитие Бэйлоршира, который наконец-то начал оправляться после военных потерь. А, возможно, причина в личной жизни, которая всегда поразительным образом сказывалась на всей окружающей обстановке, кто бы и что там не говорил. Никакой неловкости, никаких глупых вопросов или сомнений. Мы с супругой просто наслаждались обществом друг друга, открыто, без утайки, и мне это чертовски нравилось! Жаль только, что дела отнимали львиную долю моего времени, однако тем долгожданнее была каждая встреча.
Сегодняшний день не стал исключением. С самого утра я сидел в своем кабинете, принимая знатных лордов и беседуя с Томасом относительно ситуации в Бэйлоршире. Все складывалось крайне удачно, меня это не могло не радовать. Вскоре я остался один, наедине с письмом от моего брата. Палантир, оплот нашей торговли, в очередной раз поражал результатами. Этот город восстанавливался явно быстрее остальных. Помимо деловых новостей, Гарольд писал о детях и о супруге, которая ждала еще одного ребенка. С какой стороны не глянь, новости прекрасные. Я все еще читал письмо, задумчиво почесывая бороду, когда в кабинет вошла Анна. Она поставил на стол кувшин с водой, наполнила мой кубок и, вроде как, должна была уйти. Вот только я не расслышал звука закрывающейся двери, потому в какой-то момент перевел свой взгляд от письма к служанке. Девушка стояла в нескольких шагах от слова и смиряла меня неуверенным взглядом, словно хотела что-то сказать или спросить, но не решалась. Что ж, я отложил письмо и вопросительно посмотрел на нее.
- Если Вы желаете, я… могу остаться, - наконец-то протянула Анна, на что я лишь поджал губы, не то удивившись, не то не зная, что сказать в ответ. Разумеется, слова эти мне были понятны. Анна, такая красивая и обаятельная, не ускользнула от моего взгляда, как только оказалась в Хайгардене. И хоть я никогда не прикасался к прислуге (из-за этого могло возникнуть много проблем, это стоило понимать), с этой девушкой все вышло иначе.
Вероятно, расценив мое молчание, как безмолвное согласие, Анна повернула голову в сторону, оголяя передо мной свою шею и частично плечо. От чего-то это содвигало меня встать, и это остановило девушку. Ее красота никуда не делась, она по-прежнему привлекала внимание всех и каждого, но… я уже не смотрел на нее так, как прежне. Не испытывал такого же трепета и желания, не чувствовал искушения, хотя общая картина, несомненно, все еще была приятна. И все это не потому что я уже успел узнать, каково это - быть с ней, а потому что узнал, что бывают ощущения куда сильнее. И, так уж вышло, что те самые ощущения дарила мне совсем другая женщина. Не Анна. Что-то меньшее меня уже не волновало. Вот потому лучше не заводить отношений с прислугой, - тут же пролетело в голове, после чего я медленно подошел к девушке. 
- Ступай, - аккуратно прикрыв оголенное плечо и отрицательно покачав головой, тихо протянул я, на что в ответ получил озадаченный взгляд.
Весьма однозначный ответ, который такой умной девушке был предельно ясен. Даже не посмотрев на меня, она резко развернулась и быстро покинула кабинет. У меня же были дела, потому, решив, что все забудется, я вышел следом.

Буквально через час я уже направлялся к своим покоям, дабы написать ответное письмо брату. Однако по дороге меня встретила Рашида. Обычно эта женщина проводила все свое время с леди Аррен, но сейчас, от чего-то, размеряла шагом пол коридора около покоев графини. Разумеется, это не осталось незамеченным, и я тут же подошел к камеристке. Оказалось, леди Аррен пожаловалась на плохое самочувствие и, уподобляясь мне, попросту выгнала из покоев свою служанку. Что ж, меня она выгнать не могла, от того я, без стука, быстро вошел в помещение. Разумеется, ухудшающееся состояние супруги – совсем не та новость, которая могла бы меня сейчас порадовать.
- Что случилось? – оказавшись внутри, взволнованно протянул я, после чего подошел к постели Роксанны и присел на край. - Еще вчера вечером ты была абсолютно здоровой…
Сперва я дотронулся ладонь до щеки супруги, словно проверяя на жар, а затем, наклонившись, поцеловал ее в уголок губ. К сожалению, Роксанна молчала. Впрочем, врятли у нее было время для ответа, ибо сразу после моей фразы в дверь постучались. В покои вошла Рашида и передала, что в Хайгарден прибыл лорд Корвуд. Что ж, гостя нужно встретить и обсудить некоторые вопросы. Так что, глубоко вздохнув, я снова наклонился и поцеловал супругу в висок, после чего отправился на встречу. Предварительно, разумеется, приказал Рашиде позвать лекаря. Жара не было, если верить моим ощущениям, но причины у плохого состояния быть должны.

Поздно вечером я захотел навестить леди Аррен, однако она уже спала. Мне ничего не оставалось, кроме как вернуться в свои покои и написать несколько писем. Следующий день мало чем отличался от остальных. Хотя… Я почти не видел жену. Удивительно, но она всегда находила способы пересечься. В коридоре, в гостиной, столовой или кабинете. Сегодня же мы лишь изредка пересекались взглядами. И то происходило это лишь тогда, когда я знакомил ее с прибывшими гостями. Я все списывал на здоровье графини, потому не беспокоил ее лишний раз и не особо переживал из-за подобного поведения. Да и дел было много. Лорды приезжали со всего Бэйлоршира. Под вечер я вновь захотел навестить супругу, однако и сегодня опоздал: она уже спала. Правда, в этот раз в свои покои я не вернулся. Неимоверно устав, я просто поцеловал спящую графиню в щеку и прилег рядом. Мало ли опять состояние ночью ухудшиться.
Примерно такой же монотонный режим сопровождал все мои последующие дни. Хотя у меня не было времени на то, чтобы осознать это. Зато вечером ожидалась другая встреча, куда более интригующая. Разумеется, у меня был человек, который отвечал за доставку мне достоверных (или не очень) сведения со всего королевства. Кто-то называет их шептунами, кто-то шпионами. Неважно. Главное, что он и его люди доносили до меня всю информацию, которая, так или иначе, могла повлиять на государство, Бэйлоршир или даже на меня. Он знал все. И благодаря этому, редко какие новости могли застать меня врасплох. Правда, сегодня ничего нового, увы, лорд Арно не сообщил. Однако и ушел не сразу. Мужчина остановился у дверей, а после развернулся, явно не решаясь что-то сказать.
- Если есть, что сказать, лучше говори сразу, - вполне добродушно протянул я мужчине.
- Понимаете, милорд…, - неуверенно начала он, но все же развернулся и вновь уселся в кресло напротив моего стола. – Я даже и не знаю, как начать. Это касается Хайгардена. Вы обязали меня так же доносить сведения, которые могут повлиять на Вашу репутацию, от того я не могу промолчать. Не стану ручаться за достоверность, но с недавних пор по поместью ходят весьма сомнительные слухи. Они касаются графини,  - и если до того я выглядел весьма доброжелательно, после этих слов сразу нахмурился, но был готов выслушать, хотя и не понимал, что за слухи могли окутать настолько добрую и скромную в обществе женщину. – Мне неприятно сообщать об этом, но в Хайгардене поговаривают, что графиня неверна своему мужу.
- Что за ерунда? – тут же выпалил я, не дав Арно закончить.  Все это казалось такой нелепицей, что я мог бы засмеяться. Да только злость взяла верх. Злость по отношению к тем, кто эти слухи распускает!
- Понимаю, Ваше сиятельство, весьма неожиданно. Я тоже был удивлен! И не стал бы слушать, но… мне сказали, что есть свидетели, видевшие, как Ваш юный садовник покидал покои графини. Я тут же проверил информацию, - после этих слов Арно пожал плечами, давая понять, что свидетели свои слова подтвердили.
- И ты им веришь?
- Я никому не верю, мой лорд. Я лишь донес до Вас слухи, которыми заполнен Хайгарден. Что с ними делать, Вы решаете сами. Но я, конечно же, продолжу проверять информацию, если Вы пожелаете.
- Пожелаю. Но мне нужны доказательства. Факты, а не сплетни из уст прислуги.
Кивнув в знак почтения, лорд Арно удалился и оставил меня наедине со своими мыслями. А мыслей у меня было… И не веришь, кажется, но само представление о том, что леди Аррен может быть с кем-то другим, просто выводит из себя. Мое лицо чуть не побагровело от возникшего напряжения, я встал из-за стола и глубоко вздохнул, пытаясь привести мысли в порядок.  Слухи, это всего лишь слухи. Не более. По иронии судьбы, через окно я заметил того самого юного садовника, который сейчас мирно ухаживал за розами.

+1

4

Роксанна потеряла счёт дням. Её просто перестал интересовать мир вокруг, и она, в принципе, была и рада этому. Ведь так было даже проще: ничего не видеть, ничего не знать...
Не желая привлекать лишнего внимания к себе (конечно, затянувшуюся болезнь графини просто так не оставили бы) она периодически покидала свои покои. Бесцельно бродила по Хайгардену, отдавала блеклые, такие же, как и она, распоряжения - всё для того, лишь бы не трогали, не задавали лишних вопросов.
А здоровье и вправду как-то пошатнулось. То ли от нервов, то ли от недоедания (о каком аппетите могла идти речь), графиня все чаще ощущала головокружение, а иногда и приступы тошноты. Но и на это на не обращала внимания. Так было даже проще: хоть немного разделить душевную боль, хоть часть перебросить на физическую. Нет, она не ревновала его -  она погибала. Ревность — это нежелание делить, попытка предотвратить измену, но в её случае это уже происходило. Происходило в моменты её беззаботного счастья! Она искренне верила во взаимность, и она ошиблась, горько поплатившись.
Хуже всего было, что иногда она видела и Его, приходилось. Не смотря на то, что в Его присутствии она молчала, старалась избегать встречи (даже ложилась пораньше) - Он приходил. Теперь Его внимание, Его взгляд доставляли Роксанне лишь невыносимую боль, ведь она знала, что вынуждена делить всё это с другими женщинами. Пожалуй, больше всего душевных сил она тратила именно на уничтожение навязчивых мыслей как Он смотрит на них, как их ласкает, как им улыбается, но они были настойчивыми. Лишали покоя днём, сна ночью...
Она хорошо помнила ту ночь, когда Он пришел и остался. Думая, что она уже спит -  лёг рядом. Что это было? Дань отношениям? Сочувствие?! Милосердие?! В ту ночь Роксанна не сомкнула глаз. Думала, что слёзы давно закончились, но нет - нашлись. Под звуки Его дыхания - таки похожими на отдалённый шум моря...- Роксанна беззвучно проплакала всю ночь.

Конечно, так не могло продолжаться вечность. В то утро Роксанна почувствовала себя немного лучше. Похоже, организм взбунтовался за столь неблаговидное отношение к нему и попросту отключил сознание, заставив уснуть. Ночь сна подействовала лучше всяческих микстур, да ещё и Рашида решила порадовать её. Видя душевные терзания Роксанны она подсуетилась с самого утра и принесла к ней завтрак прямо в постель – сырный пирог с анисом. Пускай графине есть и не хотелось, но стало немного неловко, что своим поведением она заставляет переживать пожилую женщину.  Да ещё и джентри так красочно рассказывала, как беспокоится кухарка, как та старалась, хлопотала с самого утра, чтобы поспеть к раннему завтраку…
- Спасибо, Рашида. Пахнет правда вкусно. – бледно улыбнувшись ответила Роксанна. Пирог и вправду выглядел очень аппетитно и, воистину, всем своим видом подтверждал, что сделан с любовью. Твердо решив уважить труд этих женщин, их заботу, она решительно взяла кусочек пирога и откусила. Сделав несколько неуверенных движений челюстью, жуя пирог, Роксанна вдруг остановилась, побледнела, а после и вовсе соскочила с кровати, рванув за ширму. Сыр оказался абсолютно прогорклым! Не выдержав такого издевательства над собой, Роксанну стошнило.
Лишь спустя несколько минут она пошатываясь вышла из-за ширмы. Вытираясь мокрым полотенцем, она вновь направилась к кровати.
- Убери, прошу. – прошептала она джентри, указывая на злополучный пирог. Казалось, вся комната пропиталась запахом горького сыра и аниса, но особенно будоражила нюх именно, любимая ране, а теперь абсолютно ненавистная, специя.
– Он испорчен. Не знаю куда она смотрела… - так-сяк объяснила она Рашиде своё поведение.
- Как испорчен?!! – не в силах поверить в преступную халатность кухарки, Рашида схватила недоеденный пирог и откусив кусок стала остервенело жевать. По выпученным глазам, было видно, что настроена она решительно и Розе было явно несдобровать – дай только повод.
- Не знаю, просто убери его! … – взмолилась Роксанна. Всё так же нетвёрдо ступая она добралась до балконной двери и открыла её запуская свежий воздух, пытаясь выветрить ненавистный запах аниса, который столь щедро источал пирог.
Она не видела, как решительность во взгляде Рашиды плавно изменилась замешательством, а после и вовсе задумчивостью. Как она откусила ещё раз…и ещё, доев весь кусок. Отставив пустой поднос, она изучающе скользнула взглядом по Роксанне. Спохватившись, помогла ей лечь обратно в постель, а после доверительно взяла её за руку.
- Искорка, а ты не думаешь, что ты… - тихо поинтересовалась она. По понятным причинам, разговоры о возможной беременности были под табу.  Сколько было моментов, когда Роксанна ошибочно полагала, что это произошло! Сколько разочарований! Сколько тщетных надежд…
- О, Господи, Рашида! - Роксанна перевела страждущий взгляд на джентри, но та продолжала смотреть на неё мягко, упрямо.
- У тебя не было…С тех пор, как ты вернулась не было. А должно... – осторожно выдала очередной неоспоримый факт Рашида.
- Ты же знаешь, это от смены климата. Так бывает… – менее уверенно ответила Роксанна, а в голове уже роились встревоженные мысли. Конечно, было над чем подумать: платья, резко ставшие тесными в груди, головокружения, тошнота, да и регулярно проявляющихся особенностей женского организма действительно не было. Но на всё это было иное оправдание и лишь вкупе они выглядели как нечто абсолютно невероятное, чрезвычайное…
- Нужно позвать доктора. Сказать – подытожила джентри. Она хотела уже подняться, но графиня внезапно схватила её за руку. Одарив Рашиду испуганным взглядом, Роксанна прошептала:
- Никому ни слова, ясно? Пока не убедимся. Не хочу, чтоб это узнал он.  Не хочу, чтобы…- так ни не закончив мысль, Роксанна отпустила руку женщины и откинулась на подушки, полностью уйдя в собственные мысли. А подумать было над чем…

А если это так? Роксанна отложила расческу и внимательно посмотрела на своё отражение. Вид у неё был довольно бледный, а глаза сверкали каким-то лихорадочным блеском. Похоже, она забыла, что делать дальше…Когда-то сотни раз представляла, как это будет. Как она будет радоваться, как будет говорить эту новость мужу, отцу, матери, Лейле и как они будут удивляться, радоваться вместе с ней…А теперь сидела и растерянно смотрела на себя в зеркале. Даже шелохнутся боялась, дабы всё это не оказалось нелепым сном.
Под окном раздался металлический скрежет и Роксанна вздрогнула, обернувшись на шум. Ей не требовалось видеть, она и так знала, что там происходит. К основанию их балкона примыкала решетка, по которой вились глицинии и иногда садовник взбирался по ней, подвязывая растения и направляя молодые побеги в нужную сторону.

+1

5

Вскоре мне все же удалось обуздать нахлынувшие чувства и привести мысли в порядок. Слухи, сплетни – все это обычные вещи, особенно когда тебя окружает такое количества юных особ с длинными языками. Одна сказала, вторая неправильно услышала, а третья так и вовсе сделала непонятные выводы и передала четвертой. Всего лишь ошибка, - убедил себя я, и стало как-то легче. Я даже решил отправиться к леди Аррен. Что еще, как не ее улыбка или оживленная беседа, отвлечет от неприятных мыслей? Зашел я со стороны террасы, и даже предварительно постучался. К удивлению, Рашиды в покоях не было (ее вообще часто выгоняют в последнее время, графиня оказалась капризным больным), зато леди Аррен спокойно сидела у зеркала и причесывала волосы. Такая редкость, сразу увидеть ее волосы! Обычно голову супруги покрывала шаль. Я быстро избавлялся от нее, но все же…
- Как ты себя чувствуешь? – с улыбкой поинтересовался я, подходя ближе к леди Аррен. Я наклонился и коснулся губами ее оголенного плеча, однако последующее движение графини невольно натолкнули на мысль, что действия мои не совсем желательный. Что ж, я вновь выпрямился и глубоко вздохнул. Видимо, леди Аррен все еще плохо себя чувствует. – Что лекари говорят?
Эти слова прозвучали уже сдержанно. Впрочем, по отражению в зеркале я видел бледноватое выражение лица супруга, а вместе с этим... какая-то отстраненность. Словно не муж в покоях, а посторонний человек. Чем же она болеет? Нужно  поинтересоваться у лекарей, - и в этой мысли не было ничего удивительного. Меня не совсем утраивало, что из-за этой болезни леди Аррен начала сторониться меня. Мне хотелось прежних отношений, так что чем быстрее вылечится – тем лучше. Жаль только, что продолжить нам не дали. Уже в который раз, начавшуюся беседу прервала Рашида. Томас зовет. Кто-то пришел. Я уже было хотел сказать, что подождут, но вовремя передумал. Кажется, сегодня вечером никаких встреч не планировалось, так что это время и полностью мог посвятить леди Аррен. В конечном счете, неизвестная хворь пугала меня не только из-за ее влияния на поведения супруги.
- Хорошо. Я иду. Прости, я навещу тебя вечером, - по привычке я вновь подался вперед, желая наклониться и поцеловать леди Аррен, но вовремя остановился. Вместо поцелуя, просто провел ладонью по ее плечу и только после удалился. 

Ничего интересного беседа, состоявшаяся после визита к Роксанне, не принесла. Обычные рутинные дела. Но они заняли много времени. Потом были какие-то письма, нужно было на них срочно отвечать. Я и не заметил, как начало темнеть. В это время как раз пожаловал и лорд Арно. Почему-то никаких неприятных мыслей его появление не вызвало. Не мог же он так быстро разобраться с этими сплетнями. Явно пришел по другим вопросам. Но я ошибался. Сидя на кресле в своем кабинете, я внимательно слушал бэйлорширского «шпиона», который уверенно говорил о подтвержденных свидетельствах. Разумеется, он ни за что не ручался. Но преподносил мне факты. Которые были весьма убедительными. Одна служанка слышала. Другая якобы видела. Даже сегодня! С каждой из них он говорил лично, но отказался называть мне их имена. Я не стал настаивать, ибо иначе ни одна душа больше и рта при нем не откроет. А это плохо, когда информация – твоя работа. Но достовернее всего было другое: письмо. Так и не переданное письмо, которое Арно вытянул из каморки садовника.
После всего услышанного и причинного я встал и, сомкнув руки за спиной, повернулся к окну. Пытался держаться спокойно и холоднокровно. Внешне это удавалось. Каждый должен думать, что дело только в моей репутации. И никто не должен узнать, что под всем этим кроется нечто большее. Нечто, что бьет гораздо больнее. Как можно было так обжечься? Да как она могла? – и эта мысль злила. Не поэтому ли она так сторониться меня все эти дни? Не поэтому ли так реагирует на мои прикосновения? Не болезнь тому виной, а новое увлечение. Что ж, прибавить ко всем этим мыслям уязвленное самолюбие, порушенную гордость и,р аз уж было затронуто, репутацию, которая заметно пошатнется, – тот еще коктейль эмоций получится. Не удивительно, что я все-таки не сдержался и смахнул от злости кубок с водой. Тот с грохотом рухнул на пол и разбился в дребезги. Арно спокойно снес гнев хозяина, но промолчал. Врятли кому-то хочется сталкиваться с таким. 
- Буду ждать новой информации. А теперь оставь меня, - уже спокойнее, но с присущей мне жесткостью, проговорил я. Собеседнику не нужно было говорить дважды.
Разумеется, точку в этом вопросе я не ставил. Пусть доказательства уже были, но моему сознанию, которому оказалось слишком трудно принять факты, было мало. А что будет, если окажется, что этот молодой садовник и вправду касался моей жены? Даже думать об этом противно! Но я знал, что будет. Уже сейчас я сжимал кулаки от одной только мысли о нем.

В дверь графини я постучал, как только немного успокоился. Хотя выражение моего лица все еще передавало тот гнев, который мне довелось испытать, но с которым удалось справиться. В покоях уже была Рашида, но ей я достаточно строгим голосом велел оставить нас наедине. Она уже было хотела поспорить (явно по моему виду опасаясь ссоры), но не менее строгий взгляд переубедил джентри открывать рот. Служанка поклонилась и поспешно покинула помещение. Я же выпрямился и, сомкнув руки за спиной, несколько секунд смотрел в глаза супруги. Как я мог так ошибиться? Или не стоит делать поспешных выводов? Одно я знал наверняка: невозможно дальше жить нормально, обладая той информацией, которую мне принес Арно. По крайней мере, я должен услышать версию супруги. Как она объяснит эти слухи и письмо. Как объяснит свое поведение     
- Тебе лучше? – я начала издалека, хотя в голосе не было и нотки той взволнованности, которая присутствовала в нем еще утром. – Сегодня я встретил Робитэйла. Он сказал, что ты прогнала его и не дала себя осмотреть. Это либо глупость, либо никакой болезни нет.  Ты вообще выходишь из своих покоев? Знаешь, какие слухи ходят по Хайгардену? – попутно я медленно подошел к окну и выглянул, словно что-то искал. И вправду, решетка так близко. Невольно вспоминаешь утро и тот шум, который слышал, выходя из покоев. Злость опять начинает прибывать, но я держусь. – Так вот я тебе расскажу. Говорят, что… графиня, сама графиня Бэйлор, увлеклась юным садовником и даже принимает его в своих покоях. И слухам этим трудно не верить, когда тебе суют столько доказательств!
С этими словами я продемонстрировал леди Аррен письмо. Почему оно вызывало сомнения? Да потому что там не было указано, кому именно написано. «Моя дорогая», «Моя возлюбленная» - никакой конкретики, хотя, по словам осведомителя Арно, именно в том ящике Робин хранил все письма своей графини. Совпадение? Или я просто не хочу верить в очевидное? В любом случае, это отличный способ узнать правду. Роксанне некуда бежать и она признается, если письмо должно было принадлежать ей. Хотя я даже не знал, чего хочу больше. Чтобы она отрицала, лгала или говорила правду. Пожалуй, я просто хочу, чтобы все это оказалось вымыслом. Всего лишь нелепым слухом.

+1

6

Пожалуй, её невольный интерес к террасе не был таким уж и беспочвенным - в дверном проеме возник Бараэон. Задумчивость графини была столь же глубокой, как и внезапным его появление. Заприметив упавшую на неё тень, Роксанна повернула голову к двери и неосознанным жестом глубже запахнула халат, как будто он мог узреть в ней то, что для него не предназначалось.
Возможные перемены в жизни Роксанны слегка притупили боль от измены, но отнюдь не даровали прощенье и душевное спокойствие, потому она было всё так же малословна, избегала смотреть на него, а когда Эдвард склонился в попытке поцеловать её плечо и вовсе отстранилась, препятствуя прикосновению.
- Со мной всё в порядке. – холодно заверила она мужа, поправляя сползшее плечо халата. Благо, допрос был прерван Рашидой, которая позвала мужа по более насущным, чем сама Роксанна, делам и Эдвард поспешил удалится.
Возможную беременность с Джентри они больше не обсуждали. Конечно, Роксанна не намерена была скрывать это от мужа, просто ей нужно было время. Чтобы убедится. Не выглядеть истеричной женой, которая попыталась «привязать» к себе мужа мнимым успехом в столь деликатном деле.  Да и в сам успех она верила не особо… Слишком долго ждала, разуверилась, а тут…Получается, что это произошло чуть ли не в их первый раз? Разве такое возможно?
И всё же, несмотря на сомненья, Роксанна решила подстраховаться. Она заставила себя пообедать и даже сумела сохранить этот обед в себе. Свежий воздух и еда помогли ей справиться с головокружением. Она приказала джентри одеть себя, попутно замечая, как небрежно та в этот раз затянула та корсет – он был совсем свободным! Быстро сообразив с чего Рашида так резко «разучилась» делать свою работу хорошо -  спорить не стала, просто попросила достать атлантийское платье (отличавшееся более свободным покроем)
Но всё это было задачами второстепенными. Главным же всё ещё оставался вопрос спокойствия. Так или иначе, если она не прекратит себя истязать, всё закончится очень быстро (если там что-то есть вообще). Не любить она его не могла, но и простить тоже. Над этой дилеммой она думала весь остаток дня, позабыв даже сделать показательный обход поместья. Путём долгих размышлений, из которых она решительно вычеркивала эмоции (с уважительной причиной это было сделать гораздо проще), ей удалось прийти к выводу бесхитростному, но определённо имевшему смысл: нервничать нельзя. Если это правда, если мужу действительно удалось подарить ей ребенка – она будет благодарна и за это. Будет относится с должным уважением, будет полноправной и достойной графиней Бэйлоршира. А чувства…чувства, быть может, пройдут со временем, притупятся. Ведь они безответны и что происходит в таком случае Роксанна уже знала…В конце концов, она же жила как-то до всего случившегося и прекрасно понимала, что женщины у него были.

Приняв такое решение, второй приход графа Роксанна восприняла уже более спокойно, хоть и по-прежнему без собой радости во взгляде.
- Потому что я чувствую себя хорошо. Я исправно исполняю свои обязанности и слежу… – только и успела ответить она, но Баратэон не стал её слушать, жестко продолжая задавать вопросы, суть которых открылась графине не сразу. Слишком уж безумными, провокационными они были!
Если удивление можно считать настроением, то изменить его Баратэону все же удалось. Выслушивая абсурдные обвинения, губы Роксанны дернулись в неопределённой, нервной улыбке, которая тут же угасла, так и не сформировавшись. Это что – шутка такая?!! Но, то ли из графа вышел плохой шутник, то ли всученное ей письмо выглядело слишком уж реально – графиня поняла, что над ней сгущаются тучи реальной опасности.
- Я с абсолютной уверенностью Вам заявляю: обвинения абсолютно беспочвенны. – Роксанна постаралась говорить, как можно более уверенно и выглядеть соответственно, хотя сейчас больше всего ей хотелось набросится на него, порвать в клочья отвратительный кусок бумаги и бросить ему в лицо. Как он смеет обвинять её в подобном?! Он?!!
- И более того, они чрезвычайно оскорбительны и низки и абсурдны. Я бы никогда… – задохнувшись от собственного гнева и обиды, Роксанна покраснела и сжав кулаки замолчала, пытаясь совладать с собой. Какая ирония! Он - предатель, изменщик -  обвинял её в подомном проступке!!
- Думаю, мистер Бронкс подтвердит мои слова. – всё же продолжила она, как только смогла взять себя в руки. Но увидев, как на скулах Баратэона от самого упоминания имени садовника заходили жлеваки, в тот же момент поняла, что ни её слова, ни слова бедного садовника в этой грязной борьбе отныне не покажутся достоверным аргументом. Так что же ей делать? Как доказать правду?

+1

7

- Беспочвенны? Весь Хайгарден гудит об этой «чудесной» новости. Если слухи появились, то у этого были причины, - достаточно жестко произнес я, пытаясь сохранять свое хрупкое спокойствие. Пока что получалось. Но надолго ли?
А ведь действительно. Не мог же один человек внезапно подумать и решить: хорошо бы испортить репутацию графини! Это абсурдно. Так или иначе, произошло что-то, что натолкнуло на подобные мысли. А там уже и слухи поползли. Вопрос в том, кто и что видел и как это трактовать на самом деле. Только узнаю ли я? Имена информаторов мне неизвестны, а графиня выбрала тактику отрицания. Чем-то эта ситуация напоминала история с отравлением. Только доказательства тогда были совсем другие. Анализируя все произошедшее сейчас, я готов признать, что поспешил с выводами. Но мог ли я сказать то же самое при данных обстоятельствах, держа в руках письмо и имея такие убедительные слова прислуги?
- Оскорбительно и низко получать такие вести! Слышать о том, что жена проводит время с каким-то садовником! Или ты думаешь, что для меня все это пройдет бесследно? - каков урон репутации! Хотя, конечно, не это было главное. Пусть это станет ширмой, пусть думает так. Слишком низко показывать свою уязвимость.
По последним фразам стало понятно, что терпение мое начинало постепенно угасать. Не удивительно, что слова супруги не приносили спокойствия, а лишь раздражали. Отрицания и ничего более! Никаких доказательств, никаких веских аргументов в свою защиту. А ведь именно за этим я пришел. Именно это хотел услышать. Поведение так же не особо располагало. Что пару дней назад, что сегодня – я был чужим и нежелательным человеком в ее жизни, недостойным ничего, кроме злости,  гнева т возмущения. Даже объяснений. Вот и прошло неравнодушие, которое так крепко связывало нас на протяжении нескольких месяцев. Не означает ли это, что слухи не врут? От одной только этой мысли становилось не по себе! Но как бы я не пытался отогнать их, выводы, так или иначе, настигали меня. Свою роль сыграло и недоверие. О да, ее молчание о событиях на острове до сих пор занимали особое место в моей голове. Память у меня хорошая. Невольно свяжешь одно события с другим. Графиня любит скрывать важные факты.
- В этом я не сомневаюсь! – в конец лишившись терпения, рявкнула я. Пожалуй, упоминание имени этого садовника  стало последней каплей.  - Он не хуже тебя знает, что с ним будет, окажись это правдой. С другой стороны, должна же быть причина, по которой последние несколько дней ты ведешь себя так, словно не знаешь меня.
Хорошо бы сейчас просто развернуться и уйти, немного успокоиться, упорядочить свои мысли, но я стою и продолжаю смотреть в глаза, которые некогда дарили мне такое умиротворение! В голове сумбур. Что делать? Что думать? Верить? Не верить? А если это правда? Какой смертью умрет садовник? И что я сделаю с Роксанной? В общем, весь этот хаос разозлил меня еще сильней. Я все еще не был намерен бросаться утверждениями, давал возможность жене привести хоть какие-то аргументы, но аргументов не было. Мне оставалось лишь ждать лорда Арно с новой информацией. Мучительное ожидание. Еще одна причина для того, чтобы немного позлиться.
- Не переживай, с… мистером Бронксом поговорят, - после этих слов я медленно подошел к супруге и остановился буквально в нескольких сантиметрах от нее. -  Помнишь, что я когда-то сказал тебе о доверии? Если выяснится, что ты меня обманула, Роксанна…
Я поднял раскрытую ладонь, словно мне хотелось в очередной раз сжать ее шею, дабы наглядно продемонстрировать, какими последствиями чревата такая правда, подобное обращение со мной и тем, что я к ней питал. Однако в самый последний момент я просто сжал ладонь в кулак. Не менее эффектная демонстрация. Самой Роксанне ничего не грозит, а вот Робину этим кулаком я череп точно проломаю. По крайней мере, постараюсь это сделать.

+1

8

Роксанну глубоко оскорбляло, что в этой ситуации, безбожно марая её репутацию, он говорил о чистоте своей! О том, каким ущербом являются данные слухи для его доброго имени! Баратэон продолжал обвинять графиню в абсолютно абсурдном проступке, а она не находила нужных слов. Ведь вся беда правды заключается именно в том, что среди всей информации чаще всего именно она выглядит менее всего убедительной. Конечно, куда ей со своим простым «нет» простив всего этого хитросплетения грязных домыслов? Свидетели, письма, осведомители...
Пожалуй, Роксанна и вовсе бы начала негодовать, если бы муж внезапно не рассвирепел. О том, какое ужасающее зрелище являет из себя разгневанный Баратэон представить было не сложно. Но в этот раз ей было страшнее вдвойне, ей вдвойне было что терять. Окинув испуганным взглядом сжатый кулак, размером с её голову, Роксанна сделала неуверенный шаг назад и неосознанным движением прикрыла ладонями живот. Как невероятно, до волчьего воя, обидно когда человек, силой которого ты восхищалась, который помогал, дарил нежность и ощущения защищённости -  внезапно превращается в главный источник опасности! И только осознание огромнейшей ответственности за жизни других (несчастного садовника, своего ребёнка) заставила Роксанну вымолить у высших сил хоть немного спокойствия, дабы найти слова способные проникнуть сквозь эту стену ярости и непонимания.
- Милорд, Вы вправе решать самостоятельно верить мне или нет, но единственное о чём я Вас прошу – разобраться во всём прежде чем совершать неосмотрительные поступки…- наконец-то произнесла Роксанна, с трудом оторвав взгляд от его сжатой пятерни и посмотрев в глаза мужа. Несколько мгновений они стояли молча глядели в глаза друг друга. Это была немая борьба в которой он сверлил её яростным взглядом, пытался добраться до самой сути, заглянуть в душу, а она пыталась не сопротивляться этому, показать, что скрывать ей нечего. Роксанне казалось если она отведет взгляд – всё будет решено и она навеки проиграет.
- Не смотря на то, что Вы не доверяете мне, я бы никогда не сделала нечего подобного. – как можно более увереннее произнесла она, по-прежнему не отводя взгляд и одному Богу было известно каких усилий ей это стояло!
Наконец-то когда напряжение достигло своего апогея, Баратэон резко отвёл свой взгляд обдумывая то, что он увидел, услышал. Воспользовавшись моментом передышки, Роксанна стала к нему вполоборта и убрав руки от живота, дабы не привлекать лишнего внимания, оперлась ими о спинку стоящего стула. Поддержка сейчас была не лишней – казалось ещё совсем немного и она лишиться чувств.
Кто это сделал? Зачем? Почему? – скорее всего эти же вопросы сейчас волновали и Эдварда, но у него их, несомненно, было их как минимум на один больше: «правда ли всё это?»

+1

9

Графия сделала шаг назад, и это немного охладило мой пыл. Она испугалась. Она все еще боится, хотя я ни разу не сделал ничего, что бы могло спровоцировать подобное ко мне отношение. Разве это справедливо? Разве это не оскорбительно? Буквально сразу же я опустил руку. При этом все еще смотрел в глаза Роксанны, но не видел в них уже того, чем доводилось наслаждаться раньше. В помещении звучали лишь слова, не подтвержденные доказательствами. Собственно, не знаю, чего я ожидал. Разве что убедительности. Но и того не было. Меня ненавидели, и на эту ненависть я отвечал лишь недоверием и злостью.
- Как же мне тебе верить? – уже достаточно тихо протянул я, как только леди Аррен в очередной раз попыталась уверить меня в своей невиновности.
Как, после всего этого? Слишком многое обрушилось на меня сегодня. И с толку сбивают не только сами слухи, но и моя же реакция на них. В какой-то момент я отвернулся, задумчиво почесывая пальцами бороду. Спокойствие постепенно возвращалось, но не потому, что я смирился. Скорее просто устал. Что ж, мне оставалось лишь ожидать новых сведений. Жене я не доверял, голым слухам – тоже.   
- Пока все не выяснится, тебе запрещено покидать территорию поместья, - собственно, не шибко строгое наказания, особенно если учесть, что в последнее время леди Аррен даже пределы двора не пересекает. - И да, кстати. Я бы тебя не тронул. Вопреки всему узнанному. Представляешь.
Прежде, чем уйти, я посчитал необходимым в очередной раз напомнить леди Аррен об этом. Пусть вспомнит, пусть покопается в своей памяти. Сколько жесткости я проявил по отношению к ней? А сколько внимания и заботы? Выводы очевидны. В общем, мне оставалось лишь поспешно покинуть покои. Все стало слишком запутанно, я больше не хотел находиться с ней в одном помещении. По крайней мере, до тех пор, пока невиновность не будет доказана. А это самое волнующее. Произойдет ли это? В любом случае, моя голова забита чрезмерным количеством вопросов, ответы на которые пока дать никто не может. Немного уединения, тишины и спокойствия совсем не повредит.

На этот день еще были запланированы встречи. К удивлению, мне даже удалось сосредоточиться и скрыть свою уязвимость в данный момент. Вышло убедительно, хотя стоило только оказаться одному, как мысли тут же вернулись к немыслимому обману супруги, пусть я и старался от них отделаться.
Я все еще находился в кабинете, когда в дверь постучались. Интересно, но даже после произошедшего недоразумения, Анна все еще старательно выполняла свои обязанности. Принесла мне воды, предложила перекусить после напряженного рабочего дня… Я был благодарен за такое внимание, хоть и не расценивал его что-то беспрецедентное.
- Да, благодарю. Я хочу посидеть на свежем воздухе, так что пусть накроют стол в саду, - после этих слов я кивнул прислужнице и покинул свой кабинет.
Свежий воздух, красивый сад – вот, что сейчас приносило мне несказанное умиротворение! Расположив руки вдоль спинки сиденья, я внимательно рассматривал открывающиеся виды. Впервые расслабился за весь день, и мне нравилось это состояние. Очень скоро поднесли еды. Мои любимые угощения. Анна накрыла стол, а затем вновь замерла. Ощущение дежавю. Неужели мы не поняли друг друга? Неужели придется повторить? Однако девушка внезапно улыбнулась и даже позволила себе присесть рядом.
- Милорд, простит меня, но я вижу, что вас что-то тревожит и хочу…, - Анна не закончила, ибо мой нахмурившийся взгляд мигом лишил ее всякого желания продолжать.
Наивная девочка. Неужели она думает, что я поделюсь с ней своими переживаниями, пусть между нами и было что-то наподобие отношений? Тем не менее, я достаточно вежливо сообщил, что у меня все в порядке, дело в усталости, и так же вежливо попросил оставить меня одного. Забавно, но стоило Анне уйти, как откуда-то из-за угла вышел… Робин. В руках у него были какие-то инструменты, хотя меня они заботили меньше всего. Вот и прошли минуты спокойствия. Вопреки отсутствию каких-либо доказательств, я был готов прямо сейчас схватить этого человека за шиворот и силой выбить из него признания! Однако, к счастью, удержался. Чтобы люди признались, недостаточно причинить им боль. Хотя хочется. А выгнать нельзя, иначе правды никогда не узнаю.
О спокойном времяпровождении уже не могло идти и речи, потому, прихватив с собой парочку фруктов, я был готов уйти, но судьба вновь сыграла со мной злую шутку. Неподалеку конюх выгуливал Серхат. Завидев лошадь, Робин, с весьма добродушным видом, решил подойти. Непозволительная ошибка. Я резко остановился и уже буквально через пару секунд стоял около Серхат, а Робин валялся на земле, зажимая рукой кровоточащий нос.
- Еще раз дотронешься, и я тебе голову проломаю, - злобно процедил я, все еще сжимая кулак. В этот момент появился Томас, явно не сразу осознавший, что произошло.
- Ты что, Робина ударил? Он же ничего…, - начал было друг, как только мы отошли, но я не дал ему закончить. Сжав локоть Тома, я отвел еще подальше. Если и был человек, которому я доверял полностью и беспрекословно, то он сейчас стоял рядом.
- Следи за ним.
- Что?
- Ты оглох? Следи за Бронксом, - дважды Томасу повторять было не нужно, так что со спокойной душой и совестью и продолжил свой путь, только уже к покоям.

+3

10

Не убедила. Опять. Что-то в их отношениях вечно шло не так. Всё никак не могли они наладиться, идти по накатанной. Казалось, близость разрешила всё раз и навсегда – так нет, ещё хуже стало! Да, именно хуже, ведь раньше ей не было дела с кем он и чем занимается, а с этого всё и началось! Отчего-то в Роксанне зарождалась некая интуитивная уверенность в том, что это всё как-то связанно: их близость и полный крах отношений. Только как именно она пока понять не могла. Просто не было времени на это.
  Пожалуй, она бы даже почувствовала угрызения совести, если бы не была так напугана…и если бы не была гадко оклеветанной! Без доли сожаления он забрасывал её всё новыми и новыми обвинениями: что изменила, что не оправдала доверия, не доверяет ему…а Роксанна просто пыталась понять, что на самом деле происходит. Что это ?  Банальная сплетня случайно вылезшая за пределы служебных помещении или некий хитроумный план целенаправленно вредящий её положению в качестве графини Бэйлоршир?
  Так и не проронив больше ни слова, графиня молчаливо позволила мужу покинуть её покои без лишних выяснений отношений. Боялась, что не сможет сдержать слёз и разозлит его ещё больше (хотя куда уж). В озвученных запретах особой надобности не было. Хоть у графини и возникал вполне закономерный первичный порыв увидится с садовником и попытаться прояснить ситуацию с письмом, Роксанна прекрасно понимала, что не стоит даже приближаться к нему. Да и вообще резких движений делать в этом деле не следовало. Но пока мысли графини занимали, казалось бы, вполне рациональные рассуждения - глаза непроизвольно наполнились слезами, а в душе уже вовсю щемила невероятная обида на Эдварда. Как он мог? После всего что было! Как он мог верить во всё это?!
  Не в силах сдержать очередную обиду, графиня с силой толкнула спинку стула, так что тот плашмя завалился на пол, и упав на кровать разрыдалась в подушку, наплевав на все данные ранее себе обещания. Ведь был ребенок на самом деле или нет -  было ещё неизвестно, а вот что любимого своего она потеряла – вполне очевидным.
  Спустя некоторое время слёзы закончились, а она всё лежала и смотрела невидящим взглядом в стену напротив себя твёрдо решив, что не выйдет из своих покоев вообще. Роксанна и так слишком много терпела.  Старалась делать вид, что всё в порядке когда внутри всё болело от измены любимого, но им оказалось мало этого: мало отобрать Эдварда! Им надо было её уничтожить, втоптать в грязь! Роксанне даже страшно было представить на что они могли бы пойти, случись им узнать, что у неё есть ещё одна крошечная, трепетная радость. Такая призрачная, что напоминала собой сейчас пламешко свечи -  только подуй и всё закончится, её жизнь навеки погрузится в кромешную темноту.

  В таком состоянии её и застала Рашида. Джентри была всполошена произошедшим во дворе, но ещё больше её поразила причина случившегося, о которой с ехидной улыбкой ей поведала прачка Барбара.  Она как раз возвращалась из заднего дворика где развешивала белье и стала невольной свидетельницей неравного поединка мужчин. Именно Барбара и посвятила шокированную женщину во все тонкости взаимоотношений её воспитанницы с мужчинами, а так как это уже знали абсолютно все (до этого Рашиду слухи обходили они стороной в силу её приближенности к графине), то и скрывать особо было уже нечего.
- Да все уж знают, хоть кого спроси. Вон, посмотри – кивнула толстая Барбара в сторону удаляющегося Баратэона. – Какие ещё доказательства-то нужны?
  Но, в отличии от Роксанны, Рашида твёрдо была уверенна, что графиня ждёт ребенка и потому её душевные терзание откровенно пугали её даже похлеще всяких сплетен.
- Искорка, ты должна сказать ему, признаться. Тебе нужен покой, тебе нужен врач…скажи, что ты ждешь ребенка и он успокоится...- монотонно бубнила она над безучастной графиней, поглаживая её руку. По сути Рашида прошла весь путь разочарований неудавшегося материнства вместе с Роксанной, оттого и высшую ценность видела именно в ребенке, пребывая в полной уверенности, что он сможет решить абсолютно всё.
  В комнате внезапно пронесся тихий смешок. Он был таким неожиданным и не схожим обычный на смех графини, что джентри замерла и испуганно взглянула на Роксанну: «не тронулась ли рассудком от переживаний?» Высвободив руку, Роксанна всё с тем же лихорадочным весельем произнесла:
- Чьего ребенка? Чьего жду, а, Рашида? – всё допрашивалась Роксанна у испуганной джентри. – Садовника?!!!

+1

11

- Вы окажете нам поддержку? – тихим голосом интересовался лорд Дарвуд, чьи земли издавна страдали от нападений дезертиров – последствия любой войны.
Мне оставалось лишь задумчиво провести пальцами по бороде. Я не мог сразу ответить на этот вопрос, пусть и понимал, что вассалам требуется оказаться помощь. Что ж, как уже стало понятно, даже в своих покоях спокойствия я не обрел. Гостю из самого дальнего уголка Бэйлоршира не откажешь в приеме. Да я и не хотел. Дела – лучше любого лекарства! Тут же сосредотачиваешься на чем-то другом, а все остальное плавно уходит на второй план. Жаль только, что ненадолго. Очень скоро Дарвуд с положительным результатом покинул мои покои, и я вновь остался один, наедине со своими мыслями. Стоя последи помещения, я задумчиво смотрел куда-то на стол. Там лежало письмо. Я ткнул им леди Аррен прямо в лицо, но, на самом деле, сам прочитал лишь начало (Арно вкратце рассказал, ему-то было проще ознакомиться с сочинениями Бронкса). Мне и этого хватило. Этих противных обращений. Несколько секунд я пилил письмо взглядом, а после все же взял его и тут же направился к леди Аррен. Даже через дверь в ее покоях был слышен какой-то шум. По привычке, я не стал стучаться, потому, сделав шаг, сходу успел расслышать лишь одно слово «Садовника!». Я тут же замер, смиряя взглядом супругу. Смотрел ей прямо в глаза, не в силах скрыть своего недоумения. Вспоминает? Или проклинает? Новые вопросы, которым уже нет места в моей голове! По крайней мере, не сегодня. Я устал. Это было сразу видно. Потому и не предпринимал ничего. Просто смотрел. Несколько секунд безмолвного созерцания, после чего я просто молча подошел к небольшому столику, стоящему у окна, и положил на него письмо. 
- Кажется, это твое, - даже не посмотрев на Роксанну, протянул я, а после развернулся и вновь покинул покои, так же стремительно, как и оказался в них.
Стоило мне только выйти, как откуда не возьмись, в коридоре вновь появилась Анна. Кажется, я начал встречать ее чаще обычного. Однако, девушка прошла мимо, после того как, разумеется, учтиво поприветствовала меня. Что происходит с этими женщинами? Одна изменяет и ненавидит после нескольких месяцев гармонии. Вторую отвергаешь, а она все равно настырно ищет встречи. Нужно завтра отправиться на охоту. Лучше убить там оленя, чем здесь человека.

Ночь, на удивление, прошла спокойно. Я спал почти до полудня, явно переполненный различными переживаниями. Хотя спокойная ночь не подразумевала глубокий сон, пусть это и не помешало мне проснуться относительно бодрым и отдохнувшим. Стандартные приготовления, на сегодня я ничего не планировал. Как же хочется, чтобы все это оказалось всего лишь сном! Может меня снова кто-то по голове ударил? – думал я, изучая свое отражение в зеркале, однако Томас, который бесцеремонно вломился в покои, уничтожил эту надежду. Он сообщил о результатах слежки за Робином. Ничего интересного, как мне показалось. Ходит в корпус для прислуги, беседовал со Свонном, Анной и Робитэйлом, который залечивал ему нос. Друг до сих пор не знал, что происходит, пусть до его ушей и доходили различные слухи. Пришлось признаться.
- Ты серьезно веришь в это? – тут же выпалил Томас, для которого эти новости стали настоящим открытием! А может они попросту показались ему абсурдными.
- Я верю фактам. А факты пока не на стороне графини. К сожалению, в свою защиту она ничего весомого сказать не может. Однако, как бы там ни было, она моя жена. Своим поведением мы лишь укрепляем эти слухи, - утро вечера мудренее – вот уж и правда. Немного остыв и поразмыслив, я пришел к выводу, что мы должны хотя бы играть образцовую пару, иначе слухам этим конца не будет. - Потому… передай ей, что она может покидать территорию поместья. Так же сегодня к нам прибудет барон Марэ из соседнего графства.  Его нужно встретить и выделить ему покои.
Томас лишь вздохнул, в его взгляде я видел неодобрение, однако спорить никто не собирался. Закончив беседу на том, что за Бронксом все еще нужно следить, мы разошлись. Друг направился к покоям супруги, я же, как и планировал вчера, решил порадовать себя чем-то не подобие охоты. Конечно, врятли меня сейчас что-то вообще способно порадовать,  однако как приятно будет убить оленя и просто на секунду представить на его месте Робина Бронкса…

+1

12

Болезненное веселье было прервано внезапным появлением Баратэона. Следуя своей привычке он не стучался, и Роксанна, как будто в отместку, не стала что-либо менять или объяснять, дерзко позволяя ему оценивать увиденное самостоятельно. Она понимала, что внезапное веселье, слова о садовнике, которые он наверняка услышал, задали уничтожающий удар по остаткам надежды на взаимопонимание.  Всё с той же улыбкой проследила за брошенным письмом на столик и не сказав ни слова провела его взглядом за дверь.

В ту ночь она так и не уснула. Кратковременные провалы в забытьё неизменно заканчивались кошмарами, из которых графиня с трудом, с криком вырываясь в иссохшие руки Рашиды. В одном из таких она видела женщину, которую забрасывали камнями. Зловещее столпотворение было таким плотным, что Роксанна никак не могла пробиться, чтобы остановить эту зверскую расправу. Она слышала грязные ругательства в её сторону, обвинения в нечестивости и свист камней, даже глухие удары о тело несчастной, но Роксанну не слышал никто. В какой-то момент толпа исчезла, оставив один на один с неподвижным телом в пыли среди пустынной площади. Роксанна отбросила окровавленный никаб и увидела своё лицо...

Несмотря на довольно болезненный вид, Роксанна выглядела спокойно, если не безразлично. В её движения вернулась какая-то легкость, будто она и вправду была беззаботна. Без лишних слов позволила Рашиде помочь ей принять ванну, одеться, соорудить прическу, одеть шаль…Казалось, это был обычный день и ничего не произошло - графиня просто планирует чем заняться.
Отворив дверь, в ответ на осторожный стук, женщины увидели Томаса. Вид у него был отчего-то виноватым хотя в его словах ничего такого не было. Он просто передал распоряжения Баратэона, но взгляд его то и дело блуждал, избегая останавливаться на графине. Роксанна понимала, что он знает всё и от этого ему неловко. Но за что? За что ей такое?!
Сложно сказать, что именно так зацепило Роксанну - смятение Томаса, осознание того, что эту весть смакует весь Бэйлор или проявление щедрого всепрощающего жеста со стороны мужа, который позволил покидать пределы поместья – но равнодушие вмиг исчезло, уступив место яростной решительности во взгляде. Пожалуй, так выглядел воин отступать которому было некуда и потому он направил своего коня в самую гущу противника в надежде сразить как можно больше, прежде чем падёт сам. Порывисто схватив письмо, она торопливым шагом покинула свои, оставляя Томаса в недоумении мяться у её двери. В одно мгновение достигнув спальни мужа она без стука распахнула дверь и вошла, наплевав на все нормы приличия, которые так свято соблюдала до этого времени.
- Мне не нужны Ваши подачки и мне не нужно Ваше прощение. И милосердие Ваше мне тоже не нужно. Меня не за что прощать.  – небрежно бросив письмо на столешницу шкафа у двери, она укоризненно, но без доли страха взглянула на Баратэона. Время было уходить, это всё, что она планировала сказать (если этот порыв вообще можно было назвать планом), но что-о ей не пускало и, увы, это было не благоразумие…
- Это тоже заберите. Верните одной из тех распутных служанок в услугах которых Вы настолько нуждались, что позволили очернить меня. Оно по праву принадлежит им. Здесь нет адресата, но не беда. Начните с Анны - она ведь одна из Ваших фавориток?! – в глазах Роксанны скользнула тень боли, она-таки сорвалась. Конечно, эта тема не должна была обсуждаться, тем более в такое неспокойное время, но остановится она уже не могла. Конечно, графиня не была уверенна, что это письмо дело рук именно Анны (собственно, из всех проворных служанок девушка была чуть ли не на последнем месте по своей изворотливости), но её имя она упомянула по понятным причинам.
– Думаю да, ведь именно её Вы поспешили принять сразу после нашего возвращения! – закрыв на секунду глаза, она оперлась на ту же столешницу, стараясь справиться с накатившей слабостью, а когда открыла их вновь, взгляд уже ничего не выражал.
- Прошу прощения. Мне нужно идти готовиться к прибытию барона Марэ. – внезапно спокойным тоном произнесла графиня.  Осторожно присев в почтительном реверансе, Роксанна направилась обратно к двери. Быть может она и вправду похрабрела узнав, что Баратэон её не тронет, а быть может просто наболело, но сейчас, высказавшись, ей стало хоть чуточку легче…

+1

13

Все распоряжения были отданы, слуги начали подготовку к предстоящему выезду на охоту. Мне оставалось лишь подождать и переодеться, но внезапно в планы мои вмешалась леди Аррен. Разумеется, ее появление стало для меня неожиданностью. Оторвавшись от непослушного ворота, я повернулся лицом к супруге, явно не понимая причины такого эффектного появления. Никто не смел позволить себе подобную дерзость: влететь в покои графа, стремительно и без стука в дверь. Даже Томас остерегался подобных сюрпризов, так что оставалось лишь надеяться, что причины у Роксанны достойные. Например, она принесла доказательства своей невиновности! Впрочем, долго думать не пришлось. Сомкнув руки за спиной, я терпеливо выслушивал совершенно другое, хотя на лице моем четко отражалась строгость и некая сердитость. Слишком наглое вторжение. Непозволительная дерзость.
Почему молчал и ничего не говорил в ответ? Возможно, мне было просто интересно. Хотя чем больше Роксанна говорила, тем большее удивление меня одолевало. Какие-то фаворитки, Анна. Да о чем она вообще? Или решила и меня в такой же низости обвинить, чтобы тяжесть на душе в размере уменьшилась? Да только все это глупости! Нет, конечно, отношения были, и врятли Роксанна не знала об этом (собственно, слова подтверждали информированность супруги). Но были давно. В прошлом. После нашего путешествия, закончившегося времяпровождением на острове, многое изменилось. Моя совесть перед супругой была чиста, потому все слова казались абсурдными. Но я все еж молчал и терпеливо слушал. Пусть выговорится, а потом услышит мое слово.
Я невольно дернулся и сделал шаг вперед, как только леди Аррен закрыла глаза и оперлась о столешницу. Как бы она не поступила со мной, а избавиться от чувства тревоги за ее здоровье оказалось непросто. Готовый в любой момент подхватить супругу, я внимательно смотрел на нее, однако, к счастью, уже через пару секунд Роксанна вновь заговорила. В этот раз ей придется услышать мой ответ. 
- Как ты смеешь врываться в мои покои? Как смеешь говорить со мной подобным тоном? – достаточно спокойно, но с присущей мне твердостью и строгостью, протянул я, после чего подошел к леди Аррен. Супруга уже было хотела открывать дверь, но одним движением руки я вновь захлопнул ее, вынудив графиню стоять рядом и смотреть мне прямо в глаза. - Я не понимаю, о чем ты сейчас, но отчитываться не обязан. Не забывай, кто перед тобой стоит, Роксанна. Не садовник.
Я и вправду не понимал, ведь с момента нашего приезда, не сделал ничего, что бы могло опорочить меня перед Роксанной. Возможно, дело в обидах, но почему я должен вообще вникать в ситуацию и что-то объяснять? Факты не моей измены сейчас обсуждает весь Хайгарден. Потому, все еще излучая строгость, я полностью развернулся к супруге и подошел еще ближе. Несколько секунд я просто смотрел в ее глаза, словно пытался прочитать с их помощью мысли леди Аррен. Этот момент, момент молчаливого созерцания, чем-то взбудоражил меня. Просто захотелось вспомнить…  Подняв руку, я дотронулся ладонью до щеки графини, большой палец коснулся ее губ. Взгляд сохранял свою строгость, но врятли меня стоило опасаться. Все же как приятны ощущения, несмотря на всю их мимолетность, несмотря на обстоятельства.
- А ведь мне уже начало казаться, что…, - я осекся, ведь никому уже неважно, что мне там начало казаться. Осознав это, я поспешно выпрямился и сомкнул руки за спиной. Снова заговорил серьезно и твердо: -  Что ж, раз тебе ничего от меня не нужно, ступай и занимайся своими обязанностями.

+1

14

- Я лишь ответила на заданные мне вопросы. – так же беспристрастно ответила Роксанна. Она не стала вдаваться в подробности, что ответ, собственно, был в равной степени таким же, как и вопросы. Порывистые, эмоциональные, категорические. Роксанна скользнула взглядом вверх по его руке, подпиравшей дверь и вновь пристально взглянула в его глаза.
Чему она так страстно внимала? Что хотела услышать в его словах, увидеть в его взгляде, перешагивая через горечь очередного укора «не садовник»? Быть может ту малую частицу надежды позволяющую ей допустить хотя бы мысль, что она ошиблась? Как хотелось Роксанне заблуждаться! Как хотелось верить в то, что она всё не правильно поняла! …Даже стоя на краю пропасти, Роксанна так и не смогла забыть, не смогла сосредоточится на более важный вещах – ведь ей, её честному имени сейчас угрожала опасность и кто его знает, чем ещё обернётся вся эта заварушка.
Его прикосновение стало в равной степени неожиданным и желанным. Казалось, даже в минуты всепоглощающей страсти она не ощущала так остро, так чутко его касание! На минуту всё стало как раньше.  Его глаза были совсем рядом и она знала, что это значит: так он склонялся для поцелуя, так он касался для него! … Но в эту минуту она хотела узнать лишь одно...
-Что? Что тебе стало казаться?!! – в немом вопросе кричало всё её естество. Она внемала, умоляла взглядом дать ей ответ. Казалось, истина совсем близко…или показалось? Не свои ли чувства проецировала Роксанна, желая узреть их в Баратэоне. Желая увидеть отклик на свою любовь, которая превратилась в настоящую муку! Даже сейчас, ненавидя его всем сердцем, она…любила. Отчаянно, безумно, самоотверженно...
Его спина. Она внезапно возникла подобно крепости между ними и навек похоронила под собой надежду на ответ. Быть может, физическая невозможность заставить его повернутся, заставить сказать то самое, сокровенное, сыграла на стороне неуверенности – так и не обронив ни слова, Роксанна опустила взгляд.
И снова еле слышимое шуршание платья в реверансе которого никто не увидел. В этот раз тихо, как будто кто-то в комнате забылся тяжёлым сном больного и его и не желают потревожить, закрылась дверь.

Но всё равно стало как-то легче - она высказалась. Не желая больше скрываться в своих покоях, Роксанна с головой погрузилась во вполне обыденные дела. Она дала распоряжение по поводу покоев для гостя и сама отобрала постельное белье, высказалась по поводу ужина и выбрала вино. Даже старый садовник, мистер Одли, удостоился её внимания. Желая подчеркнуть, что ничего не произошло, она спокойно отдала распоряжения какие из цветов должны будут украсить гостиную, стол и покои гостя.
На эту тему с ней никто не говорил, никто вопросов не задавал и она не говорила. Казалось, вывивши графиню на чистую воду, Бэйлоршир готов был отпустить проступок Роксанны. А, быть может, в этом и была вся суть замысла: облить грязью, а потом великодушно простить? Согласитесь, нельзя же прощать того, кто не совершил ничего дурного, но как ещё продемонстрировать свою готовность сделать это? Вывод напрашивался сам собой…

+1

15

Лишь взглядом я проводит удаляющийся силуэт супруги. Она ничего не сказала. Молчала, лишь подтверждая мои опасения. При этих мыслях я развернулся к окну и глубоко вздохнул. И как нам пребывать в Хайгардене дальше? Если Арно не принесет никаких новостей, жить рядом, задаваясь различными вопросами, станет просто невыносимо! Впрочем, я привыкну. По крайней мере, я так искренне полагал на данный момент. Постараюсь привыкнуть. Кто знает, может нам удастся вернуться к прежней дружбе (хотя не уверен, что она вообще между нами когда-либо существовала) и уважению, а все эти слухи со временем канут в лету? Проклятье. Не хочу больше об этом думать. Ничего больше сейчас не хотелось, как отправиться на охоту. Это уединение с природой, свежий воздух и отвлеченные мысли (если получится, конечно же) – перспектива подобного времяпровождения радовала сейчас, как ничто другое. И вот наконец-то небольшая процессия, состоящая из меня и еще пяти человек, отправилась в путь. Гаскония, в принципе не славилась обилием лесов, но для охоты скромного масштаба того вполне хватало.
Одному было приказано сторожить лошадей, остальные – отправились в самую чащу леса, держа в руках длинное копье. Никто не разговаривал, вокруг кромешная тишина. Я аккуратно ступал по земле, прислушивался к каждому звуку. Все инстинкты на пределе. Я сосредоточен и в моей голове уж точно нет места для других мыслей. И это прекрасно! Мы ступали дальше. Бесшумно, пригибаясь при каждом случайном звуке. Порой шли медленно, порой ускорялись. К сожалению, первый час блуждания по лесу не дал результатов. Второй – такой же неудачный. В какой-то момент мы остановились и впервые заговорили. Я предложил свернуть с уже протоптанной дорожки (тут мы бывали часто) и пройти чуть глубже. Кто-то согласился, кто-то был против. Решение принять не успели. 
- Граф, смотрите. Там волчата, - внезапно протянул один из стражников, чем отвлек всех присутствующих от обсуждений. Я тут же повернул голову, и увидел четырех волчат. Маленькие, они походили на щенят-переростков.
- Они одни? – смотря на животных, протянул я. Из-за труднодоступной местности идти было непросто, потому я тяжело дышал через нос. Похоже, Создатель решил надо мной поиздеваться. Мало мне проблем в Хайгардене. Внезапно за спиной послышалось рычание. Один из стражников широко раскрыл глаза и, произнеся что-то вроде «оу», сделал несколько шагов назад. Проблем оказалось куда больше, ибо волк пришел защищать волчат не один. -  Так, спокойно отходим. Медленно.
Мне уже приходилось сталкиваться с этими животными. Практика показывает, что нас бояться ничуть не меньше, чем мы их. Однако волчата портили ситуацию. Мамочка злиться, мамочка настороже. Что ж, я попытался сделать шаг в сторону, но это было расценено, как угроза. Громкий рык, а затем вес огромного волка, прыгнувшего на меня откуда-то со стороны, вынуждает меня рухнуть на землю. Сдохнуть при таких смешных обстоятельствах? Вот уж! Слышу крики своих стражников, рычание, лай. Разумеется, кинжалы в наших руках стали спасением. Клыки этой здоровенной псины проскользили по моему плечу. Интуитивно я отвел морду волка в сторону, как только представилась такая возможность, а после, не раздумывая, воткнул в шею кинжал. Животное заскулило и наконец-то отстало от меня. Остальным тоже удалось отбиться.

- Лекаря сюда! – раздался мой громовой бас, который, кажется, достиг каждого уголка поместья, ибо буквально сразу из замка выскочил мистер Свонн.
За управляющим к нам двинулись и несколько служанок. Собственно, не сказать, чтобы встреча с волками прошла крайне неудачно, мы не выглядели расстроенными, скорее напряженными и немного обеспокоенными. Все живы, даже тушу убитого волка умудрились притащить. Только сэр Роберт, один из рыцарей моей гвардии, чуть не лишился руки, которая сейчас сильно кровоточила. Ему и нужен был лекарь. Я же отделался легким укусом в плечо (мне он таким казался, по крайней мере, клыки не вонзились полностью, но оставили длинный кровавый след). Моя одежда была заляпана кровью, но мне она не принадлежала. 
- Завтра уже будешь байки рассказывать, - усмехнулся я Роберту, после чего его увели.
Ко мне же подбежал Робитэйл, к нему присоединилась Анна и еще одна служанка. Лекарь тут же повел меня дезинфицировать рану, волнуясь за то, что может быть заражение. Нанесли каких-то повязок, тряпок. В эти дела я не вдавался. Попутно Свонн успел сообщить о прибытии барона. То был обычный визит, если можно так выразиться. Марэ просто проезжал мимо и захотел побывать в Хайгардене. Так что я мог позволить себе такую роскошь, как не встречать гостя лично. В конечном счете, его встретила сама графиня Бэйлора! Тоже почетно.
Стоило оказаться в покоях, как меня тут же окружили люди. Первым делом с меня попытались снять кафтан, дабы добраться до плеча. Признаться, рана побаливала, но это ничто. Боль, как и все произошедшее, отвлекло меня от  того, что происходило в Хайгардене. Невольно выводы сделаешь. Я лучше еще раз подвергну себя нападению волка, нежели буду помнить о таком болезненном предательстве. 
- Ты видел, какой он здоровый? Тебе как-нибудь стоит отправиться с нами, Робитэйл, а-то слишком серьезный, - делился впечатлениями я, однако лекарь, занятый своим делом, никак не реагировал.

+1

16

- Рашида, пойди посмотри что там.. - обронила Роксанна задумчиво глядя на дверь. Она была уже переодета ко сну и выходить в таком виде в коридор мысли не было. Отчего-то, не смотря на столь поздний час, там было довольно многолюдно. Сама интонация говорящих и даже порой проносящийся смех указывали на то, что ничего ужасного не случилось, оттого Роксанна не увидела повода для волнений - просто хотела выяснить.
Рашида задерживалась чуть более необходимого чтобы просто поинтересоваться кто посмел поднимать такой шум на ночь глядя и Роксанна заметно напряглась. Она слегка взволнованно отложила в сторону расчёску, которой занимая себя расчесывала волосы, и выжидающе вновь взглянула на дверь. Будто повинуясь мысленному приказу, там вновь появилась джентри. Вид у неё был взволнованный, но она старательно скрывала это за какой-то абсолютно неуместной улыбкой, которая по-видимому должна была успокоить Роксанну.
- Искорка, ты только не волнуйся. Я говорила с Робитэйлом он заверил меня, что всё в порядке...
- Что…что случилось? – резко подымаясь, не обращая внимания на нелепые попытки успокоить её не сказав сути вскрикнула графиня. Само упоминание лекаря уже сулило неприятности!
- Его Сиятельство на охоте…- начала невнятно объяснять джентри и, не удержавшись на ногах, Роксанна рухнула обратно в кресло. Казалось, она не слышит больше слов Рашиды, не слышала и своих собственных отдавая распоряжение одеть её обратно. Охота...ночь…поздний стук в дверь… бледное лицо Альтана – всё, что казалось давно забытым, возникло вновь как наяву.

Графине всё же повезло. Прежде чем она влетела в покои, где окончательно схоронила бы остатки доброй репутации хозяйки Бэйлоршира, в дверях её встретил тот же лекарь. Он с довольно спокойным видом подтвердил, что рана пустяковая и переживать не стоит, как и сотворять волнение для других, нуждающихся в спокойствии и отдыхе (намёк был довольно ясен). Поэтому, наскоро взяв себя в руки, Роксанна уже с довольно сдержанным видом перешагнула порог. Как оказалось, спокойствие было не лишним…
Её приход остался без внимания со стороны мужа и несколько мгновений, окаменев у порога, Роксанна наблюдала...абсолютную идиллию. Рядом с Эдвардом (её Эдвардом!), на краешке кровати, сидела Анна и густо покрываясь румянцем «девушки-не-привыкшей-к-мужскому-вниманию» выслушивала его одухотворённый, преисполненный эмоций рассказ о том, как волк клацал челюстями у самого лица. Рядом со служанкой стояла миска с алой водой. Видимо, ещё минуту назад она вытирала кровь с тела Баратэона, а теперь вот…задержалась.
Момент оцепенения прервал тот же лекарь. Вернувшись в комнату, он сразу уловил всю суть картины и, корректно кашлянув, обращая внимание увлеченных беседой на присутствие графини, принялся собирать инструмент в потёртый саквояж. Реакция последовала незамедлительно – Анна вскочила с кровати, чуть не обронив таз с водой и испуганно взглянула на графиню. Под её леденящим душу взглядом румянец на щеках служанки стал буквально багровым и теперь Роксанна, пожалуй, была готова поверить в искренность её чувств. Уж за что краснеть точно было!
- Милорд, я слышала о произошедшем и пришла убедиться, что с Вами всё в порядке…- потеряв интерес к прислуге, как можно более спокойным тоном поинтересовалась она, скользнув взглядом по красовавшейся на плече повязке. Договорить она не успела. Медным звоном о пол шлепнулся тазик, чуть не окатив мокрой волной подол платья Роксанны. Пожалуй, такой поворот стал неожиданностью для всех, даже для самой Анны, которая принялась извиняться и уже чуть не плача собирать вывалившееся из посудины тряпки обратно. Казалось, сущий пустяк - нерасторопность, только и всего, но было в этом ещё ко что... Неловкий жест, который, в силу своего особого состояния, могла заметить, могла понять, только Роксанна – непроизвольно касание руки к животу в момент испуга, как будто в попытке защитить…
- Что с Вами? Вам плохо? – тут же процедила сквозь зубы Роксанна, съедая взглядом служанку и, не обращая внимания на поспешные заверения с её стороны, что со здоровьем у неё всё отлично, тут же добавила. – Мистер Робитэйл, я хочу, чтобы Вы осмотрели Анну, дабы убедится, что с ней всё в порядке.
Хозяйкой здесь была она и она же вправе была знать...насколько работоспособной является её прислуга.

Отредактировано Roxanna Arren (2015-07-22 14:32:55)

+1

17

Вокруг меня крутились несколько служанок во главе с мистером Робитэйлом. Лекарь велел снять с меня рубаху, дабы была возможность добраться до раны, и его распоряжение незамедлительно помогла мне выполнить Анна. Сидя на постели, я внимательно следил за действиями Робитэйла, попутно пытаясь разглядеть саму рану. Выглядело все и вправду несерьезно. Опасения вызывала лишь вероятность заражения. Но дезинфекцию уже провели, а избавить мое тело от чужой крови вызвалась, опять-таки, Анна, которая вела себя крайне учтиво, несмотря на обстоятельства.
Наконец-то все было сделано. И кровь, кажется, смыта. Но прислужница не спешила уходить. Вместо этого, она поинтересовалась, как все произошло, девушке оказалось очень интересно. Что ж, я все еще находился в слегка взбудораженном состоянии, потому был только рад поделиться этой удивительной историей! Неважно с кем, главное, чтобы собеседник слушал. Хотя, признаться, компания Томаса или любого другого мужа пришлась бы мне по душе куда больше. Врятли Анна могла разделить мой энтузиазм по поводу случившегося (что женщина может знать об удовольствии, которое приносит удачная охота и нахождение на грани?), но впечатления требовали немедленного выхода.
- Они появились, словно из ниоткуда. Один, потом второй и третий. Всего около пяти, наверное. Притом, умные…, - внезапно в помещении послышался кашель мистера Робитэйла, я обернулся, но, помимо лекаря, увидел еще и супругу.
Анна резко встала, я же остался сидеть, однако взгляд был направлен на Роксанну. Невольно вспоминаю ее слова о служанке. Наверняка эта картина показалась графине странной, в лучшем случае. Почему меня это вообще должно беспокоить? – с этими мыслями, я встал, все еще не отрывая взгляда от супруги, которая уже интересовалась моим здоровьем. Надо же. Ее это еще волнует. Я тут же кивнул, взявшись поблагодарить графиню за заботу (даже в присутствии прислуги, мы должны выглядеть как муж и жена), однако внезапно вмешалась Анна. Я резко развернулся, словно хотел придержать девушку, но, к счастью, на пол полетел только тазик. Да что с ними твориться? – очередная мысль. Сегодня утром леди Аррен чуть не рухнула. Сейчас Анна!  Хотя последняя меня не сильно волновала. Нет, я не был черствым по отношению к прислуге, но у нас есть лекари, к которым они могут обратиться в любой момент. К тому же ничего серьезного не случилось, потому я потянулся к своей рубахе, дабы прикрыть грудь. Роксанна же, с неприсущим ей холодом, пожелала, дабы Анну осмотрел лекарь. Прислужница тут же посмотрела на меня и в очередной раз сообщила о полнейшем здравии. Но я ничего не ответил, лишь бросил взгляд в сторону супруги, чем дал понять, что здесь ей решать. Не хватало мне еще вмешиваться в подобные дела! Леди Аррен хозяйка. Пока что, по крайней мере.
- Умоляю, отдохните немного, милорд, - чуть ли не простонал Робитэйл, после чего покинул покои и Анну с собой увел. Я остался наедине с графией.
- Со мной все в порядке, как видишь. Не стоит переживать, но благодарю, - наконец-то ответил я, после чего аккуратно и медленно натянул на себя рубаху.
Присутствие супруги окончательно вернуло меня к реальности. И хоть я не был до конца уверен, хоть и вовсе не хотел верить, мысли все равно не оставляли меня равнодушным. Правда или ложь? Правда или ложь? Ждать ответа невыносимо тяжело. Чем дольше жду – тем больше злюсь! Особенно на леди Аррен, раз позволила очернить свое имя и заставить меня прочувствовать все это! Да и на себя тоже… Раньше эти мысли не занимали бы и часа моего времени, толи же дело сейчас, когда я отчетливо понимал: невозможно просто так смотреть на нее, невозможно играть в равнодушие. Даже сейчас, в достаточно простом наряде, графиня невольно вызывала не самые уместные в данное время мысли. Я окинул ее взглядом, но затем все же развернулся и сомкнул руки за спиной. Пока не выясниться, что все ложь, я не могу позволить себе следовать за слабостями.
- Если это все, то ты можешь идти, - уже гордо высматривая что-то в окне, протянул я.

+1

18

Несомненно, Эдвард без рубашки был великолепен.  Он относился к тому типу мужчин, которых красит отсутствие одежды не смотря на ранения, шрамы и тому подобное. Даже сейчас, сквозь бурю страха, негодования, сомнений, какая-то частичка леди Аррен осознавала это, абсолютно не обращая внимание на явную неуместность и нежелание признавать сей факт. Более того, это её даже злило! Она не желала этого замечать, не желала думать о подобном, с большем удовольствием предпочла бы подметить недостатки позволяющие хоть немного унять не взаимное, мучительно чувство…
- Что ж…я рада…простите, что потревожила Вас.  – отвлечённо произнесла Роксанна. Как бы не эгоистично это было, но сейчас, убедившись в удовлетворительном здравии мужа, Роксанна раз разом вспоминала тот непроизвольный жест Анны и не могла укротить растущее волнение. Нет, этого не может быть…это слишком…слишком жестоко! Почему сейчас?! Ещё пару месяцев назад ведь всё было иначе…так почему? Нет, к чёрту.  Всё к черту!
На самом деле ей не было жаль, что потревожила их, ничуть. Пускай вскакивает, пускай знает своё место. Хозяйка здесь она и что бы та себе не возомнила себе, что бы он ей не наобещал и как бы не пытались очернить её репутацию – так просто она не отступит. А уж тем более не уступит! Роксанна ещё сама не знала во что выльется эта растущая в ней уверенность, но твёрдо осознавала, что стала на тропу войны и пока не добьется своего или себя же не погубит – не сойдёт.
Ещё раз окинув взглядом его спину (похоже, такая поза для общения в их отношениях становилась нормой) Роксанна молча простилась с мужем реверансом и покинула его покои.

Роксанна вряд ли бы смогла сейчас дать более ли менее однозначный ответ на то какой была это ночь и спала ли она вообще, но подобных вопросов никто не задавал. Были другие, более насущные, но тем не мене никто не спешил их озвучивать, как будто не жалея отдавать их стенам этой тесной комнатушки для прислуги. 
Мистер Робитэйл произвёл осмотр ещё утром и подтвердил догадки графини: Анна беременна. А теперь как будто нарочито медлил протирая инструмент и педантично раскладывая его по своим местам. Чего он боялся? Что графиня натворит глупостей? С чего бы? Неужели и он знал, что к чему? Это натолкнуло её на мысль что сюда уже идёт Баратэон и она вновь станет просто невольным свидетелем развития их отношений.  Но уйти не могла.
Леди Бэйлоршир неотрывно смотрела на лежащую в кровати Анну. Её пугали свои же мысли. Точнее не сами мысли, а вероятность возникновения…подобных. Могла ли она, храня под сердцем маленькую жизнь (уверенность в этом крепла с каждым днём) желать зла другой женщине, оказавшейся в равных с ней условиях? Определённо нет…наверное.
Анне запретили подыматься с постели и вид у той был явно несчастный, даже не смотря на возможность ничего не делать. Она явно не горела желанием оставаться с графиней наедине. Впрочем, и пожелать обратного была не в праве. И эта её неуверенность лишь подтверждала опасения Роксанны (спрашивать при лекаре она не считала целесообразным). Эдвард?...

+1

19

К удивлению, спал я ужасно. Притом сам же не мог найти тому причину. Конечно, последние события не могли оставить меня равнодушным (если это вообще так называется), но до того проблем со сном не возникало. Сегодня же у меня была длинная ночь. Словно я на грани, устал так, что даже спать уже нормально не получается. К счастью, утро все-таки настало и, после неспешных приготовлений, я решил навестить Анну. Пусть я и не относился к ней, как прежде, но я не настолько бесчувственный, чтобы и вовсе не поинтересоваться состоянием здоровья девушки, с которой некогда меня связывали весьма близкие отношения. К тому же, в последнее время она была крайне внимательна ко мне. Настал момент ответить взаимностью.
Как обычно, в помещение для прислуги я вошел без стука. И тут же замер. Около постели Анны стояла леди Аррен. Ее вид невольно вызывает одни и те же эмоции. Каждый раз. И я не могу ничего с этим поделать. Она до сих пор желанна. Чем чаще ее вижу – тем желаннее она становится! Удивил и сам факт присутствия. Что она тут делает и почему проявляет такой повышенный интерес к прислужнице? Хотя догадки были (невольно вспоминаешь обвинения графини), пусть они и не имели никакого отношения к реальности. Мое появление тоже могло навести на неверные выводы. Мне этого не хотелось, несмотря на все произошедшее, однако я быстро собрался и вновь перевел свой взгляд на Анну. По слухам у нее юный любовник, так зачем же ей проявлять столь глубокий интерес к моей личной жизни и следить за нашими с Анной отношениями? Которых нет…, – подходя ближе к постели прислуги, не мог не думать я. Было это как-то нелогично. Либо леди Аррен прекрасная актриса, либо есть в чем сомневаться. В этот момент ко мне сзади подошел Робитэйл и шепнул на ухо весьма любопытную новость…
- Беременна? – вслух переспросил я, словно здесь никого кроме меня и лекаря не было.
Забавно, меня не волновали обстоятельства, при которых это произошло, я сразу подумал о том, как это влияет на ситуацию с графиней. Ведь если Анна беременна, то зачем оказывала все эти очевидные знаки внимания? Хотела ребенку отца найти? Но ведь очевидно, что это не я! Отношений между нами не было очень давно, сомневаться в своей непричастности не приходилось. Главное, чтобы Роксанна себя не накрутила, - и вновь! Вновь я думаю о ее отношении, хотя она сама обвиняется в измене. Как объяснить это упрямое нежелание принимать очевидные факты? Глубоко вздохнув, я сомкнул руки за спиной и задумчиво посмотрел куда-то в сторону. Отреагировал спокойно, нас с Анной уже ничего не связывало, потому ее отношения с другими меня волновали не сильно. А вот беременность… Не связано ли все это с тем, что происходило между мной и супругой? 
- Кто отец? – серьезно поинтересовался я, наконец-то взглянув на прислужницу. Может имя отца ребенка расставит все на свои места. Пожалуй, я хватался за любую возможность убедить самого себя в том, что все слухи, омрачившие мое существование, - клевета. Но девушка молчала. Молчала и лишь испуганными глазами водила от меня к леди Аррен. - Можешь молчать, конечно, но тогда останешься одна с ребенком на руках. Без средств. Без крыши над головой. Думаешь, я позволю и дальше прислуживать здесь?
Разумеется, такая прислуга уже никому не нужна. Однако запугать девушку так и не удалось. Она молчала, а ее положение не позволило мне давить дальше. Бросив рассерженный взгляд сначала на нее, а затем и на Роксанну, я развернулся и быстро покинул  комнату.

- Ваше Сиятельство! Эдвард, - стоило мне ступить на второй этаж, как из-за угла показалась матушка. С распростертыми руками она двинулась ко мне, явно довольная после долгого пребывания в Палантире – у Гарольда. Я незамедлительно обнял мать, мы обменялись парочкой слов, и тут выражение ее лица изменилось. Что ж, леди Нортон была в курсе событий, верные служанки уже все донесли.  - Стоило мне перешагнуть порог замка, как я услышала крайне возмутительные вести. Да как она посмела? Я сразу поняла, что ничего хорошего из брака не выйдет. Она очернила твою репутацию!
- Рано говорить. Некоторые обстоятельства теперь вынуждают меня сомневаться в правдивости этих слухов, - и это удивительно, стоило кому-то открыто высказаться против Роксанны, как я не только заговорил о своих сомнениях вслух (самому услышать собственные мысли очень полезно), но и даже захотел защитить графиню, на которую все внезапно накинулись. Это вполне нормально. Я всегда защищал ее, и даже сейчас, при таких обстоятельствах, инстинктивно пытаюсь это делать. Надеюсь, не пожалею.
- Они уже заполнили весь Хайгарден, еще немного, и об этом будет знать весь Бэйлоршир, - казалось, леди Нортон даже не услышала меня и продолжила высказывать свое мнение относительно дальнейшей судьбы графини: -  Дабы этого не случилось, нужно немедленно принять меры. Избавься от нее, сынок. Она так и не подарила тебе ребенка, ты можешь развестись. Или, еще лучше, попросту сошли ее в самый дальний уголок Бэйлоршира. Все-таки союзничество Глостершира…
- Матушка, - слова о разводе или какой-либо ссылке стали для меня последней каплей. Я не стану избавляться от леди Аррен, точно не удостоверившись в ее вине. Она все еще дорога мне, как бы я не пытался этого отрицать. -  Я благодарю тебя за заботу, но решение я приму сам. А до тех пор Роксанна Аррен остается графиней Бэйлора, и ты будешь относиться к ней с должным почтением.
Последние слова я проговорил достаточно твердо и даже жестко, потому леди Нортон, вопреки тому несогласию, которое блестело в ее глазах, с покорностью выслушала и даже кивнула. Она всегда знает, когда нужно замолчать. И это прекрасно.

+1

20

Предположения графини оказались весьма верны. Вскоре в комнату Анны действительно вошел Барартэон. Привычка делать это без стука оставалась за ним, и Роксанна невольно подумала сколько раз до этого он заходил сюда так.
Реакция графа на столь пикантную весть была вполне было вполне закономерной и если бы Роксанне не было так плохо на душе. Возможно, она бы даже съязвила по этому поводу наплевав на все нормы приличия, которых уже никто не додерживался, а вот вопрос Эдварда всё же смог вызвать на лице Роксанны удивление. Кто отец ?!! Пальцы графини дернулась, но она успела вовремя пресечь непроизвольный жест указывающий на то, что отцом Баратэон готовится стать дважды.
Несколько угроз и рассерженный Эдвард покинул комнату, оставив их наедине. Роксанна вновь посмотрела на Анну. Внезапно графиня осознала, что судьба девушки сломана и...возможно её же руками. Ведь это она забрала её, она привезла её в жизнь к которой та оказалась неподготовленной и вот результат. Как знать, что и как там было у них с Братэоном…Конечно, с Роксанной муж был обходителен и терпелив, но это не значило что его благородство распространялось и на вот таких простых девушек. Быть может, у неё и выбора-то не было... Графиня невольно вспомнила с каким лицом Анна выскакивала из его кабинета и в её взгляде внезапно скользнуло чувство вины.
- Ты возвращаешься в Хатфилд, Анна. Приступишь к своей работе…когда наберёшься сил. Там же будешь проживать с малышом, получать материальную поддержку…- задумчиво глядя на девушку тихо произнесла Роксанна. – Тебе не следует здесь больше оставаться.
Анна кивнула и по щекам её потекли слёзы, но Роксанна не стала допрашиваться почему та плачет. Графиня понимала, что многое навалилось на неё, но ещё больше боялась услышать в ответ, что она попросту разочарована неисполненными обещаниями со стороны Баратэона…
Стояло графини подняться на второй этаж, как она стала невольной свидетельницей разговора между леди Нортон и мужем. Конечно, Роксанна и раньше не могла похвастаться хорошими отношениями со свекровью, но сейчас та явно решила воспользоваться ситуацией сполна. С отвращение слушая как та настойчиво рекомендует избавиться от неё, она печально, но в тоже время с некой решительностью взглянула на мужа и направилась к ним.
- Доброго Вам дня, леди Нортон. Рада Вашему возвращению. Надеюсь, дорога не была утомительной. – начала она из стандартных форм вежливости, ничем не выдавая своих эмоций.
- Милорд, я хотела поставить Вас в известность, что всё же решила воспользоваться Вашим разрешением и … - Роксанна внезапно запнулась и ошарашено уставилась куда-то вглубь коридора – …и я решила…
Графиня приняла решение покинуть Хайгарден. Отправиться в охотничий домик или ещё куда подальше, лишь бы провести это время вдали от этого нескончаемого стресса, всё обдумать, убедится в своём положении. Именно эту мысль она и хотела донести до графа, но не успела. Объяснение заминки были очевидным и в то же время абсолютно невероятным -  со стороны блока для прислуг к ним двигался…Робин!
Завидев хозяев, он на минуту приостановился (видимо, набираясь смелости), встретился взглядом с Роксанной и решительно продолжил свой путь. Не менее важным моментом был его внешний вид. Храня на лице отголоски встречи с кулаком Баратэона, явно в парадной одежде, он шествовал к ним со слегка ощипанным букетом в руке.
На какой-то момент ощущение реальности графини пошатнулось. Её так уверенно обвиняли, а теперь ещё и это появление садовника…может, она просто сошла с ума? Воспользовавшись шоком окружающих (а иначе Баратэон разодрал бы его парой минут ранее) он всё же смог приблизиться, поклониться и начать свою путанную речь:
-Я..я пришел просить руки…мы любим друг друга... - юноша явно волновался, оттого говорил медленно и невнятно, чем ещё больше ввергал присутствующих в состояние крайнего изумления. Даже леди Нортон, которую, казалось, ничто не способно было вывести из состояния ледяной невозмутимости раскрыла от удивления рот и вовсю глазела на садовника.
- руки Анны. – Наконец-то закончил он и все как-то разом выдохнули. Порадовавшись, что его всё ещё слушают, Бронкс слегка оживился и даже попробовал объяснить своё решение:
- Она ждёт от меня ребенка, а я испугался, но вот…я пришел…и хочу…

Отредактировано Roxanna Arren (2015-07-24 00:20:29)

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Ревность – поэзия недоверия [х]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC