HELM. AUREA TEMPORIBUS

Объявление






Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. AUREA TEMPORIBUS » АЛЬТЕРНАТИВА; » Коридоры времени


Коридоры времени

Сообщений 41 страница 51 из 51

1

https://68.media.tumblr.com/tumblr_masnsbQNuH1rqyay3o4_250.gif https://68.media.tumblr.com/tumblr_masnsbQNuH1rqyay3o5_250.gif
НАЗВАНИЕ
Коридоры времени
ТЕМАТИКА
фантастика
УЧАСТНИКИ
Edward Barateon &  Kristiana Larno
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
Графство Стаффордшир (Англия), 1443 год /Графство Стаффордшир (Англия), 2017 год
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ
А что, если дальше в глубоком средневековье была возможность отправиться в путешествие по времени? Эта мысль кажется нереальной. Но девушке, случайно наткнувшейся на человека, выглядящего и говорящего как самый талантливый актер шекспировской пьесы, придется либо поверить в это, либо сдать его в итоге в психбольницу.

+1

41

Кристин не без некой доли сарказма во взгляде наблюдала за пируэтом мужчины с постели.
ну, и как его такого выпускать из дома? Если он при каждом гудке автомобиля начнет подпрыгивать и бросаться с кулаками на велосипедиста, считая, что тот не спешился перед господином? Или чего хуже начнет требовать почести и целовать ему руку, как сюзерену и графу, расценив одежду рядом стоящего менее изысканной? Нет наличия бархатных штанов, ты не достоин войти в дверь первым! Нет широченной золотой цепи с регалиями через всю грудь, стоя за спиной и не встревай. Кроме этого, Кристин боялась, что ее гость, ставший за одну ночь любовником не сильно оценит внешний вид женщин, в котором теперь они ходят. Ноги. Совершенно открытые ноги. Ведь встанет же как вкопанный посередине дороги и будет стоять. Что бы привыкнуть к такому нужна адаптация. И не один день. Нет. Рано его еще выпускать в белый свет. В постели он конечно вел себя как настоящий джентльмен. Кристин блаженно закрыла глаза и потянулась, еще отчетливо ощущая, как же было хорошо. быть может еще? Вот прямо сейчас? Она посмотрела на мужчину из под ресниц, застывшего у постели, разглядывающего ее в солнечном свете. И еще, не известно, кто кого разглядывал больше.
Нет, даже при дневном освещении он не утратил и доли своего очарования, к тому же. Не настолько она была пьяна, что бы не оценить его крепкой и ладной фигуры, широких плеч и сильных рук и волевого подбородка. По меркам ее времени он был статен и хорош. В том самом возрасте, когда мужчина переваливает через рубеж "молодой" и становится "зрелым" и от того более содержательным и выдержанным, как букет хорошего коньяка, того самого, что они пили вчера.
Пили... Когда Эдвард не предусмотрительно потянулся к ней за поцелуем, Кристин  нервно задержала дыхание и тут же, после утреннего приветствия отстранилась, но не по причине того, что ей было неприятно. Утренний моцион не был поведен, а следовательно, как не крути от нее разило перегаром, а это не делает поцелуи изысканными и сильно приятными, поэтому с нежными объятиями и признаниями в том, что ночь удалась, придется немного повременить, как бы ей и не хотелось, снова очутится в его сильных и крепких руках.
- Доброе... Эдвард.
Все таки, ей нравилось его имя. В нем была сила и уверенность, как в его руках. Глубина, как в его глазах и мягкость, как в улыбке.
- Кофе?
Переспросила она, не вполне понимая цели вопроса.
- Ну вообще кофе растет в Южной Америке. Это континент какой.
Кристин приложила руку ко лбу, прикрывая глаза. Госпади! Да, зачем же она его путает! Все так сложно! Откуда ему знать, что такое Южная Америка и что такое континент...Все можно объяснить гораздо проще.
- Вообще кофе можно взять у нас на кухне? Ты хочешь попробовать?
Она улыбнулась ему, уже, через плечо, присаживаясь на краю постели и шаря босыми ногами по ковру в поисках своих туфель, больше похожих на арабские остроносые тапочки без каблука. Вчера она вальяжно их сбросила, когда Эдвард укладывал ее на постель.
Отыскав их, Кристин встала с постели. Совершенно нагая, но в туфлях. Совершенно бесполезно было отыскивать в этом смятом белье ее трусики, да и к чему? Он видел ее уже раздетую, а особой скромностью и стыдливостью Кристин давно не обладала.
- Ты же помнишь, где ванная комната и что и как в ней работает? Сопровождать ведь снова не надо?
Она хитро улыбнулась.
- Свежую одежду тебе принесут. Прислуга уже прибыла на работу. 
И потому, ей Кристин, надо бы чем нибудь себя прикрыть, добираясь, до своей части комнат. и если мажордом прекрасно слышал их раскатистые стоны наслаждения этой ночью, то горничная и повар нет.
- Выйдешь в холл и тебе покажут, где кухня. Скажешь, что хочешь кофе.
Она улыбнулась, поднимая с полу платье, которое ловко натянула на себя.
- Встретимся на кухне.
Она хотела подойти к нему и поцеловать, сладко и долго, что бы снова ощутить всю нежность и тягучесть ночных поцелуев, прочувствовать, сейчас, что все то, что было, на самом деле было правдой, а не помутнением рассудка. Нет. Она не была пьяна на столько. Лишь слегка, для того что бы больше захотеть и без того привлекательного мужчину. Не была так долго одна, что бы бросится. как голодная собака на кость или мартовская кошка звать первого встречного кота.
окинув мужчину прощальным и нежным взглядом, Кристин поспешила покинуть комнату.

Отредактировано Kristiana Larno (2017-08-24 22:44:07)

+2

42

[AVA]http://funkyimg.com/i/2xBFR.jpg[/AVA]

Ну хоть слово «прислуга» было мне предельно знакомо. Выслушал я Кристин молча. Возможно потому, что рассказывая мне про кофе и давая инструкции на ближайшие полчаса, женщина была абсолютно обнаженной. И вроде все уже видел, прикасался, целовал, а взгляда все равно не отвести. Прекрасное стройное тело, а улыбка… При виде такой улыбки инквизиторы точно стали бы кричать «ведьма»! Слишком красива и обворожительна, слишком маняще. Даже жаль, что все закончилось, и нужно вставать с этой кровати. Возвращаться к проблемам, которые топором нависли над моей головой. Что произошло, как вернуться  домой. В этой постели голова была лишена этих сумбурный мыслей, которые, даже несмотря на сутки, проведенные в новом мире, все равно вынуждали меня теряться. А от взгляда и прикосновений Кристин я и вовсе забывал обо всем. Но никуда не денешься. Потому я лишь понятливо кивнул, и провел  женщину внимательным взглядом. После чего глубоко вздохнул и перевернулся на спину, явно не испытывая особого желания вставать и снова сталкиваться с проблемами понятия и принятия настоящего времени. И лишь очередной раздражающий звон этой шкатулки вынудил меня встать. Недовольно буркнув себе что-то под нос, спустя какое-то время я все же покинул постель и, собрав разбросанные вещи, отправился в ванную.
Даже несмотря на то, что вчера я проявил не дюжую самостоятельность, ближе мне все эти новые приспособления совсем не стали. Наверное, мне потребовалось минут десять для того, чтобы вспомнить, для чего нужны все эти крутящиеся штучки и кнопочки. Это повернуть сюда… Или сюда? – мысленно инструктировал себя я, стоя обнаженный в кабинке и тыкаясь пальцами в серебристые рычаги. Наконец-то пошла вода! Прохладная. Как раз то, что нужно. Для того чтобы отвлечься от прекрасной ночи (если это вообще возможно), и попытаться сосредоточиться на другом. Ведь я не дома, это вполне очевидно. И остаться тут не могу. Необходимо немедленно ехать в родовой замок! Возможно, именно там найдутся ответы на мои многочисленные вопросы. Впрочем, несмотря на нетерпение, я понимал, что тут мне придется следовать указаниям Кристин. Не зная совершенно ничего о современном мире, так или иначе я целиком и полностью сейчас зависел от нее. И если еще пару дней назад я бы брезгливо фыркнул при мысли, что в чем-то должен зависеть от женщины, сейчас все казалось иначе. Но, главное, мне очень хотелось сделать ей приятное в знак благодарности. А может и не только из-за этого. Проявить внимание, продемонстрировать свое расположение.
- Такое же? – в недоумении произнес я, крутя в руках такую же одежду, как и была на мне вчера. Либо в современном мире проблемы с разнообразием, и свой статус нельзя выразить иначе, кроме как одевая темные брюки и светлую рубаху, либо мне и вправду принесли вчерашнюю одежду! Хотя разбираться я не стал, были дела важнее. Быстро преодолев недовольство, я натянул на себя одежду и двинулся в сторону холла. Чужим может я и был, но на память не жаловался. От того очень быстро оказался в нужном месте. – Доброе утро. Я бы хотел кофе. Себе и леди Лерой. Где кухня? - почти слово в слово, как говорила Кристин, повторил я. И меня тут же поняли!
Прислуга есть прислуга. Уж не знаю, как к этому относятся в настоящем времени, но я был и остаюсь графом. Потому, сомкнув руки за спиной, я уверенно двинулся следом, как настоящий хозяин! Истинный вельможа. Жаль только, что вид у меня такой был недолго. Стоило только выйти на ту самую кухню. Если до того я считал обстановку непривычной, этакой диковинкой, то тут и вовсе все казалось… странным. Хотя нет! Я даже не знал, как выразиться. Лишь слегка приоткрыл уста, рассматривая все предметы и приспособления, что тут стояли. Кажется, я даже не сразу расслышал слова прислуги. К слову, никто и виду не подал, что я здесь чужой. Словно каждый день встречают в холле незнакомых мужчин. М, не самая приятная мысль, - поймал себя я, после чего попытался все же прислушаться к словам прислужника.
- Сахар, сливки, сэр? – какой интересный вопрос. От которого я тут же промычал себе что-то под нос и нахмурился при этом, словно сейчас в моей голове происходит активный такой мыслительный процесс. Ответ нашелся сам собой.
- Как любит леди Лерой, - в итоге уверенно произнес я и, надо же, меня снова поняли. Прислужник кивнул и принялся за дело. Я же встал у какого-то стола и начал с интересом наблюдать за работой. Люди к такому явно не привыкли, потому оглядывались поначалу, но ничего не говорили. А вот меня сторонние взгляды явно волновали меньше всего.
Они что-то ставили, делали, и огонь интересно зажигается. Сколько же всего нового! И звуки. От одного из которых я невольно дернулся. Такой резкий и неожиданный. Что это за механизм? Набросали каких-то зерен, и теперь они вертятся там с невероятной скоростью. В общем, наблюдать было интересно, настолько, что я даже решил попробовать сам. Игнорируя удивление прислужников, я подошел к этой диковинке, в которой от зерен остался исключительно темный порошок. Подошел и ткнул пальцем на кнопку, как это делали до меня. И снова послышалось это жужжание! Но стоило убрать палец, как оно прекращалось. Такое простое на вид действо…, но мне явно понравилось. Я сделал так еще раз. Примерно в таком виде меня и застала Кристин, тыкающим пальцем на одну кнопку и довольно улыбающемуся самому себе. Словно молодец какой, обуздал этот механизм! Или все это просто казалось мне забавным.
- Кристин, - заметив женщину, опомнился я и отошел от стола. Две чашки уже стояли рядом, я и не заметил, как прислужники покинули помещение. Вот только почему… они такие маленькие. Эти чашки. – А вот и кофе. Наверное…, если меня правильно поняли. Это кофе? – с этими словами я подошел к миниатюрным чашкам и наклонился, вдыхая незнакомый мне аромат. Такой крепкий, что я невольно сморщился и снова выпрямился. Пока не испытал особого энтузиазма от этого нахваленного мне напитка. – Надеюсь, на вкус оно лучше, чем на запах. У меня получилось произвести впечатление? – смотря на Кристин, с улыбкой поинтересовался я. Сам справился с ванной, сам спустился в холл, сам все нашел, сам попросил сделать кофе. Гордость!

Отредактировано Edward Barateon (2017-09-23 21:58:22)

+2

43

Слава Богу Кристин ни с кем не столкнулась по пути следования в свои комнаты, которые находились в совершенно другой стороне от гостевых. А то, картина получилась бы забавная, учитывая ее внешний вид, растрепанные волосы, которые свидетельствовали о бурной ночи, потому как, прислуга не совсем привыкла видеть племянницу хозяина в столь неопрятном виде. Для них она всегда была образцом настоящей леди, хоть и проживала в основном в штатах. Элегантно одетая, не в пример девицам вечно обряженным в джинсы и мини юбки. С изысканными прическами и ухоженными волосами. С холеными руками, как у дивы руками, которые никогда не знали тяжелой работы, с едва заметными венами, под ровным цветом розово-перламутровой кожи.
Сейчас у Кристин вид был совершенно иной. И это было счастьем, незаметно нырнуть в свои комнаты и снова скинуть с себя измятое трикотажное платье. О Боже! Оно впитало запах мужчины, с которым она провела эту ночь. Казалось бы всего пару часов в его объятиях и такой эффект. Вот и ночь, далеко не первая и не последняя в ее жизни, но до чего приятно-сладкая. Тягучая, как густая карамель. С каким еще блюдом это можно было сравнить? С ее любимым шампанским? Нет. Не такая легковесная и искрящаяся, о которой можно было бы забыть через пару глотков и проснутся с головной болью, о том, что же с ней теперь делать.
Принимая ванну, Кристин совсем не думала о том, как же ей теперь поступить с мужчиной, внезапно вошедшим в ее жизнь. Что здесь такого? она его хотела. Он ей нравился. Был загадочен и интересен. Она его пробовала. Дегустировала, как прихотливый гурман, погружаясь в запах его волос и тела, купаясь в его неожиданной ласке, не сильно свойственной на первых свиданиях. Для которых характерна, чаще всего, порывистость и страстность, сумбурность и скомканность происходящего. Но, все было совсем не так. Никакого сумбура и поспешности. Трясущихся от нетерпения рук и смущения от неловкости происходящего.
Глубоко выдохнув она снова ощутила неспешные прикосновения и поцелуи с новой силой расцветшие на ее теле, от горячей воды, ласкавшей тело. Кристин провела ладонями в тех местах, где он особенно долго целовал ее, поймав себя на мысли, что с удовольствием ощутила бы эти прикосновения снова. Еще. Дольше. Пронзительнее. На свету, не скрываемые потемками спальни, что бы видеть его мягкую улыбку и взгляд. Ей нравилось, как он на нее смотрел.
Кофе! Именно на аромат кофе была похожа эта их ночь. Так, подумала Кристин выходя на кухню, через довольно продолжительное время. Именно столько ей понадобилось, что бы привести себя в порядок. Принять ванну, переодеться, причесаться и накрасится. Очень стойкий запах, который ни с чем нельзя перепутать. Проникающий под кожу. Впитывающийся. Густой. Стойкий. Кристин любила кофе и его аромат.
- У меня получилось произвести впечатление?
Она не сразу поняла вопрос гостя и застыла у стола, облокотившись на него, демонстрируя в этот раз взгляду мужчины элегантный черный комбинезон с просторными брюками. Показывать графу из прошлого обнаженные ноги с длинной юбки выше колена она не спешила. Вчера было платье в пол, сегодня брюки. Брюки лучше, чем колени, на которые он бы смотрел, не принимая во внимание то, что уже все видел. Хотя, сумерки сглаживают все. И веления современной моды, ему все равно придется увидеть при белом свете и во всей красе.
- Впечатление?
Кристин зацепилась взглядом за сосредоточенное лицо мужчины. Впечатление? И тут ей на ум пришло ее ночное объяснение того, чем впечатляют женщину по утру. Кофе в постель.
Лерой еле сдержала широкую улыбку и облегченно вздохнув, когда повар с помощником покинули просторное помещение, подошла к мужчине в плотную, положив одну ладонь на его запястье. По коже от уже знакомого запаха пробежал приятный озноб, напоминая о глубоко чувственных пережитых ощущениях.
- Эдвард... кофе приносят женщине в постель, готовя его самостоятельно.
Прошептала она, приближаясь к его губам.
- Но... да... ты...
Вот здесь, все же вторгалась некая неловкость, не смотря ни на что.
- Но, ты был прекрасен и без этого.
При этом Кристин сладостно вдохнула его запах, понимая, что ни утро, ни вчерашнее опьянение не смогли скрыть истинного притяжения к мужчине, внезапно открытому и приближенному этим самым опьянением.
Она прижалась к его груди и одновременно взяла кружку в руку, помешивая сахар и сливки.
Именно такой напиток она любила.
- Попробуй.
И женщина поднесла кружку к губам мужчины, внимательно наблюдая за эмоциями и реакцией на его лице.

Отредактировано Kristiana Larno (2017-09-21 15:56:33)

+2

44

[AVA]http://funkyimg.com/i/2xBFR.jpg[/AVA]

Стоит ли удивляться, что я тут же оторвался от кофе, да и от всего остального тоже, как только Кристин подошла чуть ближе. Забавно, но она единственная в этом совершенно новом для меня мире, казалась мне такой… знакомой и близкой, что я мгновенно отвлекался. Повернувшись к женщине, я с легкой улыбкой на устах проследил за ее движениями, и улыбнулся еще ярче, почувствовав кроткие прикосновения, которые невольно вернули меня к воспоминаниям о сегодняшней ночи и тем ощущениям, что мне щедро подарили. Я даже не сразу расслышал слова о кофе и постели, слишком близко оказались манящие губы женщины. Наклонив голову в сторону, я глубоко вздохнул, борясь с собственными порывами. Нет, Эдвард, есть дела, важные дела, перестань выставлять себя полным дураком и развратником, - витало в голове, но я ничего не мог с собой поделать. Вопреки воспитанию и культуре своего времени,  я так и не отошел, скользнув губами по поверхности губ Кристин, и улыбнувшись этим ощущениям. Пожалуй, только после этого я смог осознать суть сказанных слов. Как только женщина прижалась к моей груди, я тут же обвил ее одной рукой, но взгляд мой при этом нахмурился. Ну надо же, напутал! Точно, надо было в постель, она же говорила. Вроде мелочь, а по моей реакции кажется, что это ошибка, которая перевернет всю нашу жизнь.
- Точно, - явно недовольный самим собой, пробурчал я, осматривая небольшие кружки так называемого кофе. Хотел было сказать, что сделаю это в следующий раз, но… будет ли он? Случайность, другое время, я не знал, чем все закончится, и обманывать не хотел, несмотря на то, что сразу проскользнуло это стонущее чувство тоски. – Но…, я кухню нашел и попросил приготовить, это ведь тоже считается? – в итоге я вынудил себя все же улыбнуться, после чего наклонился и коснулся губами лба Кристин. Удивительно, еще вчера я даже взгляда на нее поднять не мог, не смел, обремененный совершенно другим воспитанием. А сейчас уверенно обнимал ее, совсем не желая отпускать.   
Запах от того самого кофе исходил не самый приятный, потому не удивительно, что как только Кристин поднесла кружку к моему носу, я окинул ее недоверчивым взглядом. А потом снова вдохнул этот запах, словно со второго раза он покажется мне куда приятнее. Что ж, приятнее не стал, я даже сощурился, но и отказываться не намеревался. Глубоко вздохнув, с натянутой улыбкой на лице, я наклонился и сделал несколько глотков из рук Кристин. Вот выражение лица у меня было сейчас как у ребенка, которому дали кислый лимон! Нет ничего удивительного, новый вкус, совершенно мне незнакомый, нужно всего лишь распробовать. В общем, с первого раза явно не зашло, и я наклонился, чтобы выпить еще немного. На второй раз это уже был относительно спелый апельсин.
- Странный вкус. Возможно, к нему нужно просто привыкнуть? - честно произнес я, продолжая при этом пробовать глоток за глотком. И надо же, действительно, вскоре начал чувствоваться какой-то приятный привкус. Все еще непонятный мне, но и не такой противный, каким казался в самом начале. – Кофе. Сколько всего нового за пару дней.
Улыбнувшись этим словами, я осторожно взял кружку из рук Кристин и поставил ее на стол. Много нового, но самое потрясающее, пожалуй, было сейчас перед моими глазами, и я не повременил это продемонстрировать. Коснувшись ладонями обеих щек женщины, я подтянул ее к себе и прижался губами к ее губам. Вся стеснительность и неловкость быстро улетучились, я хотел это сделать – и я сделал, даже от такого кроткого действия получая неимоверное удовольствие. Приятно, хорошо, спокойно. Один поцелуй, затем второй, и вот я останавливаюсь, когда сознанию наконец-то удается достучаться. Что ты делаешь, Эдвард? Довольная улыбка становится немного грустной, я слегка отстраняюсь, так и не убирая ладоней от очаровательного лица Кристин Лерой.
- Кристин…, мне нужно попасть в родовое поместье, - и если еще вчера я произносил эти слова с воодушевлением и готовностью отправиться в путь немедленно, сейчас это звучало скорее как неизбежная необходимость. Это не мой дом. Я чужой, и с этим нам придется что-то делать. – Я хочу понять, что произошло. Возможно, там будут ответы.

Отредактировано Edward Barateon (2017-09-23 21:58:12)

+1

45

- Кристин…, мне нужно попасть в родовое поместье
Игривое и легкое настроение женщины осело кофейным налетом и пенкой на белоснежных краях кружки, отставленной в сторону мужчиной.
Что обычно случается с женщиной или кошкой, подошедшей с желанием получить ласку и исключительное внимание? Нет, не краткосрочное проглаживание, для проформы, что бы выполнить свой долг, как делает это супруг, чмокая жену в лоб или нос, возвращаясь с работы, после десятилетнего стажа супружеской жизни. Так вот, кошкам и женщинам очень не нравится, когда с ними так поступают и поспешно начинают говорить о делах.
Мужчины...
Нет, теоретически, она могла его понять. Не его время, место и жизнь. Но, сегодня ночью, он был с ней. Был ее. Покрайней мере, ей так казалось и мог повременить вот с этим своим высказыванием... ну, хотя бы на пару поцелуев.
Нет, он был не обязан брать ее на руки и снова увлекать, уносить в альков...хотя, это было бы приятно и более прекрасным продолжением дня.
Но. Нон так решил. И это его полное право. И оно защемило тонкую кожу ее самолюбия. А женщины, та категория их, которые похожи на кошек, своенравны и мстительны.
Кристин медленно высвободилась, отступив на шаг назад. Потом еще на один. Романтический флер растворился гораздо быстрее, нежели чем настойчивый запах кофе на кухне.
- Конечно.
Спокойно выдохнула она, словно бы и ничего не произошло.
- Но, не сегодня. На сегодня у меня другие планы. Я эксперт по антиквариату....
Госпади, как же сложно с ним изъяснятся! лучше бы они и дальше продолжили проводить время в постели. там, хотя бы. все просто.
- Итак... в наше время леди работают. Нет, не как крестьянки на поле. В моем случае, я выступаю. как знаток всего старинного и красивого. Украшений, мебели, картин. Меня зовут, для того, что бы определить, на сколько это дорого и соответствует выгодной продажи. И я на столько знаменитый эксперт...
Проклятье, опять не знакомое для него слово.
- Знаток. Что, меня вызвали из другой страны.
Кристин застыла взглядом на его лице, что бы понять, на сколько он ее понимает.
- Встреча с клиентами... тесть с этими людьми и их украшением запланирована на сегодня. И даже для такого дела, как ваше, я ее не отменю. Вам придется подождать и подстраиваться под мои планы.
Он хочет говорить о делах? Что ж...легко. Дела, так дела и совершенно ничего личного.
Кристин вздернула подбородок показывая, что она не приемлет возражений.
- Я буду готова к поездке примерно через час. Вас пригласят к машине. А сейчас, мне надо подготовится и собрать необходимые вещи.
Женщина даже не запечатлела у него на лице последнего взгляда, а развернулась и поспешила покинуть кухню.
Конечно, она не могла рассказать все те подробности, связанные с ожерельем, называемым "Королева зимы". Тем, что оно считалось проклятым и заговоренным, тем. что оно разыскивается не только ведьмами, но и орденом клириков, тысячелетиями следящими и уничтожающими ведьм, как раз созданными во времена графа, а то и гораздо раньше, на заре Христианства.
Зачем путешественнику во времени еще больше забивать голову такими сложностями, как ведьмы, колдуны и церковники. Сам все увидит, когда придет время. Наглядно все это будет объяснить гораздо проще.
Кристин сложила некоторые ей вещи в аккуратный дамский чемоданчик. Застегнула на шее оберег в виде глаза Амона-Ра. Спрятала под одежду. Сегодня он ей обязательно пригодится. По легендам это колье имело свою власть исключительно над женщинами. И чем черт не шутит, глядишь, что "Королева зимы" настоящее, а не подделка. Оказаться во власти подобной игрушки совсем не хочется.
Набросив на плечи черный жаккардовый кардиган она вышла в холл, а оттуда в очень ухоженный идеальный английский двор, где у парадного крыльца их ждал все тот же стального цвета  Rolls-Royce.
Женщина окинула настороженным взглядом мужчину.
- Это называется не карета. эта машина. И она ездит без лошадей. Нет, это не магия.
Лерой опустилась на кожаное сидение машины. Шофер учтиво закрыл за ней дверь.
- Вы помните.
Она снова перешла на официальный тон. Он сам так захотел.
- Что следует вести себя сдержанно и не проявлять чрезмерного внимания ни к чему. Не трогать. не вскрикивать. вести себя сдержанно, но вежливо, впрочем. как и было принято в ваше время.
Господи... как с ребенком.
- Ничего не говорить про магию и волшебство...хотя... на встречу с ним мы и едем.
Может стоило перед путешествием дать ему какого нибудь успокоительного, что бы он не нервничал? Да, хотя, в его времени, да с его мечем.. о чем она? он видел оторванные головы и конечности, кишки наружу и все что угодно, а она переживает о том, что он увидит женские голые колени и машины. Пусть привыкает.
Мотор машины почти бесшумно заработал и автомобиль плавно тронулся.
- Ну, а теперь я жду подробностей того, что же с вами конкретно произошло. Что было в последние моменты вашего прибывания в вашем времени. Вещи, которых вы касались. Пили, ели что? Видели что?

Отредактировано Kristiana Larno (2017-09-15 18:15:32)

+1

46

[AVA]http://funkyimg.com/i/2xBFR.jpg[/AVA]

Почему большинство людей, будь то это время или мое настоящее, так любят перебегать от крайности в крайность? Разве я дал понять, что она мне неинтересна? Что я равнодушен или хочу забыть обо всем произошедшем? Мои ласки и прикосновения говорили об обратном, но, увы, я не получил никакого ответа. Никакой взаимности или реакции. Стоило сказать о доме, как в ответ послышался лишь холод и строгие инструкции, словно только что женщина все четко и быстро расставила все на свои места. И между нами ничего не было. Вернее, было, но все это теперь не имеет никакого значения. Снова это чувство, разгорается с новой силой. Еще минутой ранее мне казалось, что рядом с ней я не ощущаю того одиночества…, но только что мне дали понять, что я все же один. Один в этом проклятом времени! После этого так же, как и она, я сделал шаг назад. Вот она пропасть. Увы, я отнесся к предшествующей ночи немного иначе. Ближе. Было немного обидно и неприятно, но взрослый мальчик, стерпел и понял. Мы из разного времени, и едва ли можем относиться ко всему одинаково. Может, здесь это вполне нормально и обыденно. Провести ночь и забыть. Впрочем, и у нас случается. И с чего я расценил все иначе? Лишнее подтверждение тому, что мне здесь не место.
- Хорошо, - кратко ответил я, пусть и не был до конца уверен, что понял абсолютно все, что мне разъяснила Кристин. Все это не имело смысла, я скоро вернусь домой, и забуду обо всем, что произошло. Проснусь от этого чудовищного сна, пусть не некоторое время и поверил в то, что все не так уж и плохо.
Больше ничего не сказав, я вернулся в свои покои. С памятью моей проблем не было, путь нашел довольно быстро. Казалось, я был собран, осталось только понять, куда девать свою одежду. В этот дом я явно не вернусь. В итоге скрутив все в охапку и повесив ремень с мечом на плечо, я вышел из помещения, и двинулся по уже знакомому мне коридору. Быстро дошел до прихожей, и встретил очередного прислужника, который мигом поинтересовался, не в стирку ли я несу эту одежду. Остановившись, я окинул мужчину удивленным взглядом. В стирку? С чего бы это?
- Леди Лерой сказала, что меня пригласят к машине. Но я собрался, так что…, - и я пожал плечами. Прислужник же сразу кивнул и открыл передо мной дверь на улицу.
Стоило мне шагнуть за порог, как взгляд коснулся… чего-то! Нахмурившись, я подошел ближе. Кажется, именно это с било меня тогда на дороге. Было больно, помню, как сейчас. Все еще держа вещи в руках, я подошел ближе, и коснулся так называемой машины пальцем. Блестящая, твердая, никак из стали! Это кареты такие? Современные? Довольно странно. Как же они ездят без лошадей? Или животных сейчас приведут? В этот момент дверца кареты распахнулась, и оттуда вышел мужчина.
- Разрешите Вам помочь, сэр, - он подошел и протянул руки к моим вещам, но я тут же отпрянул назад, не способный доверить единственное, что меня связывает с моим временем, какому-то незнакомому прислужнику. Тот сразу все понял, и быстро улыбнулся, попутно кивая в сторону машины. – Нравится?
- Я бы назвал это иначе… Удивительно, - произнес я, снова окидывая взглядом до селе неведанное мне изобретение. Хотел было спросить, как оно двигается, ведь если из металла, то наверняка очень тяжелое, но вовремя вспомнил предостережения Кристин. Нужно вести себя… нормально. Ровно настолько, насколько позволяет новое окружение.
Уже оказавшись в машине, рядом с Кристин, я с интересом окинул все внутри взглядом. Новое, незнакомое, удивительное. Я бы продолжил все рассматривать, если бы не очередные строгие инструкции со стороны женщины. И я снова посмотрел на нее, посмотрел, но так ничего и не ответил. Может и хотелось бы, но в этот момент машина внезапно сдвинулась с места, и я тут же повернул голову, наблюдая за тем, как плавно один пейзаж за окном сменяется другим. И надо же, никакой тряски, никаких резких поворотов. Мы ехали! Довольно странные и непривычные ощущения, которые тут же приступили воспоминания о сегодняшней ночи.
- В вашем времени это нормально? Хотя, полагаю, что… да, - в итоге протянул я, так ничего и не ответив на долгие пояснения Кристин. Провести ночь и забыть. Сделать вид, что ничего не было. Не значило, а ведь на секунду показалось, что есть проблески взаимности. Да нет же, не показалось. Они же были. Так что произошло? Или я все себе придумал? Как же далеко, Эдвард, тебя занесло от дома. -  В нашем тоже бывает, - в итоге выдохнул я, понимая, что дело вовсе не во времени. Что ж, я был лишним и четко осознал это, потому не был намерен оставаться обузой. И ждать. - Я благодарен Вам за помощь, Кристин. Но чем быстрее я окажусь дома – тем лучше. Позвольте, я сам разберусь во всем происходящем. Сейчас же у меня будет лишь одна просьба: доставьте меня в поместье. На этом все. И Вам не придется краснеть за мое чрезмерное любопытство, - слова эти я произносил неизменно глядя куда-то через окно. Напряжение, которое я испытывал от нахождения в совершенно незнакомой мне обстановке, от этого плавного движения, которое происходило словно само собой, было заметно невооруженным взглядом. Моя рука, упирающаяся в сиденье, сжалась в кулак, вторая лежала на какой-то ручке на дверце, с силой сжимая ее. Взгляд также напряжен и сосредоточен. Не в своей тарелке, это мягко сказано. И тут в какой-то момент мой палец случайно надавливает на какую-то кнопочку, и стекло неожиданно опускается. – Что я сделал? – смотря на небольшую щель, волнительно интересуюсь я. Впрочем, воздух мне сейчас явно не помешает, ибо нахлынывают какие-то... неважные ощущения. - А можно сделать больше? - однако у Кристин нет времени чтобы ответить. В следующее же мгновение я поворачиваю голову и касаюсь взглядом другой стороны дороги. Здания, которые там вырисовывается, кажутся мне необыкновенными! Да и не только здания, сами пейзажи и окружение. Абсолютно все. – Господи…, - пораженно произношу я, мигом передвигаясь к другой стороне сиденья и подаваясь в сторону противоположного окна. При этом я перегнулся через Кристин, фактически оказавшись около ее лица. Как только замечаю это, все остальное снова становится неважным. Здания, новизна, нереальность всего увиденного. Только манящий аромат, эти губы и глаза. – Все-то у вас сложно, - тихо произношу я, и не совсем понятно, имею я ввиду все то новое, что вижу в этом будущем, или само отношение. Кристин в частности. И пояснить нет времени и возможности, хочется уже совершенно другого – того, на чем сосредоточен мой взгляд. И я наклоняюсь, снова прижимаясь губами к ее губам, касаясь их мягким ненавязчивым, но желанным поцелуем. Сперва одним, затем и другим.

Отредактировано Edward Barateon (2017-09-23 21:57:48)

+1

47

Кристин молчала и хмурилась. Хмурилась и молчала. В жизни это противостояние называлось бы "милые бронятся - только тешатся" или попросту "притираются". Но, это все, если бы они были влюбленной парой, проходящей период становления. Но, в данной и этой совершенно конкретной ситуации Лерой и сама не знала, что сказать. Как охарактеризовать происходящее и как вообще на это реагировать, ловя саму себя на мысли, что ведет ту же самую увлекательную игру, поддавшись эмоциям и чувствам. Что ей, как ни странно все происходящее не безразлично и более того.
  Как можно было назвать вот это мужское упрямство, урожденного обладателя голубых кровей, ослиного темперамента и прекрасной бороды? Он не ответил на ее вопросы, словно бы они адресовались не ему, а кому то третьем, находящемуся с ними на заднем сидении  Rolls-Roycа. Как восхищенный подросток из глубинки смотрел в окно с неприкрытым восхищением и все, после того, как, чуть ли не потребовал, отвезти его в поместье со всем своим зачем то прихваченным скарбом. Аха! К вечеру к ней обязательно заявится полиция, потому что на пороге родового замка Стаффорд заявится велековозрастная детина с совсем таки не бутафорским мечем на перевес и будет требовать объяснения, почему в обход того, что у него, как у последнего графа Стаффорда не было наследников, здесь кто то проживает.
Кристин прям таки взбледнула от этой картины, понимая, что ее сюда обязательно приплетут, потому, как у подобранного на дороге сумасшедшего больше нет знакомых, кроме ее самой. а потом объясняй полицейским то, почему этот детина провел ночь в ее постели. Будучи не просто ей совершенно незнакомым, но еще и умалишенным.
Нет, ну конечно можно списать на то, что она попросту неразборчивая в связях американка, у которой давно не было мужчины. ну, в общем то не так давно, всего какую то неделю...но! Придется магическим способом отводить внимание и спроваживать полицию, но сплетни то соседей все равно останутся, да и жаль...по настоящему жаль, если упекут этот прекрасный экземпляр мужской красоты и упрямства в ближайшую психиатрическую клинику. потом не оберешься хлопот, вызволяя его оттуда.
Поэтому Кристин заботливо нажала клавишу блокировки дверей. Так... на всякий случай и обдумывая свои дальнейшие действия отвернулась в окно.
Но, объект ее желания, был непоседлив и очень любознателен, не смотря на упрямо-хмурое настроение и вот он уже на ее стороне кожаного сидения, рассматривает возникший торговый центр на краю города. А въезжали они в черту Лондона, потому, как ее клиент Джон Уолкер проживал в элитном , хоть и пригородном районе Лондона.
Нет, она не собиралась менять своих планов и более того уже думала запереть своего неуемного подопечного в машине, что бы он не натворил чего нибудь такого, как вдруг...
Все недовольство и любые другие мысли разом растворились, полопались, как мыльные пузыри, когда Эдвард смотрит уже не в окно, а ей в глаза, приближаясь, неминуемо соприкасаясь бедром к нее ноге, инстинктивно, жадно, заставляя прижаться в ответ, моментально выпуская еще горячие, влажные фантазии минувшей ночи, не остывшее ощущение поцелуев на своем теле от его губ и... его губы.
- Эдвард...
Замкнутое, тесное помещение салона, пахнущего сандалом и ванилью мгновенно наэлектризовывается, превращается в камеру с воздухом, уплотнившимся горячим. От одного прикосновения, заставляет  вжатся  в желанное и уже знакомое тело с дурманящим ароматом, прижаться к его скуле, а потом потребовать то, чего не смотря на сладкую и нежную близость не было этой ночью. Горячего, обжигающего до самой глубины гортани, глубокого, изматывающего поцелуя. Непристойного по меркам его времени. Откровенного в своем соприкосновении, когда можно почувствовать всю полость с не меньшей тщательностью, чем у самого себя, ощутить вкус и малейшие особенности, и падая в эту бездну желания, одновременно стараться унять рвущийся стон, мало отличающийся от животного.
- Эдвард.
Мгновенно нагревшимися пальцами она провела по его щеке.
В этом выдохе скрывалась одновременно не то просьба, нет, мольба, вернутся обратно, туда, в ночь, в затемненный сиреневый альков его спальни, к медленным поцелуям и ее просьбе, где она хотела "увидеть все".  И слабый намек на то, что его настойчивое повторение о доме...вызвало в ней чисто женскую обиду на его слова. В ее мире это бы означало. "Спасибо кошечка, у нас был так себе секс и мне пора домой. Повторения не жди". Врят ли он разбирался в подобных тонкостях. Но...кто ж запретит женщине обижаться на это?
Он совершенно прав. Все немыслимо сложно.

+1

48

[AVA]http://funkyimg.com/i/2xBFR.jpg[/AVA]

Подумать только, вокруг меня целый мир! Новый, незнакомый, со строениями удивительнее которых я не видел, с механизмами, напоминающими скорее магию, нежели результаты чьего-то гения… Но я не замечаю всего этого. Вот уже второй день подряд отвлекаюсь ото всех чудес чужого неизведанного будущего, стоит только увлечься глазами и губами своей спасительницы. Что это? Способности? Дар? Чувство благодарности? Или я, действительно, увлекся? Мягко сказано… Глупо и слепо. В первый же день. Может и к лучшему, что сейчас у меня не было возможности задуматься обо всем этом. Снова привкус этих сладких губ, и вокруг уже не существует ничего. Даже то стонущее ощущение внутри от плавного движения этой «машины» уже давно покинуло меня, уступив место блаженному наслаждению. От поцелуя. Нерасторопного, глубокого. И мне хотелось еще. Продолжать, медленно получать удовольствия, вкушая этот прекрасный вкус. Подавшись вперед, я скользнул ладонью по выразительной талии Кристин, а затем и к ее спине, придерживая и прижимая к себе плотнее, но при этом не отрывая губ. И нет никакой неловкости, может где-то и неумело, но все же я отвечаю на ее действия, изучая, исследуя поцелуем то, чему не уделил время этой ночью. Глаза закрыты, чувствую лишь ее дыхания и слышу слова.
- Мне очень нравится твой голос, - на секунду оторвавшись, внезапно тихо произношу я. Зачем? Сам не знаю. Но мне правда нравится, он ласкает слух. При этом тяжело дышу от долгой задержки дыхания, но мне чудовищно мало, и я снова касаюсь губами губ, не ускоряя, но углубляя столь сладкий и продолжительный поцелуй. То неловкое молчание (или как назвать все это), что было между нами, мгновенно испарилось. Никто не думал, никто не злился. Теперь нет места делам или обидам. Только этот момент.
Моя ладонь скользит по спине еще выше и дотрагивается до шелковых волос. Кончиками пальцев я чувствую их мягкость, и в очередной раз для себя отмечаю: в этой женщине все прекрасно! Все идеально! И продолжая гладить, снова опускаясь ниже. В какой-то момент дыхания стало не хватать, и я оторвался от ее чувственных губ. Чуть погодя, прижавшись к подбородку и скользнув пальцами под шерстяную накидку, я неспешно оголил плечо Кристин. Не место и не время, однако, разум сосредоточен на другом, и не желает отвлекаться. Под свое тяжкое дыхание я снова наклоняюсь и легонько касаюсь губами оголенного плеча. Еще вчера никогда не позволил бы себе подобной вольности, но ныне соблазн слишком велик. Плечо, затем ключица и шея…  Ласкаю губами, исследую с таким наслаждением, словно до того и не было ничего, и все это происходит впервые. Желание такое же сильное, а может и сильнее.
- Я знаю, что у тебя важные дела…, - тяжело дыша, тихо произношу я, так и не отрывая губ от манящей шеи (хотя довольно необычно мириться с мыслью, что у женщины могут быть какие-то дела, помимо рождения и воспитания детей!). Моя ладонь снова обводит рельефную талию, а затем опускается ниже, на ягодицы. Ненавязчивое ласкающее движение, но мне и вправду становится мало. Безумие какое-то! Но и поделать с собой ничего не могу. – Но давай вернемся в поместье. Я не хочу никуда ехать сейчас, - увлеченный, одурманенный, словно в бреду добавляют я. Долой дела, и даже возвращение домой, об этом я думаю меньше всего, стоит только вновь прикоснуться к этой женщине. Как глупо. И так не хочется выглядеть всего лишь похотливым графом из прошлого, но Кристин не оставляет мне шансов. – Нужно вернуться.
Очередное тихое заверение, после которого мои губы скользят чуть ниже, обходят интересной формы ожерелье и касаются поверхности груди. Вопреки нарастающему желанию, действия мои, как и в прошлый раз, неспешны, я хочу насладиться. Целиком и полностью, пусть и место для этого не совсем подходящее.

Отредактировано Edward Barateon (2017-09-23 16:55:18)

+1

49

Алкоголь окончательно покидает организм через семьдесят два часа.  Этот научный факт Кристин знала довольно хорошо. Но вчера, она не была на столько беспробудно пьяна, что бы и сейчас находится в бессознательном и расслабленном состоянии, для того что бы забывшись от одного только поцелуя и ласкающего прикосновения щетины к лицу, норовить скользнуть по светло-молочным, гладким, кожаным сидениям Rolls-Roycа, под мужчину в желании отдаться ему прямо здесь и сейчас.
Нет, это был не алкоголь, не зелье сладострастия, не долгое отсутствие мужчины и потребности тела. Это то, что называется понятием более тонким и зыбким, едва ощутимым, как аромат свежего утра или запах надвигающейся грозы. Ведь сложно описать запах грозы, но он совершенно точно есть. Неуловимый, сложно поддающийся осознанию, как самые изысканные духи, где составляющие тесно переплетаются не давая возможности различить их по отдельности.
Так и сейчас Кристин вряд ли могла дать вразумительный ответ о том, что ее так влекло сейчас и в принципе. А ведь не юная девочка, а женщина видавшее очень многое. Но, ведь никто же не застрахован...
Капкан внезапных чувств захлопнулся давая ощутить почти физическую боль и тоску по тягучему как патока желанию нежности и любви. Ознобом растекающемся по всему телу, застрял в груди чем то тяжелым, не давая вздохнуть, как при глубокой простуде. Все признаки болезни на лицо.
- Эдвард.
Казалось она могла повторять это имя бесконечно и в нем могло сосредоточится все, что  чувствовала сейчас. Отступившую моментально обиду на него, за то что он заговорил о возвращении. И казалось бы, это совершенно нормально и естественно. И умом она прекрасно понимала это, но отчего же эти слова оцарапали нутро, как засохшие хлебные крошки. Долгое послевкусие как от самого хорошего вина. Ночь легла нидерландской дорогой шоколадной глазурью разлившейся на мейсеновском белоснежном фарфоре, а не дешевым куском торта из забегаловки, проглоченного на ходу. Так бывает. Один раз на тысячу.
Странное ощущение, когда сознание и тело сразу воспринимают мужчину не как инородный неизвестный объект, а как нечто совершенно близкое и естественно знакомое. Принимают целиком и полностью.
На языке в ответ крутилось что то неимоверно ласковое и нежное. Что то, что не могло обрести форму в неуместно простых и корявых словах.
Сarino, bonito, mignon, χαριτωμένο, милый.... Она могла прошептать ему на десятке языков это слово. Но было бы все равно мало и нелепо грубо.
– Но давай вернемся в поместье.
Тело и душа одновременно заныли, желая безоговорочно подчинится его ласкающему слух голосу и просьбе.
Кристин выгнулась под его ласками дугой, подставляя под поцелуи шею и грудь. Запустила пальцы в упругие завитки волос. Упрямые. Обычно по волосам принято судить о характере их хозяина. Изогнулась еще больше, желая большей откровенности в его действиях. Да плевать на шофера! Он работал на ее дядю уже с десяток лет. Не станет как возбужденный подросток глазеть на то что происходит на заднем сидении. Лишь бы сдержать рвущийся стон желания.
- Господи... мне надо к клиентам Эдвард... просто необходимо.
Голос предательски дрожал и звучал неубедительно и с хрипотцой.
- Пожалуйста... милый... это не на долго...
Через невообразимую борьбу самой с собой притянула его к себе за шею. Прижалась щекой к щеке, шепча куда то в волосы.
- Потом все что захочешь. Ты и я... но сейчас надо... так надо. Понимаешь?
Кристин пыталась убедить в первую очередь себя а не его, потому как сотрудничество с торговым аукционным домом Сореса многие агенты и эксперты добиваются десятилетия и не явится к клиенту, объясняя это черт знает чем было бы совершить неимоверную ошибку и росчерком неудачи в карьере.
- Мы уже почти приехали.
Виновато продолжила она, краем глаза оценив то, как машина заскользила по элитному пригороду Лондона.
Слегка отстранилась и возбужденно облизала губы. Потом коротко прижалась к его губам.
Госпади! Да соберись же ты! Соберись и возьми себя в руки! Никуда он от тебя не денется!
- Эдвард.. там дел всего на один час и мы вернемся... куда захочешь... хочешь в твое поместье...хочешь...
Она снова поцеловала его в губы.

+1

50

[AVA]http://funkyimg.com/i/2xBFR.jpg[/AVA]

И сам не понимаю, что происходило, когда я оказывался с этой женщиной наедине. Я – лорд Эдвард Баратэон, граф Стаффорда, эталон самообладания и дисциплины! Человек, которым движет исключительно здравый рассудок и чистое сознание. Сейчас я не мог сдержать себя и своих желаний, стоило только оказаться ближе допустимого. Эти губы, глаза, этот сладкий аромат…, а еще воспоминания о прошлой ночи. Все это лишило контроля, вынуждая желать и продвигаться дальше. Прикасаться, целовать, вкушая сладкий вкус женской кожи. Присушиваться к ее дыханию, и ни за что не отпускать. И я следовал этому, следовал своим порывам. Вопреки всему. Несмотря ни на что. Чужой мир. Какая-то неизвестная мне машина и совершенно посторонний человек рядом. Все это не имело совершенно никакого значения, стоило только прикоснуться к губам Кристин Лерой. Таким чувственным и нежным. И дотрагивался я до них точно с такой же нежностью и аккуратностью. Чего они заслуживали. Легкие поцелуи, которые, впрочем, в итоге перерастали в нечто больше. Действия, которые я контролировал с трудом. Вот мои губы скользят по грациозной шее. Мне хочется сказать ей что-нибудь. Что она прекрасна, что она делает со мной нечто невообразимое, но я не могу, полностью поглощенный этим блаженным процессом. Губы с наслаждением скользят дальше, по коже. Я чувствую, как Кристин выгибается, позволяя мне, таким образом, продолжать, и я ни капли не сопротивляюсь, повинуясь желаниям женщины. Ладони мои касаются рельефной талии, медленно проводят по ней, поглаживая, лаская. Губами уже чувствую вершинки груди. И продолжаю изучать. Мои глаза закрыты, моя ладонь проскальзывает под спинку Кристин, я пытаюсь прижать ее к себе и своим губами еще плотнее.  Краем уха слышу, что она что-то договорит, но шепот ее, голос…  не менее сладки, нежели все остальное. Хрипотца от желания, и неуверенность слов из-за силы всего происходящего. Потому я не останавливаюсь, вновь переходя чуть выше, лаская ключицу, шею, и получая неимоверное удовольствие от звуков прерывистого дыхания женщины. А она пыталась образумить, тихо, с сомнениями в голосе, и так нежно одновременно.
- Зачем? Какие клиенты? – пробормотал я, совершенно не понимая, что может быть важнее этого момента. Какие-то клиенты. Куда-то ехать. Да пропади оно все пропадом! О да, как граф, я привык самостоятельно распоряжаться своим временем. Но в этот момент я почувствовал, как Кристин слегка подтягивает меня к себе. Прижавшись к нежной щечке женщины, я молча выслушал ее заверения. А сердце-то все еще бьется. Губы требуют своего, и переключить свое сознание совсем непросто. – Неужели это так необходимо? Так нужно…, именно сейчас? - тихо выдыхаю я на ушко Кристин. И вроде чувствую, что ей тоже не хочется отрываться, но и понимаю, что, наверное, придется. Однако тело не починяется разуму, и я продолжаю, медленными ласкающими движениями, обводить ладонью талию женщины. – Куда приехали? – кажется, я ничего не понимал, а может и не собирался понимать, не хотел, целиком и полностью сосредоточившись совершенно на другом. Глубоко вздохнув, я провел губами по щеке Кристин, и все же заставил себя глянуть в ту сторону, куда смотрела она. Опять все новое, невиданное раньше. Но все это уходит на второй план, все силы уходят на то, чтобы взять себя в руки. – Мне неважно куда. Я просто хочу побыть с тобой наедине, - прошептал я в губы Кристин, тихо и, в то же время, довольно нетерпимо, но потом все же заставил себя отстраниться.
Наверное, эта встреча очень важна… Родившийся во время, когда для женщины не было ничего важнее мужа и семьи, мне было трудно понять это. Но я все же сдержался. Сдержался и глубоко вздохнул, после чего снова повернул голову к Кристин и попытался ей улыбнуться. Чуть погодя, не удержавшись, я все же наклонился и снова коснулся ее губ легким поцелуем. Поскорее бы эта встреча подошла к концу! И я бы мог…, да что там, просто обнять и прижать к себе, никуда не торопясь и не думая о том, что на нас кто-то смотрит или нам куда-то надо. Забавно, как быстро я забыл о своем поместье. А ведь туда тоже нужно попасть. С удивлением ловлю себя на мысли, что хочу показать Кристин свой дом. Дело не в возвращении или желании разгадать тайну своего здесь появления, я просто хочу, чтобы она увидела. Увидела и оценила. Хочу поделиться и увидеть реакцию.
- Хорошо. Хорошо, прости…, я повел себя недостойно, - тихо пробормотал я, смотря куда-то вперед. И вроде понятно, что оба этого хотели, и что это повториться, потому что желание слишком сильно. Однако… воспитание! Воспитание, требующее немедленных извинений при осознании того, что повел себя неподобающе, поставив репутацию незамужней дамы под удар. – А это точно недолго? – в итоге добавил я, чем точно дал понять, что все произошедшее совсем не временный порыв. Я хотел прикоснуться к ней и хочу до си пор, и эти минуты ожидания даются мне точно так же непросто, как и ей.
Отвлекшись от прекрасной Кристин, я наконец-то смог обратить свой пристальный взор на все, что открылось за окном этой машины, как только мы остановились. Что за величественные строения! Что за дизайнеры это придумали? Таких масштабов. Разве такое вообще возможно? Разве человеку подобное по силам? Под напором впечатлений, я даже не заметил, как вышел из машины. Но сразу замер, рассматривая не только причудливые строения, но и все остальное. Такие же машины, странных людей. Голова кругом. Как я тут буду? Я ничего не знаю, я чужой. Все странное, непонятное, другое. Моя рука невольно опустилась к руке Кристин и сжала ее. Я не боялся, нет. Но такое обилие всего нового, удивительного и чужого кого угодно способно свести с ума. А еще я просто переживал за то, что не смогу держать себя в руках. И, равно или поздно, из моих уст вырвется нечто вроде «Ого, что это такое! Что за диковинка!». А ведь Кристин просила поспокойнее…, а спокойнее мне только так. Когда рядом.

Отредактировано Edward Barateon (2017-10-22 14:43:13)

+1

51

Наваждение не желало отступать, застилая глаза сладкой поволокой желания и влечения. Словно она, трехсотлетняя ведьма раньше никогда не пробовала любви и мужчин. Как будто и вправду испила одно из тех зелий, что когда то варила сама и теперь лишенная здравого смысла и рассудка.
Ведь ученые в наше время  доказали: когда человек влюбляется, его организм вырабатывает такое количество гормонов, которое сродни с наркотическим или алкогольным опьянением.
Любовь – это наркотик. Сильнодействующий. имеющий ярко выраженное привыкание и при отмене препарата, ведущего к ужасным ломкам. Доказательство тому – томография головы влюбленного человека. У него активизируются те же участки мозга, что и у человека, который употребил кокаин и находится в состоянии эйфории.
Любовь – это способ выживания. те же умные и однозначно озабоченные дяди и тети доказали, что человеческая любовь – это несколько видоизмененная форма увлечения у животных. Человеку проще найти для жизни одного партнера, а не постоянно добиваться новых для удовлетворения собственных сексуальных потребностей.
Любовь совершенно слепа. Это утверждение тоже имеет и научное доказательство. Немецкий исследователь выяснил, что зоны мозга, отвечающие за рациональные решения и негативные эмоции у влюбленного человека просто отключаются. Поэтому у русских существует расхожая поговорка "ночная кукушка дневную перепоет". Не пытайтесь что либо доказать влюбленному человеку. бесполезно.
Любовь – это зависимость. Ученые говорят, что лечить от любви нужно также, как и от наркотической зависимости: убрать из поля зрения «больного» все раздражающие его факторы: фотографии, подарки, любые напоминания об объекте вожделения.  Мужчины любят глазами. Это утверждение известно многим людям, однако далеко не все знают, что оно имеет также и научное доказательство. Во время влюбленности у мужчин активизируется зона коры больших полушарий, которая отвечает за зрительный фактор. Интересным окажется тот факт, что у женщин активной становится зона, отвечающая за память: дама запоминает поведение партнера, чтобы потом его анализировать и сделать выводы: стоит ли быть с таким человеком дальше.
И Кристин, как женщина образованная и просвещенная об этом знала практически все, но сейчас... сейчас получала то самое удовольствие сродни наркотическому опьянению от того, как возбужденно и сбивчиво, не сильно знакомый мужчина ей шептал о своих желаниях, заставляя "трепетать в животе бабочек".
- Прости…, я повел себя недостойно
Кристин мягко улыбнулась, не отстраняясь от него, но поправляя детали одежды. Съехавший с плеча кардиган и под ним бретели черного шелкового комбинезона.
- Это недолго. Уверяю тебя.
Она прижалась лицом к его шее, как заправский наркоман вдыхая его запах. Спокойствие Кристин. Вдох. Выдох. Сейчас нужно сосредоточится не на тех ощущениях, а на совершенно других. еще не хватало, что бы эта внезапная волна непрерывно растущих чувств увлекла слишком сильно, подавив знаменитое ведьменское чутье. А именно оно сейчас ей было нужно.
Выйдя из машины, Лерой глубоко вдохнула воздух, поднимая глаза на фасад элитного двухэтажного особняка в одном из самых престижных районов старого Лондона.
- Все хорошо?
Она мягко улыбнулась мужчине.
- Помнишь, что я просила? Ничего не говорить и не спрашивать... и еще не трогать.
Кристин в ответ сжала ладонь Эдварда, хотя его действия были и без того весьма ощутимыми, а надо сказать, ее ладонь, совсем не рукоять меча.
Кристин поднялась по ступеням, все так же находясь скованной одной рукой в крепкой хватке своего спутника и нажала на причудливый дверной звонок. Дверь открыл мажордом и приветливо улыбаясь пригласил их в просторный холл особняка городского типа.
- Госпожа Лерой. Господин...
- Стафорд.
Подсказала ему Кристин.
- Господин Стафорд.
Услужливо улыбнулся мужчина с проседью, услышав известную английскую фамилию.
- Господин Уолкер ожидает вас в своем кабинете. Прошу вас.
И он зашагал впереди показывая дорогу. Минуя просторный холл в ново английском стиле, по широкой лестнице на второй этаж, по просторному коридору в библиотеку.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
- Ну Джооон! Дорогоооой!
Заныла, обворожительно складывая губки бантиком Сесилия Винстон, не прекращая крутится у массивного зеркала в старинном серебряном подрамнике. Она то и дело выпячивала вперед свою выдающуюся грудь, которую ей и оплатил Джон Уолкер,  мужем почившей Эмилии, отец которой  являялсь хозяином "Cleveland Bridge & Engineering Company" — известной мостостроительной компании, занимающейся также инженерными исследованиями, самая большая и богатая в Англии. Сесилия была его "ассистентом" в офисе, но на самом деле банальной любовницей и тем, кто знал его скоропостижно скончавшуюся жену поняли. что он променял эту прекрасную, хотя и медленно увядающую снежную королеву на аппетитную розовощекую дурочку. Ну не хватало ему тепла и... дурости. Ну любят мужчины дур. а дурой она была редкостной.
Распахнув полы шелкового розового, как самыая приторная сахарная вата халата, демонстрируя зеркалу не только свои пышненькие и умилительные формы, но и интимную стрижку в виде сердечка, крашенная в платину блондиночка неотрывно смотрела на переливающийся холодный блеск бриллиантов и сапфиров в ожерелье "Королевы зимы". Кровожадная убийца в виде льднистого узора камней обхватывала ее шею и грудь, поработив сознание очередной жертвы. На щиту этого бездушного монстра, когда то зачарованного одной из могущественных ведьм, которую предал любовник, приходилось порядка двадцати женщин. Их смертями это прекрасное украшение питалось. Насыщалась и становилось еще сильнее. И совсем недавно оно унесло жизнь Эмилии Уолкеер. Но, любой темной твари этого мало и сейчас оно шептало розовощекой Сесилии о том, что они просто созданы друг для друга.
- Джоооон! Ну пожааалуйста! Ну оставь его мне! Посмотри же на меня! я в нем бесподобна!
- Прости, птичка моя. Я уже вызвал эксперта. И желаю выставить его на аукцион, что бы получить за эту безделушку, как можно больше.
- Ну неееет!
Почти истерично и со слезами на глазах заверищала покрасневшая от гнева Сесилия.
- Я хочу его! Ты давно мне ничего не дарил! я хочу его! Именно его! почему своей Жене ты купил его. а мне оставить не хочешь!
Но Джон Уолкер попросту не мог оставить "королеву зимы" своей любовнице. Он был разорен. И продажа части драгоценностей жены помогли бы ему продержатся на плаву, потому, как по брачному договору он не получал от Эмилии ровным счетом ничего.
Вопли любовницы заглушил мелодичный дверной звонок.
- Милая оденься и положи ожерелье в коробку. Приехал эксперт с аукциона "Сотсби"

0


Вы здесь » HELM. AUREA TEMPORIBUS » АЛЬТЕРНАТИВА; » Коридоры времени