Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Ревность – поэзия недоверия [х]


Ревность – поэзия недоверия [х]

Сообщений 41 страница 49 из 49

41

До последнего графиня пыталась умолчать правду относительно беспорядка в покоях, а я лишь молчаливо смирял ее взглядом. На лице все еще играла легкая улыбка, которой я в полной мере выдавал отсутствие какой-либо злости. Конечно, обычно неприятно, когда твои вещи трогают и, что еще хуже, наносят им урон, но… это всего лишь сабли, всего лишь щит. Нечто неодушевленное и не стоящее такого внимания, как мое спокойствие и, там более, спокойствие Роксанны. Нам и без того пришлось несладко в последние дни, чтобы портить настроение еще и из-за какого-то оружия. Интересно, а еще несколько лет назад или даже месяцев смог бы я отнестись к подобному с таким же спокойствием? Многое изменилось.
- Неужели ты никогда не держала в руках саблю? Роксанна, - я засмеялся, эта причина показалась мне забавной и, в то же время, такой простой и даже милой. – Раз так сильно хочешь, подержишь завтра при моей помощи. Но одна больше не вздумай даже дотрагиваться до таких тяжелых предметов. Договорились?
Возможно, вес сабли был мною сильно преувеличен, но я не хотел рисковать. Леди Аррен, казалось, извлекла урок из этого маленького недоразумения. В частности, поняла, что лучше говорить правду, ибо я не настолько раздражителен, чтобы бросаться на нее из-за подобных мелочей. Потому спустя какое-то время, графиня все-таки вылезла из-под одеяла. И тут, не сдержавшись, я снова засмеялся. Боясь моего гнева, она умудрилась заскочить в постель в том одеянии, в котором и пришла в покои. 
- И как ты собиралась прятать от меня свой халат? – все еще смеясь, поинтересовался я. Все же мы спали в одной постели. Думаю, для меня бы не составило труда определить, что графиня совсем не в ночной сорочке. – Я не настолько жесток, дорогая. Это всего лишь вещи. Ценные, возможно, но все же… вещи.
Безмолвно я проследил за движениями Роксанны, когда она снимала свой халат. Приятное зрелище. Как только супруга оказалась рядом, я глубоко вздохнул и отрицательно покачал головой, чем давал понять свое отношение ко всему происходящему. Правду говорить нужно, особенно когда дело касается подобных мелочей. Но трудно было думать о каком-то недоразумении, когда рядом такая женщина! Разумеется, вскоре мы сменили тему, и я как-то быстро забыл о потревоженных саблях. День мой прошел сумбурно, я хотел этим поделиться, но ладонь Роксанны не позволила мне этого сделать. Улыбнувшись, я выслушал комментарий супруги, а затем поцеловал ее ладошку.
- Ну тогда не буду отвечать, - якобы серьезно протянул я, но после все же усмехнулся. – Шучу. Весьма неплохо. Я рад состоянием дел в графстве. Кстати, помнишь, я говорил тебе о часовне? Макет показывал. Уже приступили к ее строительству.
В какой-то момент мой взгляд зацепился за грудь супруги, а после отчертил изгиб ее тела. Желая быть чуточку ближе, я положил ладонь на бок Роксанны и немного подтянулся, теперь уже возвышаясь над ней. Несколько секунд просто смотрел жене в глаза, а затем, не выдержав, наклонился и несколько раз коснулся ее груди (или, вернее, того, что мне было доступно при этой закрытой одежде!). Чересчур уставший, я не был настроен на продолжение, но даже такие, казалось бы, незначительные действия, приносили неимоверное удовольствие… Вновь подняв голову и глянув на леди Аррен, я все же первый решил начать наш разговор. Вопрос, крутившийся в голове, отпал сам собой. Была одна не менее интересная вещь.
- Откуда у тебя это? – с этими словами я дотронулся до ее ноги. Ладонь медленно скользнула под сорочку и остановилась на бедре жены, где некогда я заметил небольшой шрам. - Ты не выглядишь хуже с этим шрамом. Он ничуть не преуменьшает твоей красоты и привлекательности. Мне просто интересно.
Зная обилие сомнений в голове жены и непредсказуемость ее рассуждений, я посчитал необходимым сперва заверить ее в этом. Шрам и вправду ничего не портил, об этом свидетельствовала не только моя мягкая улыбка, но и взгляд, с которым я смотрел на свою графиню. Мне было интересно лишь его происхождение. Может, она банально упала в детстве. А может влипла в историю (зная графиню, склоняюсь к этому варианту). Что бы там ни случилось, мы договаривались о честном ответе…

+1

42

Упоминание о часовне заставило Роксанну бросить на графа беглый вопросительный взгляд. Не сердится ли? Убедившись в обратном леди Бэйлоршир мигом успокоилась и кивнула мужу. Она так и не приложила своей руки к её созданию. Муж больше не просил участвовать, а она, по оговоренным ранее причинам, не предлагала.
И всё же степень набожности мужа всё ещё оставалась для неё загадкой, но было у Баратэона их такое множество, что Роксанна едва ли успела приблизиться к этому вопросу вплотную. Как много ещё хотелось узнать первостепенно! Да сам граф как-то не затрагивал этой темы. Быть может не считал важным, а, может, просто не хотел, чтобы она, яковитка, чувствовала себя неловко.  Эдвард никогда не обсуждал с неё вопросы религиозного характера и уж тем более ни к чему не склонял, за что она была ему невероятно благодарна. К слову, леди Нортон напротив заметно волновал этот вопрос, и пусть напрямую своего недовольства она не высказывала, ограничиваясь лишь общими высказываниями на это счёт, Роксанна хорошо чувствовала, что это играет не последнюю роль в их не сложившихся отношениях.
- Это замечательно. Уверенна, она украсит Бэйлоршир и дарует посетившим в вере её благодать…-  с робкой улыбкой произнесла она, про себя подумав, что место и время для таких разговоров они выбрали не слишком подходящее. Слишком уж…не высокодуховными были её мысли, когда Эдвард был вот так близко и смотрел таким взглядом…Словно прочитав её мысли, граф придвинулся ближе, а после своими ласками и вовсе заставил Роксанну забыть о часовне.
Прошла почти неделя с момента их последней близости, и графиня заметно «проголодалась». Конечно, думать так она себе не позволяла, тем более сейчас, при возможной беременности, но вся беда состояла в том, что тело её было совершенно иного мнения и реагировало на происходящее соответственно обстоятельствам. Легонько вздрогнув, Роксанна в который раз удивилась способности графа даже под тканью с удивительной точностью находить чувствительнейшее местечко на груди и с растущим трепетом проследила как он непринуждённо запускает руку под её сорочку.
Пленённая его взглядом и сладостно-медлительными касанием, Роксанна не сразу и поняла о чём речь, но стояло графу уточнить и всяческие порочные мысли мигом выветрились из её головы. Заданный им вопрос подействовал не хуже ледяного ушата воды, заставляя Роксанну непроизвольно сомкнуть пальцы на одеяле (впрочем, натягивать она его не стала – слишком уж бесполезная попытка скрыть то,  о чём и так известно).
Графиня оказалась не готовой к такому вопросу и лишь несколько мгновений спустя она пришла к мысли, что ничего такого в нём и нет. Можно было ответить: упала с яблони, с лошади, собака укусила – да что угодно, но теперь это не будет выглядеть правдоподобно. Слишком уж всполошенным был её вид. А, может, он просто хорошо знает какие раны оставляет оружие…потому и спросил. Что ж, раз о таком откровении шла речь - так тому и быть…пари есть пари, да и нельзя же через всю жизнь нести эту ложь…- подбадривала себя графиня, хотя про себя уже решила: ей просто не хочется врать ему. Роксанна положила свою руку на его, под сорочкой, препятствуя гладить бедро дальше и испытующе взглянула на мужа.
- Давно это было. Всё утряслось... – осторожно начала графиня, надеясь, что тот поймёт главное: всё в прошлом, она больше не будет совершать ничего подобного и ставить под угрозу его репутацию.- Жила у нас девчонка одна забавная такая...рыжая…конопатая -  дочь прачки. Всё с собаками-кошками таскалась, говорила с ними. То птичку притащит раненную, то на охотника с дичью бросалась…в общем странная была. Но ведь на самом-то деле просто, как и все дети, жалостливая, видимо, была, да и только...не знаю…Как и не знаю, что толком у них там произошло, но слух прошелся что дар у неё есть. Натравила, мол, волка она одного барона, да не просто так, а чуть ли не превратилась в него. Не знаю так это или нет, но вот что под отца моего он давненько копал – это тайной не было. Шуму наделал он знатно. Кричал что ведьм покрываем, церковь обещал подключить. В общем, плохо всё обернулось для неё, для отца…вот я и помогла я ей с матерью на корабль сесть, от беды подальше.  Да только не успела вернутся. Заметили меня, с лошади сбросить попытались, но мне удалось бежать. А это осталось…- указала взглядом графиня на свою руку, под которой его ладонь накрывала шрам.
- У меня было закрыто лицо, так что не узнали меня. А отца перепало, это да...- улыбнувшись закончила свой нехитрый рассказ Роксанна, не уточняя как именно её наказали. Да и кто его знает наказание это было или судьба. Быть может, всё это и вело её к Эдварду. Просто каким-то очень уж околичным путём...

+1

43

Как я и предполагал, дело было не в банальном падении. Реакция леди Аррен говорила сама за себя. Складывалось ощущение, что супруга готова провалиться сквозь землю (или просто спрятаться полностью под одеяло), лишь бы не вспоминать ту историю. Даже ладонь ее невольно легка на мою, но я даже и не двинулся, продолжая касаться шрама на бедре Роксанны, чем наглядно демонстрировал не только решимость и готовность слушать, но так же и свою поддержку. Врятли могло случиться что-то, способное в корне изменить мое к ней отношение…
И вот леди Аррен наконец-то решилась начать свой рассказ. Слушал я внимательно, не меняя своего взгляда и, казалось, даже не двигаясь. Ладонь лежала все на том же месте, глаза смотрели в глаза. Никакого осуждения, лишь понимание и интерес. Конечно, связь с магами (или теми, кто в колдовстве подозревается, как в случае леди Аррен) – не самое лучшее, что может произойти с представителем знатного и влиятельного рода. Репутация пошатнется в мгновение ока и хорошо, если все закончится только этим. Все это не говоря о риске! Она же могла пострадать, ее могли убить, а это хуже любых слухов, порочащих репутацию. Но мог ли я осуждать ее за поступок многолетней давности? Нет, разумеется. Права не имел, да и желания особого не было, пусть в глубине души и отнесся ко всему рассказанному с неодобрением. Лишь единожды я нахмурился и поджал губы: когда узнал, что кому-то все же удалось дотронуться до леди Аррен. Неприятно смотреть, как сталь касается чьей-то плоти, пронзает сильных мужей (а я, будучи на войне, вдоволь на такие вещи насмотрелся), что уж говорить о женщине, которая так дорога мне! Неспособная защититься, юная леди…, на месте Ильхана, я бы убил того человека, хоть он и не знал, на кого свой меч заносит.
- Я бы тоже наказал свою дочь за подобную провинность, - наконец-то протянул я, после чего, вопреки препятствиям графини, еще сильнее прижал свою ладонь к шраму. Хотелось бы узнать, что именно граф Глостершир сделал, но свой лимит вопросов я исчерпал. Лучше вернуться к этому позже. - Но гораздо хуже пришлось бы тому, кто позволил себе ее тронуть. Какие бы обстоятельства этому не способствовали.
После этих слов, дабы немного смягчить взбудораженное воспоминаниями сознание супруги, я наклонился и прижался губами к ее губам. Вся эта история лишь в очередной раз подтвердила и без того ясную всем истину: леди Аррен – безмерно добрая и милосердная женщина! Теперь не удивительно, что она так страшилась меня и этого брака. На фоне этой доброты по отношению к каждому, даже ненавистным обществу магам (если та девушка и вправду обладала способностями, разумеется), моя жесткость и серьезность являли собой весьма  мрачную перспективу для такой женщины. 
- Значит, ты всегда была такой доброй? Это даже интересно, - наконец-то оторвавшись от супруги, с мягкой улыбкой протянул я.
Интересно, что мы, будучи такими разными, нашли общий язык, вообще сошлись и завели какие-то отношения. Я никогда не считал себя жестоким тираном, но чрезмерной добротой и милосердием тоже не славился (по праву, ведь таким не был). В таком вопросе, вопросе репутации и блага правящей династии, я бы скорее проигнорировал или сам принял меры, нежели связался с людьми, которых подозревают в колдовстве.
- Спасибо, что рассказала. Знаю, нелегко далось, и я ценю это, - после этих слов я наконец-то отстранился и слегка привстал, облокачиваясь спиной о подушку.
Убрав свисающие пряди волос со лба супруги, я молча глянул на нее, явно ожидая второй части нашей беседы – ее вопроса. Смогу ли я быть таким же честным?

+1

44

Доброта насколько многогранное и не точно обозначенное понятие, что вряд ли бы Роксанна взялась описать этот поступок таким термином. Сложно было сказать наверняка так это было или просто проявлением её взбалмошного характера, который изрядно добавил седины в бороду Ильхана. Да и разве только ему? Роксанна невольно скользнула затуманенным от пьянящего поцелуя взглядом по лицу мужа, как будто выискивая следы своего присутствия в его жизни. Да уж, даже за столь короткий промежуток времени она успела «разнообразить» и его размеренную жизнь…Где он и терпение черпал, учитывая его нелёгкий характер...
- Я не считаю себя такой. – наконец-то произнесла графиня без тени напущенной скромности. Баратэон слегка отстранился, размещаясь на подушках, и Роксанна завозилась, делая тоже самое. Подбив перину, она легла на бок, чтобы беспрепятственно видеть мужа и, едва касаясь, задумчиво погладила его руку.
– Просто раньше я была склонна к подобным опрометчивым поступкам. Сейчас же решила бы всё иначе, более разумно. Но это не значит, что я жалею, нет. Очень хочется верить, что растёт где-то это рыжая девочка и всё у неё хорошо. Впрочем, она уже, наверное, не девочка, а вполне взрослая леди… – с улыбкой добавила она. Конечно, хорошо бы было здесь добавить, что в неприятности она больше не влипает и влипать не будет, но…Баратэон и сам знал, что к чему. Впрочем, этот вывод он мог сделать ещё до их женитьбы и вполне подозревать на что соглашается. Роксанна вспомнила как он высвобождал её ногу из стремени и впервые взял на руки, когда она свалилась с лошадью в канву. Конечно, тогда это всё  представлялось ей совершенно иначе и отнюдь не вдохновляло графиню, но сейчас…Улыбнувшись, леди Бэйлоршир благодарно взглянула на мужа и, не удержавшись, потянулась за добавкой к поцелую.
Взаимность графа была весьма приятной и мимолётный поцелуй слегка затянулся, чуть не заставив супругов позабыть о чём шла речь. Роксанна с огромным удовольствием касалась легкими поглаживающими жестами плеч мужа ощущая его силу и наслаждаясь моментом, когда он может вот так всецело посвящать время только ей одной, что было для неё весьма немаловажно. Она иногда ловила себя на мысли, что не хочет делить его внимание ни с кем и как можно чаще вот так его узурпировать.  Вдоволь насладившись моментом, Роксанна отстранилась и вновь взглянула на мужа с улыбкой.
- Что ж, я была честна с тобой, хоть вопрос был крайне щепетильным. Надеюсь, ты так же будешь откровенным. – наконец-то, восстановив слегка сбившееся дыхание, произнесла она. Роксанна стала торопливо  торопливо решать какой же именно из всех волнующих вопросов следует ей выбрать. Хотелось не прогадать, ведь момент был действительно исключительным. Терзаясь этими сомненьями, она даже как-то посерьёзнела и задумчиво прикусила губу. Так что же задать? Что именно спросить?
- Ты любил…?
Вопрос, внезапно сорвавшийся с её губ, казалось, удивил даже саму Роксанна, ведь она не успела ещё принять решение, а он уже прозвучал! По понятным причинам этот вопрос действительно волновал её, но она, пожалуй, не стала бы вот так спрашивать о таком….
- …любил свою жену? – сдавленным голосом всё же уточнила она, неотрывно глядя на мужа. Да, пожалуй, всё остальные вопросы меркли перед этим по своей важности. Ей просто необходимо было услышать это, дабы узнать может ли вообще он чувствовать такое. Нет, речь шла не о отцовской любви, дружбе, привязанности, уважению или что там ещё может быть, а о самом настоящем чувстве, которое способен испытать мужчина к женщине. Или не способен…

+1

45

- Вот поэтому ты и добрая, - улыбнулся я, как только графиня с полной уверенностью заявила, что ни о чем не жалеет. А как еще это назвать? Это стремление сохранить жизнь. У любого опрометчивого поступка есть свои причины. В своих выводах я не сомневался.
Что ж, настала моя очередь откровенничать. Ждал я эту очередь без особого энтузиазма, ибо развитая фантазия жены ничего особо простого мне не сулила. Однако прежде, чем начать, леди Аррен невольно придала мне немного спокойствия. Очередной поцелуй, завершать который у меня не было никакого желания, в который раз привел к мысли: как же все изменилось! Дотронувшись руками до талии супруги, я с особым удовольствием отвечал на это соблазнительное действо, инициатором которого стала именно леди Аррен (это тоже та еще перемена). Увлекающий аромат, приятные прикосновения…, даже несмотря на усталость, я был готов продолжать, но в какой-то момент Роксанна отстранилась. Мне оставалось лишь улыбнуться и усмирить мысли, невольно закрутившиеся в голове. Меня еще ждет вопрос. Непредсказуемый вопрос. И как же прав я оказался! Первые же слова Роксанны пусть и не лишили меня улыбки, но вызвали явное удивление.  Проклятье. О чувствах. Она решила поговорить о чувствах, - казалось, страшнее наказания для меня быть не может. Как о них говорить? Что о них говорить? Почему люди не понимают друг друга через молчание или действия? Какая теперь разница, что я испытывал к женщине, которая скончалась много лет назад?
- Конечно, - и все же я не растерялся, думать долго не пришлось. Мой ответ был четким, уверенным и быстрым, но с уточнением: - Она же была матерью моих детей.
И я не врал. Я любил леди Невилл. Любил, как члена моей семьи, как мать Норин и Роланда, как человека, который никогда не спросит лишнего и всегда сделает то, что от него требуется. Я думал, что ответил вопрос, но, взглянув на супругу, понял, что ее интересовала совсем другая любовь, о которой я толком ничего не знал и врятли стал бы говорить. Леди Невилл была прекрасной женщиной, я ее уважал. На этом все. Это ли надеялась услышать Роксанна? И какие выводы обо мне она сделает? Разве виноват я, что мне не пришлось испытать к покойной супруге ничего сильнее уважения и поверхностной любви, как к любому другому близкому мне человеку? Разве от кого-то из нас это вообще зависело? Глубоко вздохнув, я повернул голову и посмотрел куда-то вперед. Задумчиво провел рукой по бороде. Один раз, потом второй, чем наглядно давал понять, что намереваюсь дополнить свой скудный ответ. И сделать это нужно аккуратно, дабы ненароком не разочаровать супругу, которую, судя по всему, этот вопрос сильно волновал. Не просто же так, из всей массы более интересных моментов моей жизни, она выбрала именно этот.   
- Как-то… один хороший знакомый сказал мне: чтобы полюбить, рядом должен быть правильный человек, - задумчиво протянул я, после чего все же вновь посмотрел на Роксанну. То был не знакомый, а добрый друг моего отца, который помогал мне по юности. Что значит «правильный»? Сам не понимал никогда. Возможно, каждому предназначен свой такой человек. Нужно лишь встретить. Но это уже выше моего понимания, никогда не задумывался и слов бы этих не вспомнил, если бы не вопрос жены.  - Покойная графиня была хорошей женщиной, любимой в Бэйлоршире и глубоко уважаемой мною. Она родила мне прекрасных детей. Подарила наследника. Никогда не спорила, всегда слушалась и была покорна. Но, видимо, этого было недостаточно. Не то... Почему тебя это вообще заинтересовало?
Помнится, леди Аррен так переживала из-за того, что не может родить мне ребенка. Эти слова доказывали, что даже дети не могут гарантировать чью-то любовь…

+2

46

Услышав ответ, Роксанна невольно вспомнила тот эпизод на острове, где она спросила почему он забиться о ней, и Баратэон тогда ответил: «потому что я обещал Ильхану» …Сказать, что она была разочарованат – это ничего не сказать. Казалось, меньше бы её огорчил отказ вообще отвечать на вопрос, нежели это «конечно...она мать моих детей».
Разве можно любить за что-то ?!! Что-то удобное, либо достойное? Вот она любит его просто так! Нет, ну ей, конечно, нравятся его глаза, улыбка, голос, манеры, забота и…многое другое, но в то же время она любит его не за это! За то, что он - просто он! Ну как можно было объяснить ему, что не об этом чувстве спрашивала она?! А никак…это и есть ответ. Придет время он и тебя, быть может, так «полюбит». Примером за то, что ты не мешаешь или неплохо управляешься с хозяйством…- добавило масла в огонь несвоевременно заинтересовавшееся разговором ехидство.
После недолгих раздумий граф продолжил, но и последующие слова не подарили ей надежды. Родила детей, всем была угодна и ему в том числе, а всё равно не дождалась…так какие шансы были у неё? Ответ был очевиден.
Роксанна была насколько расстроена подобным поворотом, что даже не в силах была этого скрыть. Отчего—то чувствовала себя так, как будто опрометчиво призналась в любви, а он отказал ей во взаимности. В попытке скрыть разочарование, Роксанна опустила взгляд и усиленно разглядывала собственные руки, как будто разгадка этой сложной и утешение крылось именно в них. Но попытка явно провалилась и озвученный графом вопрос стал явным тому подтверждением.
- Что? …я … - испуганно взглянув на мужа, Роксанна залилась румянцем. –…я просто так спросила. Я же не спрашивала почему ты спросил про меня про…! – вспыхнула укоризненным негодованием она, но поняв, что говорит слишком торопливо и это заметно бросила попытки оправдаться. Единственно верным решением в данной неловкой ситуации графине выдалась идея спасаться бегством.
- Да уж…ну и пари мы затеяли! – постаралась как ни в чём не бывало улыбнуться она мужу. – Да и поздно совсем, а ты устал вон как! Целый день в делах всё, в делах…
Торопливо чмокнув мужа, не обращая внимания на его вопросительный взгляд, Роксанна быстренько улеглась, повернувшись к нему спиной, и укрылась чуть ли не с головой.
- Дорой ночи, Эдвард. Сладких снов. – крепко зажмурившись, произнесла она и затихла.
Сколько мыслей было в голове! Роксанна не жалея сил ругала себя на чём свет стоит. За глупый вопрос, за то, что влюбилась в Баратэона, за то пари, за остров, что пришла сюда…и за многое-многое другое. И самое обидное было осознавать, что в её горемычной судьбе ничего не измениться. Она бесконечно будет совершать подобные глупости и раскаиваться, но всё же совершать…

+2

47

- Могла спросить, я же не запрещал, - тут же произнес я, хотя причины моего вопроса были просты и банальны: интерес. И я об этом, кстати, супруге говорил.
Было видно, что слова мои подействовали на Роксанну совсем не так, как я бы того хотел. Я сказала правду, а оказалось, что проще было солгать. Супруга пыталась отмахиваться, но я лишь молча смирял ее взглядом, изучив достаточно хорошо для того, чтобы все видеть предельно четко. Она всегда сбегала от разговора, когда фантазия ее начинала активно работать, зарождая новые сомнения. Не понял я только причины. Что я сказал не так? Ведь ответил предельно ясно и прямо на поставленный вопрос. Ничего не скрыл. Или под этим вопросом подразумевался другой? Так стоило сказать, а не бежать при первой же возможности, оставляя меня наедине с собственными домыслами и предположениями. Несправедливо, чертовски несправедливо, особенно если учесть, что такие беседы для меня в новинку. Вот и поговорили. Да уж, неудачный опыт. Повторять не хочется.   
- Мда… Спокойной ночи, - ровно протянул я на слова супругу, все еще смотря на нее и явно ничего толком не понимая.
А может ей просто правда не понравилась? Но разве можно осуждать меня за то, что я так и не полюбил ныне покойную леди Невилл? Разве могло подобное произойти по принуждению? По моей только воле? Поведение леди Аррен стало для меня истинной загадкой. Несмотря на весьма честный ответ с моей стороны, она все равно умудрилась лечь спать расстроенной, пусть и пыталась это скрыть. Вот поэтому некоторые вещи лучше держать при себе, - в очередной раз убеждаясь в этом, я все еще смотрел на спину графини, еле сдерживая себя от того, чтобы не развернуть ее к себе силой и напрямую не поинтересоваться: чего же она хочет от меня? Что намеревалась услышать? И как смеет вести себя так, после всего сказанного мною, после всего сделанного? Вся эта забота, все это внимание и преданность, откровения – ничто, стоит лишь сказать неугодную кому-то правду. А потом поражаются, почему вокруг так много лжи. Стоило сказать, что любил. Сильно и искренне. Сейчас было бы проще.
От этих рассуждений потихоньку я начал «закипать». Однако, осознавая предположительное положение жены, мне все же удалось удержать себя в руках. Ей нужен покой, нельзя выяснять отношения и вынуждать ее нервничать (хотя она сама себя изведет, коль уж так неприятен оказался мой ответ). Дабы привести мысли в порядок и немого успокоиться, я решил покинуть покои. Поспешно встал, натянул халат и так же поспешно прошел к террасе. Подойдя к периллам, я положил руки на поручни и глубоко вздохнул, дабы вдохнуть немного свежего ночного воздуха. Бэйлоршир казался таким спокойным и умиротворенным (несмотря на горящие огни и доносящиеся голоса), что  я невольно перенял это состояние. Рассуждать о случившемся смысла не было. Такие отношения и такие разговоры для меня впервой, я попросту не знал, чего от меня не хотели и чего ждали. А раз не знал – то и думать не о чем.
Через несколько минут гордого созерцания, я развернулся и присел на диване, попутно прихватывая со стола кувшин с водой. Что ж, зато спать перехотелось, да и ночь нынче чудесная.

+1

48

Самобичевание графини оборвал Баратэон. Он просто встал и ничего не объяснив вышел прочь, оставляя Роксанну недоуменно смотреть вслед. Темнота в покоях сразу же сгустилась вокруг кровати, придавая ситуации ещё большего драматизма и волнения. Оставаться здесь, одной, стало невероятно тягостно.
Полежав ещё несколько бесконечных минут в надежде, что он сейчас вернётся, Роксанна торопливо поднялась, накинула халат и спешно направилась к двери ведущей на террасу. Бесшумно проскользнув на улицу, графиня отыскала темный силуэт мужа на диване и неуверенно замерла, решая как быть дальше.
- Почему ты не ложишься? ... – шепотом спросила она, пытаясь разглядеть в слабом лунном свете лицо мужа. В принципе, эта попытка была явно лишней -  ей не требовалось видеть, чтобы знать. Роксанна, казалось, всем своим естеством чувствовала, как ему нелегко и грустно. Так же, как и ей…
Не смотря на то, что до осени ещё было не так у и близко, ночью уже чувствовалось её холодное дыхание пророчащее неизбежное приближение затяжных дождей. Было довольно свежо. Роксанна поежилась и запахнула халат поглубже. Побоявшись простудиться, босой стоя на холодном полу, она проследовала к диванчику и тихо села рядом и, поджав ноги под себя, прикрыла ступни подолом.
Роксанне было определённо совестно за то что, разволновавшись, она наговорила ему ворох ерунды.  Да и с вопросом нехорошо получилось. Затронула больную тему, ведь этой женщины нет в живых! И вообще кто давал ей моральное право судить о том как надо любить и что такое настоящая любовь, а что нет? Сравнивать? Как бы там не было, что бы он не испытывал к этой женщине, а она бессовестно сунула нос не в своё дело!
- Эдвард, ты прости меня…мне правда неудобно…я хотела спросить совсем другое, но вышло вот так…- наконец-то осмелилась она заговорить, нарушив гнетущее молчание. Отчего-то красноречие стремительно покидало графиню в присутствии мужа, как и излишняя самоуверенности или самоконтроль. Быть может, виной тому были обострённые чувства, которые неизменно волновали её, когда Эдвард был рядом, даже сейчас.
Задумавшись, она невольно вспомнила слова гарфа о «правильном человеке». Интересно, а как это «правильный»? В глазах Роксанны вновь зародилось любопытство, но стояло ей взглянуть на мужа, как чувство вины его тут же пригасило.
Не в силах терпеть угрызений совести, она легонько обняла графа, готова в любую минуту оборвать объятья, и примирительно произнесла:
- Не думай о этом. Идём в дом, а? Пожалуйста…ты же замёрзнешь…

+1

49

В таком месте и при таких условиях, невольно забываешь обо всех неудачах и волнениях. Смотря куда-то вперед, я молча наслаждался отрывающимися видами и при этом явно не думал обо всем произошедшем несколько минут назад. Впрочем, ничего ужасного и не случилось. Легкое недопонимание. Забудется, пусть и неприятно видеть такую реакцию на правду и собственные откровения. Становится холоднее, - пронеслась мысль, которая, тем не менее, никак не повлияла на мое времяпровождение. Напротив, усевшись поудобнее и разведя руки вдоль спинки дивана, я задрал подбородок, дабы лучше видеть Бэйлор. В этот момент послышался чей-то знакомый голос. На несколько секунд я замер и только после повернул голову в сторону леди Аррен.
- Не спится, - достаточно спокойно и предельно четко протянул я, а затем вновь повернулся к ночному Бэйлорширу.
И ведь не врал. Толи свежий воздух так подействовал, толи взбудораженные нервы, но спать я уже не хотел, пусть усталость все еще давала о себе знать. В общем, оставалось лишь сидеть, безмолвно, делая вид, что на этом наш разговор подошел к концу. Но, к удивлению, леди Аррен не уходила и даже решилась продолжить так резко прерванный ею же разговор. Я вновь повернул голову к супруге и глубоко вздохнул, явно не в силах что-либо объяснять. Она не поняла. Не вопрос меня огорчил. Огорчила реакция на честный ответ. Есть ли смысл меняться и дальше решаться на подобные разговоры, если вся моя жизнь неизменно будет вызывать лишь разочарование со стороны графини? Словно я виноват в том, что чего-то не чувствовал когда-то… 
- Ты спросила, что хотела спросить, Роксанна, и я не виню тебя за это, - и вновь предельно спокойно произношу я, чем даю понять, что совсем не злюсь и даже готов забыть об этом недоразумении.
Однако возвращаться в покои не спешу. Возможно, именно это побуждает леди Аррен продолжать и не останавливаться на извинениях. Буквально через несколько секунд супруга оказалась рядом, а затем и вовсе приобняла меня, объятиями этими дополняя свои слова о раскаянии. Что ж, подействовало. Я даже ответил, одной рукой так же приобняв супругу. И как этой женщине удается взбудоражить меня за доли секунды и с такой же легкостью и быстротой успокоить? Как она это делает? – и я бы обязательно усмехнулся с этой мысли, если бы не отвлекший ночной холод, которого я раньше не замечал.
- Я еще посижу немного. Хочу подышать свежим воздухом. В покоях душно. А вот тебе мерзнуть точно не стоит. Ступай,  - уже мягче произнес я, высвобождаясь из объятий леди Аррен.
Слегка отстранившись от жены, я заглянул в ее глаза. Однако графиня даже не пошевелилась, она явно не спешила выполнять мое указание, на что я отреагировал лишь легкой улыбкой. Кивнув, я решил самостоятельно отвести ее в покои, потому поспешно встал и за руку потянул за собой. Как только леди Аррен улеглась, я присел рядом на краешек кровати и аккуратно провел ладонью по  ее щеке. Сейчас, находясь в такой близости от жены, плененный ее взглядом, я явно не думал о возвращении на холодную террасу. Оставалось лишь смириться с этим и, вздохнув от собственного бессилия перед этой рыжеволосой атлантийкой, улечься рядом.
- Доброй ночи, - перевернувшись на спину, протянул я, после чего закрыл глаза.

Могло показаться, что я и вовсе не спал. Стоило закрыть глаза, как яркие лучи солнца стали причиной скорого пробуждения. Но было утро. И, судя по всему, проспал я куда дольше, нежели планировал. Слегка приподнявшись, сонным взглядом я осмотрел покои, а затем повернулся в сторону жены. Леди Аррен все так же сладко спала. Я тихо приблизился и, предварительно поцеловав супругу в щеку, поправил одеяло, после чего так же тихо выскользнул из постели. Натянул халат, вышел на террасу, на которой сейчас было гораздо теплее. Дабы взглянуть на утренний Бэйлор, я подошел ближе к перилам, но тут взгляд зацепился за карету, подъезжающую ко входу в Хайгарден. В следующий момент из замка медленно вышла Анна, а за ней – несколько человек с сундуками и прочими вещами. Я тут же нахмурился и задрал подбородок, невольно демонстрируя уезжающим свою гордость, власть и невозмутимость. Вероятно, с отбытием Анны мы навсегда поставим точку в столь неприятной истории.

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Ревность – поэзия недоверия [х]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC