Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Лучше делать новости...»:
Филиппа Уоллес
«Искусная технология неотличима от магии»:
Адриано Грациани
«Не могу хранить верность флагу...»:
Вергилий Торбьера
«Говорят, царица ненастоящая!»:
Люций Целер (ГМ)
«Не ходите, девушки...»:
Лукреция Грациани
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Эйдис Берг
«Крайности сходятся – нередко перед алтарем»:
ГМ
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца
«Какой хаос наступил бы в мире...»:
Адемар де Мортен
«Бунт»:
Лиора

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Вино и разговоры по душам [x]


Вино и разговоры по душам [x]

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

НАЗВАНИЕ
Вино и разговоры по душам
УЧАСТНИКИ
Джордж д'Аркур, Уильям Хайгарден
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
26 мая 1443 года. Хайбрэй, столица. Резиденция епископа.
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ
Услышанная вчера исповедь от Уильяма Хайгардена, подвергла епископа Айгоршира пригласить его к себе в резиденцию, чтобы отметить свое назначение и найти в лице постороннего человека собеседника собутыльника, готового выслушать теперь и его историю.

Отредактировано George de Harcourt (2017-04-22 10:20:58)

+2

2

Под вечер, вернувшись с мессы в главном соборе Хайбрэя, Джордж разослал письма своим сподвижникам в разные части Хельма с, ведомыми только ему, поручениями. Но это не касалось никакой политической стороны жизни, а только местных инквизиторских делишек, которые и проворачивал Аркур вместе с остальными, причастными к ордену церковниками. Около десятка писем, отправленных черными воронами, через несколько дней перекочуют в чужие руки. Ответы обратно придут еще не скоро, но епископ никого и не торопил. Он прекрасно умеет ждать, если это требуется для достижения нужного результата. Жаль, что после назначения главным прокурором, теперь он лично не может присутствовать на пытках и лицезреть, как дьявольское отродье каиться перед Создателем. Они не чувствуют ни жалости, ни сожаления, и не заслуживают милосердия. Все обладающие даром магии люди должны быть стерты с лица земли будь они простыми пахарями или же графскими детьми. Размышляя о подобном, Джордж поудобнее устроился на подоконнике у открытого окна в гостином зале, согревая в руках хрустальный бокал лишь наполовину наполненный вином, и то разбавленным водой. Около маленького стола суетились мальчишки прислуги, расставляя на бардовой скатерти знатные кушанья и бокалы с вином. К Аркуру должен был скоро прибыть его новый знакомый, с которым он вчера имел честь вести весьма приятную исповедь, больше похожую на дружескую беседу. Почему-то слова рыцаря заставили Джорджа задуматься о своей жизни, о самом себе, о своих желаниях и целях. В столице он пока не обзавелся связями и почти не знал никого в лицо, только по именам и титулам родов. Лично ни с кем епископ еще не контактировал, но в планах это у него уже появилось. Он должен узнать побольше о королевском дворе и людях, служащих там. К тому же у Джорджа имеется любовница, супруга его же собственного брата, Кэтлин Меверелл, которая занимает должность стас-дамы. Она знает, что ее любовник в столице, ведь он отправил ей письмо из Скайншира еще две недели назад, как только его возвели в епископский сан. Только они еще не виделись. С их последней встречи прошло полтора года, за которые молодой мужчина весь извелся. Письма от любимой женщины не гарантировали ему то, что с ней все в порядке. Пока он не увидит ее лично, его душа так и не будет в покое. Прислонившись к косяку окна затылком, Джордж прикрыл глаза и устало повернул голову в сторону дуновения ветерка. Как только исповедь рыцаря закончилась, епископ отпустил ему грехи и благословил на дальнейший путь, а сам после этого вернулся на свое молитвенное место, где и простоял на коленях до утра. Инквизитор умолял Создателя быть милостивее и не посылать столько искушений, испытаний и страданий на одну лишь его истерзанную душу. Радовало только то, что Кэтлин теперь будет рядом и их искренней любви с ним уже ничего не будет мешать. А он не плохо и сам поднялся, не без помощи дяди и отца, конечно. Но не все, чего добился Джордж их заслуга. Большую часть своих почестей он получил своим трудом и знаниями. Сан епископа и должность генерального прокурора, второй ступени после Великого Инквизитора в ордене, прекрасная награда за десять лет, отданных во славу Матери-Церкви. На Джордже снова красовались епископские одеяния фиолетово-сиреневого оттенка из дорогих тканей, кое-где украшенные золотыми нитями. В таком виде его еще не видела Кэтлин, и ему хочется посмотреть на ее реакцию, как только она узрит на его голове шапочку епископа и оттенок пурпура в одежде. Теперь Аркуру не придется клонится перед церковными иерархами, исключая самого понтифика и архиепископа, ведь он будет равным им. Но это не предел мечтаний церковника. У него возникло новое желание получить теперь уже кардинальскую шапочку, в обмен на свой голос в чью-либо честь. Жаль, что Клет не так давно сам уселся на Святой Престол и ждать конклава придется очень долго. Джорджа это не разочаровывало ни сколько. Он стал епископом и его доход возрос во много раз, к тому же он мог наслаждаться своей огромной резиденцией прямо в столице, неподалеку от королевского двора. Пока Джорджу этого хватит, он еще не привык к своей новой роли, а там посмотрит по ситуации и если понадобиться, то своего шанса не опустит.
—  Ваше Преосвященство! —  громко раздалось справа от уха и Джордж лениво приоткрыл один глаз, затем второй и, сощурившись, воззрился на стоящего рядом молодого юношу, разодетого в пух и прах. —  Прибыл Уильям Хайгарден
—  Так пригласите его сюда —  спокойно отозвался епископ, но позу сменил только после того, как слуга побежал за гостем. Из-за сидения в одном положении на подоконнике, у Аркура затекла спина и немного, пусть и приятно, горело лицо из-за вечернего ветерка. Он ощущал себя уже слегка расслабленным и в хорошем настроении, ведь он начал пить еще с самого утра. Он никогда не употреблял воду, считая ее питьем бедняков, а только разбавлял ей вино, чтобы не быть вечно подшофе. Джордж пьет разбавленное вино, причем очень сильно разбавленное, с восьми лет. Побочных действий на него оно не оказывает, скорее наоборот, лечит нервы и успокаивает. А той дозы, что в его бокале, хватает на один единственный глоток. У Аркуров есть собственный виноградник, который они содержат только для нужд своей семьи, и из плодов, после созревания, как раз и добывают вино. Хорошее, мягкое, терпкое на вкус и прекрасно воздействует на желудок. С самого утра Джорджу пришлось разбираться со слугами, которых ему предоставили после смерти предыдущего епископа. У него оказывается были весьма не плохие вкусы. Старик смог каким-то образом добиться, чтобы ему прислуживали и молодые служанки. Хотя обычно у церковников их никогда не было, только слуги мужского пола. Конечно молоденькие девушки не были совсем уж исключением, но ни одна знатная барышня не пойдет на такую работу. Наверное предыдущий епископ, судя по его служанкам, сдох именно во время ночи с одной из них. Джордж выгнал всех этих молодых дурех. У него самого были только слуги, чтобы не было слишком тяжелого соблазна, завести отношения с молоденькой девчушкой. Вдалеке от возлюбленной, вне ее объятий, Джорджа изредка срывало с тормозов, но это было очень редко и мимолетно, несмотря на свой горячий темперамент, он умел держать себя в руках. Последние полтора года он точно верен Кэтлин и думает, что она верна ему. Еще бы. Их отношениям уже больше двадцати лет, может чуть больше, это смотря откуда вести счет. Были помолвлены будучи еще младенцами, росли вместе, пока их не разделила церковь. Потому лучше убрать всех этих вертихвосток с глаз долой, чтобы они не раздражали Аркура даже издалека. Уильяму не плохо живется. У него самого нет обета безбрачия на плечах и свобода выбора в спутнице жизни. Собственно нечего жаловаться, когда каждый из них выбрал сам себе путь. Джордж, поправив одежду, медленно проследовал к столу и уселся на свободный стул. Поставив бокал, церковник сложил руки на столе и стал задумчиво бродить взглядом впереди себя, примечая какие блюда стоят и насколько новые слуги будут исполнительными. У епископа никогда не было столько слуг сразу, ему еще предстоит разобраться со всем. Для Уильма выделили место напротив, так что им ужинать придется около открытого окна, ибо инквизитор любил прохладу. Будем надеяться, что он не проморозит своего гостя, ведь уже конец мая и теплые ночи уже наступили. Джордж никогда практически не мерз, у него постоянно были горячие руки и тело, но состояние здоровья он не жаловался. На столе расположилось блюдо с салатом, другое было с индейкой, здесь был и пирог и еще что-то непонятное, вроде похожее на салат. Это не считая того, что сира Хайгардена ждало вино в избытке расставленное на столе. Сам епископ ужинать не собирался, он не любил предаваться чревоугодию при посторонних и ел обычно в одиночестве.

Отредактировано George de Harcourt (2017-04-22 14:30:14)

+2

3

Следующий день после исповеди был по-настоящему первым днём отдыха для Уильяма. Решив что сегодня следует набраться сил перед тем как отправиться по делам, ради которых он и прибыл в столицу, проснувшись, он собрался как следует разобраться с вещами, которые привёз с собой и в первую очередь это касалось доспеха. Не тяжёлой походной брони с полной защитой на руках и ногах да ещё и с нагрудником, а скорее лёгкий вариант, представлявший из себя по сути один лишь панцирь, поножи, да наручи.
В целом новый день отличался от предыдущего разве что тем что первую половину дня шёл небольшой дождь, потому к вечеру воздух приобрёл некоторую свежесть, особенно когда облака на небе окончательно разошлись и вышло солнце на радость всем находящимся в столице. Не смотря на образовавшуюся грязь, что превратила многие улицы в подобие бездорожья, всё было не так уж и плохо как могло быть, а учитывая что в центральном районе и вовсе преобладала брусчатка, беспокоиться тем кто жил в этих местах и вовсе было относительно не о чем. Кроме всего прочего Уильям провёл некоторое время и за размышлениями вчерашнего вечера и ночной беседы с епископом де Аркуром и словам, которые он услышал от него. Придавать большое значение им или нет - личное дело каждого из людей, однако когда ты вступаешь в новую часть своей жизни, совершая новый виток по спирали, следовало оглянуться назад на всё что ты совершил и оставить в прошлом всё что только было можно, в том числе и всевозможные грехи, начиная от обычной лжи и заканчивая смертями. Собственно, относительно последнего сам Уильям понимал, что это будет попросту невозможно, по крайней мере не в этот раз и не в этой жизни возможно и вовсе потому как солдат не может попросту повесить свой меч на стену, взять мотыгу и стать, к примеру, фермером. Потому как не обучен ничему кроме военного дела и тому как убивать что бы выжить. По крайней мере Хайгарден размышлял и представлял всё именно так - убей что бы не убили тебя. И не важно какими были настоящие мотивы. Однако к слову говоря, он был весьма благороден и не опускался до того что бы казнить пленником или причинять вред безоружным и слабым. Не такой была его природа, не смотря ни на что.
Внезапно утром Уильяму прислали письмо с одним из слуг что помогали на постоялом дворе. То было приглашение от его нового знакомого, епископа Джорджа де Аркура, который исповедовал вчерашней ночью его самого. Не смотря на всю внезапность и неожиданность, отказывать было нельзя, ем более что когда поступали такие вот письма, сам рыцарь не привык заставлять людей ждать. Однако не будь он Уильямом Хайгарденом, если бы отправился на встречу прямо сейчас. Не смотря на искренность вчерашнего разговора, нужно было очень внимательно следить за новыми знакомствами потому как если ты не знал собеседника, это совсем не значило что собеседник не знал тебя. Что бы не вызывать лишних подозрений, Уильям надел бригантину под верхнюю одежду, закрыв её наглухо до самого ворота, а в довесок к мечу на поясе добавил небольшой кинжал. Как лишняя поддержка на случай возможной засады. Осторожность никогда не помешает.
Отправиться он решил пешком, по дороге то и дело проверяя на сколько хорошо и быстро можно было вытащить оружие из ножен и как легко им орудовать. Особенно в небольших помещениях вроде той самой комнатки в которой они были вчера. Тем более что эта вечерняя встреча должна была произойти в резиденции самого епископа, а где именно - Уильям не знал.
Спустя какое-то время Уильям оказался перед отдельно стоящим строением, усадьбой, что представляла из себя весьма большое и, надо бы сказать, изысканное, двухэтажное здание с небольшим садом, раскинутым перед широким крыльцом, являясь так же и парадно лестницей внутрь. Слуги, похоже, знали свои обязанности и потому уже через несколько минут Хайгардена проводили туда, где его ожидал хозяин всего этого великолепия. Поправив плащ и пояс с оружием, Уильям прошёл внутрь комнаты.

- Приветствую вас, Ваше Преосвященство и благодарю за приглашение, - тон голоса был совершенно спокойный и даже дружественный, располагающий к продолжительной беседе, - чем обязан вашему приглашению?

+1

4

Ждать Уильяма Хайгардена пришлось не так уж и долго. За то время, пока епископ ожидал его прибытия в гостиный зал, слуги принесли ему несколько новых писем, которые только что доставили почтовые вороны. Не торопясь Джордж содрал печати и развернул письма. Содержание их его не особо удивило, скорее наоборот, даже порадовало. Но посторонним знать о том, что написано в них, не нужно. Там была указана сумма, что будет передана в доход главного прокурора инквизиции Хайбрея, после конфискации ниже перечисленного имущества обвиненных в ереси или колдовстве жителей. Большая часть подозреваемых отделывалась не всегда костром, а только конфискацией имущества в пользу церкви и тюремным заключением, длящемся от силы год. Правда такие методы можно было считать таким же убийством, так как иногда у обвиненного забирали практически все, вплоть до провизии. Львиная часть имущества забирали себе именно инквизиторы, небольшую часть приходилось платить светской власти, на той земле, где жил подозреваемый, а все остальное, что оставалось уходило на финансирование поисков. Так что орден жил совершенно не нуждаясь в средствах, получая их из тех, кого они так рьяно преследовали. Доказать причастность определенного человека к магии или еретическим учениям было проще простого. Инквизиторы умели путать подозреваемых во время допроса, запугивать их и вертеть их же собственными показаниями во вред их самих, кроме этого применялись пытки на дыбе, после которой сознавались буквально все. Редко кто мог вынести такое и его тут же признавали колдуном, так как считалось, что именно нечистый давал ему силы молчать и не каиться в своих проступках. Теперь, как епископу и второму по значимости после Великого Инквизитора, человеку, Джорджу капал небольшой доход, который теперь будет он получать время от времени. Но это все инквизиторские делишки и мирскому человеку знать их не положено. Задумчиво сложив письмо несколько раз, Аркур подложил его под свой пустой бокал и улыбнулся, только сейчас заметив неподалеку стоящего сира Уильяма Хайгардена.
День добрый, сир. — весьма по-светски поприветствовал гостя церковник, затем чуть приподнялся и указал рукой на против себя. — Присаживаетесь. Не беспокойтесь, ничего не отравлено.
Ухмылка украсила лицо Джорджа, ведь он приметил, что рыцарь весь собран, словно готов к бою и ждет какого-то подвоха со стороны. Интересно зачем епископу покушаться на его жизнь? По идее это могло быть, но никакой пользы не принесет. А Аркур предпочитал проворачивать дела, которые несут ему определенную выгоду будь это влияние или власть. За деньгами он уже не гнался, той роскоши, что сейчас была вокруг него хватит на долгие годы. Осталось только прожить в Хельме долгие лета и не оказаться на задворках церкви. Поправив свои одежды, чтобы удобнее усесться на стуле, Джордж вновь присел на место.
Если вам интересно узнать, почему я вас пригласил к себе на званный ужин, то повод очень прост. Как вы могли уже понять, я совсем недавно в столице и не успел обзавестись новыми знакомствами, хотя моя должность располагает к этому. Вчера вы... — сощурив задумчиво глаза, епископ перехватил наполненный бокал с вином и приложился к нему, сделав один глоток и опрокинув все, что было внутри в себя, только после этого продолжил начатую фразу, — Исповедовались мне. После услышанного я вдруг понял, что мы с вами родственные души, грехи наши уж слишком похожи. Пусть они и имеют разное толкование. Но это только философия...
Инквизитор поставил пустой бокал рядом с предыдущим, под которым и лежало письмо, и сложил руки на столе, поставив локти на стол, а пальцы сцепив между собой.
На самом деле мне просто не с кем выпить хотя бы часть того, что есть в погребе.
Джордж чуть-чуть придвинул большой серебряный поднос, где и расположились в рядок хрустальные бокалы с вином, в количестве примерно двадцати. Десять из них полностью наполнены до краев, причем крепким вином, а остальные наполовину и разбавленные очищенной водой.
Что вас привело в столицу, если не секрет? Откуда вы прибыли? — поинтересовался, не меняя тона Джордж у Уильма, оставаясь таким же спокойным и радушным, как был раньше. — Не исповедоваться же вы специально приехали в Хайбрэй.
Как то глупо вышло бы, если бы и правда сир Хайгарден приехал только за очищением души. Тогда ему надо было идти с группой паломников, а не одному. Неужели ищет невесту? Возможно. Так девиц разных полно в городе, может и найдет. Сам Джордж никого не знал и не мог посоветовать. Он сам еще не посещал королевский двор, но вознамеривался это сделать. Он епископ Айгоршира и имеет право это сделать. Но только не сегодня и не сейчас. Аркур терпеть не мог переезды туда сюда даже на небольшое расстояние, конные прогулки его раздражали, он терпеть не мог грязь, дорожную пыль и прочие прелести. Его даже на местный рынок будет трудно выгнать, ибо его дорогое, роскошное епископское облачение испачкается, а он сам должен будет контактировать с местными жителями. Собираясь вести неторопливую беседу, молодой епископ вновь взял бокал, но уже наполненный вином. Он будет пить из него так же медленно, как неспешно будет течь разговор.

Отредактировано George de Harcourt (2017-04-24 16:08:25)

+1

5

Когда ты направляешься на личную встречу с человеком, которого еда только знаешь, видел максимум пару раз или лишь слышал о нём - стоит иметь в виду всё, любые факты и держать в голове дополнительные варианты возможного отступления или стратегию действий нападения. Нельзя сказать что Уильям Хайгарден был таким уж важным человеком и личностью в целом, однако даже у самого обычного рыцаря могут найтись враги, тем более что не случайно ещё  ночью его собеседник заговорил о неких организациях, которые живут именно тем что за деньги ликвидируют тех, кто переходит кому-либо дорогу. Но обстановка, которую оценивающе сразу же проверил Уильям, оказавшись здесь, располагала скорее к обычному разговору нежели игре в кошки-мышки с использованием отвлекающих приёмов вроде дружеской беседы. Что хуже - такого гостя могли обвинить в излишней подозрительности по отношению к хозяину, что пригласил к себе и сделал всё для комфортного расположения своего собеседника. Жизнь научила Уильяма относиться ко всему максимально серьёзно, в особенности когда дело касалось поединков или женщин, ведь от завистников или тех кто жаждет за что-либо отомстить иногда бывает слишком много, да и у кого-то наверняка может найтись средство избавиться от своего противника. Здесь же напротив - последнее, в чём можно было обвинить Джорджа де Аркура так это покушение на жизнь. В конце концов - зачем ему это? И всё же рыцарь заподозрил в этом священнослужителя... Это могло натолкнуть на серьёзные мысли и даже конфликт, но так же могло перейти и в неплохую тему для разговора. По крайней мере его начала.

- Как вы узнали? - Уильям определённо растерялся внезапному заявлению своего собеседника, однако попытался преобразовать всё в шутку, непроизвольно усмехнувшись, отвечая на приветствие и присаживаясь рядом, - однако вы правы, я ожидал... Засады. Прошу простить мои подозрения. Хотя, честно говоря, после того как однажды меня чуть не убил один монах, которого я встретил в одной церкви, я отношусь осторожно даже к тем, кто служит на благо церкви. Конечно, я понимаю что виноват, однако когда у тебя множество врагов поневоле становишься подозрительным, - с этими словами Уильям начал понимать что его начало вновь уносить в свои мысли и размышления, хотя ещё вчера он казалось бы должен был расправиться со всем что его мучило, - грехи наши действительно могут быть и похожи, Ваше Преосвященство, вот только как вы можете предлагать вино человеку, которого накануне ночью поставили перед выбором? Мне казалось что вино тоже входит в эти две недели... поста, - и вновь Уильям невольно усмехнулся, понимая всю глупость своего положения и сложившейся ситуации в целом, - Вы умеете искушать людей.

Прибытие в столицу... Собственно, а чего ради он прибыл сюда и какова его цель здесь? Уж точно не желание одной только исповеди, как только что заметил Джордж де Аркур, определённо не это. Решив, что в данной ситуации не стоит увиливать от ответа и рассказать всё как есть, он слегка удобнее устроился в кресле и заговорил.

- ИЗ Йелоншира, там находится родовой замок Хайгарденов. В столицу же я прибыл в поисках лучшей жизни, как и многие авантюристы вроде меня. К счастью, мне улыбнулась удача и буквально через два-три дня я смогу встретиться с капитаном королевской гвардии, с которым нас свела судьба на поле боя и искренне надеюсь вступить в ряды гвардейцев. Что ещё остаётся простому рыцарю вроде меня? А что можете сказать вы? Дело ведь не в одной только философии?

+1

6

Нет ничего проще, как просто посмотреть на человека и доверится своему шестому чувству, то есть интуиции, чтобы понять часть его мыслей. Проработав дознавателем на службе инквизиции десять лет, Джордж примечал кое-какие детали, запоминал их и мог сопоставить те или иные факты, чтобы придти к определенному выводу. Вот и сейчас, увидев как рыцарь идет, смотрит на окружающий мир и держит руку на рукояти меча, епископ предположил, что тот опасается чего-то или кого-то. Страх это природное состояние человека, дающее ему шанс выжить в жестоком мире, окружающем его с самого рождения. Все боятся, все испытывают боязнь, но не все могут это показать посторонним. Аркур не считал Уильяма трусом, скорее наоборот, нужно иметь определенную смелость чтобы убивать, а затем открыто говорить об этом даже перед святым отцом Матери-Церкви. Но они оба люди и им свойственна боязнь определенных вещей. Джордж не хотел рано умереть, он боялся потерять родителей, сестру и свою любимую женщину, он переживал за свой статус и репутацию, а еще за свою бессмертную душу.
Вы выглядели слишком собрано, когда шагали к столу.. — отодвинувшись от стола, епископ вальяжно развалился в кресле, взяв в руку бокал и удерживая его между пальцами руки на весу. Несколько секунд мужчина думал, с чем он может сравнить поточнее походку Хайгардена, а затем произнес — Как-будто вы подходите к яме, в которой копошатся ядовитые змеи.
Джордж задумчиво опустил голову, покачивая слегка бокал и раздумывая над собственными же словами. И правда, его тоже окружают ядовитые змеи, если так подумать. В церкви порой происходят жуткие вещи, а интриги плетутся такие, что любая светская власть может только позавидовать. На самого инквизитора тоже покушались и не раз. Один раз он спас себя сам, помогли уроки фехтования, которые ему давали как графскому сыну-наследнику и которые он потом не забросил уже после вступления на дорожку церкви, еще два раза его защитили гвардейцы. Жить вообще опасно, а не жить просто нельзя. Это не считая того, что Джорджа пытались проклясть маги-маледикты, но в арсенале инквизиции есть и против их проклятий защита. Вот Уильяму придется столкнуться с еще большей тревогой, когда он окажется при королевском дворе, уж там-то действительно рассадник змей, ползучих гадов, тараканов и крыс. Наверняка там водятся еще и проклятые колдуны, готовящие всякие смеси и создающие амулеты. Не факт, конечно, но все может быть. В ближайшее время Джордж обязан связаться со своей любовницей и уговорить ее стать его ушами при королевском дворе. Собрать доказательную базу будет сложно, но если ведьма или ведьмак найдется, им не несдобровать. От инквизиции еще никто не уходил. Кэтлин придется долго уговаривать, неизвестно согласится она на это или нет, но Джордж попытается с ней договорится. Сегодня утром он отправил письмо, где сообщил своим шпионам о своем местонахождении и ситуации в Айгоршире. Теперь его люди будут прессовать местных в этой епархии, в том числе и в самой столице. При прежнем епископе все поросло дебрями. Главное чтобы не завыли жители от такого епископа, ведь не зря за ним уже в столицу пришла дурная молва о Ангеле Смерти. Джордж получил это прозвище из-за его неутомимого желания искоренить зло и ересь любой ценой. Он отправлял людей пачками то на смерть, то обрекал их на вечный позор и нищету. Его прибытие в любое графство уже несло за собой беду и страх. Ему нужно будет усилить охрану своей резиденции и собственных покоев, чтобы быть готовым к покушению. Ведь став епископом, он получил еще больше прав и это развязало ему руки, по крайней мере в этой епархии. Мало ли кому это не понравится.
Вино это наше каждодневное питье. Это далеко не грешный напиток. Вот только если после принятия его, человек ощущает потребность сотворить зло, то в этом и кроется сам грех. Только крестьяне пьют простую воду, а вино это напиток знатных и богатых сословий.
Епископ имел в виду то, что если пить вино умеючи, то от этого не будет никакого вреда, только польза. А вот пьянчуги не против бедокурить, а где пьяные морды, там разбой, насилие, грабежи и убийства.
Я не ездил в Йелоншир, но мой брат бывал там один раз. Только он не рассказывал зачем туда ездил — задумчиво произнес Джордж, только сейчас он понял, что не знает что понадобилось в том графстве брату. Собственно жизнью своей семьи он сам не интересовался особо. Его сестра уже взрослая, ее пора выдать замуж, оба брата женаты, а у младшего уже есть ребенок. Ему только восемнадцать, его жене шестнадцать, а у них в этом году родилась славная девчушка. Как только Джордж разгребет все дела, обязательно съездит в графство Аркуров, проведать родственников.
Служить в королевской гвардии это очень почетно. Я смогу вас поздравить с назначением и принятием после вступления? — мягко спросил церковник, салютуя бокалом в сторону рыцаря, — А сейчас давайте выпьем и попросим Создателя дать мне освоится в сане епископа, а вам помочь вступить в гвардию Его Величества.
Что же еще может сказать о себе Аркур, кроме как узнавать дальше, но ничего не говорить о себе самом. Он решил признаться сам себе и человеку перед ним
Вы каились на исповеди в том, что убивали и здесь я могу сказать, что мы очень с вами похожи. Я тоже убийца поневоле и столько убил, что на вашей совести нет такого количества душ, как на моей. Но я не жалею ни о чем и только горжусь собой.
Убийца! Будь ты проклят! в ушах Джорджа раздался голос сначала то пожилой женщины, то малолетнего ребенка. Улыбка, большая похожая на застывший оскал, застыла на лице епископа, как жуткая маска, а в его глазах отражалось пламя единственной свечи на столе.
Я далеко не святой человек.
В следующую минуту Аркур перевел разговор в другое русло, чтобы отвлечься от мрачных мыслей и не давать повод Уильяму думать о войне, а себе о инквизиционных процессах.
Какой вы видите свою потенциальную супругу?

Отредактировано George de Harcourt (2017-04-24 20:39:09)

+1

7

- Весьма интересное сравнение, Ваше Преосвященство... - Уильям слегка прищурился, но взгляд был не настораживающий или выпытывающий, а скорее наблюдательный, как будто бы он хотел сконцентрироваться именно на этом моменте и этой фразе, - но вы правы и весьма наблюдательны. Я так понимаю, богатый жизненный опыт имеет свои преимущества, не так ли?

Расслабившись, он наконец взял один из заполненных до краёв бокалов вина, рассмотрел содержимое, как будто бы приглядываясь и рассматривая само содержимое, не на манер яда, а скорее оценивая сам напиток, после чего отсалютовал в ответ епископу и осушил всё содержимое бокала, явно наслаждаясь его вкусом и ароматом.

- Вот уж действительно не думал что вы такой ценитель вин... но я не могу его узнать, какой-то новый вид, выращенный в Хельме пока я воевал? - надо было отдать должное собеседнику, который уже нравился Уильяму, с таким человеком можно было не только поговорить о чём угодно, но и насладиться по истине прекрасными вещами вроде этого вот вина, - Хочу отдать должное, оно действительно прекрасно.

Йелоншир... Как давно Уильям не бывал там по-настоящему. А ведь это был его настоящий и единственный дом, который он действительно очень любил не смотря ни на что из того что там происходило как с ним, так и с его братом и сестрой. Разумеется, он так и считал себя виноватым во всём что касалось семьи Хайгарденов в последние десятки лет, но его во время отвлекли от тоскливых воспоминаний очередным повествованием, что закончилось внезапным для него самого вопросом.

- Думаю, мы найдём способ решить этот вопрос, - здесь Уильям имел в виду, конечно же, своё возможное назначение в ряды королевских гвардейцев, где он сможет находиться прямиком перед королём и защищать как его, та и его ближайших приближённых, семью. Вообще весь правящий дом, если уж на то пошло. Но сейчас он действительно гордился возможностью получить это назначение, хотя порой и сам не понимал откуда у него такая верность к королю, которого он даже не разу и не видел, возможно именно армия так повлияла на него, - честно говоря я всегда грезил об этом, хотя и сам не знаю почему... Однако только представьте - что значит быть королевским гвардейцем! Ради такого действительно стоило прожить ту жизнь, которую прожил я. И знаете? Я ведь и сам не жалею о том что творил. Разве что всё чаще приходит понимание того что рано или поздно меня может подкараулить убийца в тёмном коридоре, - здесь он имел в виду так же и тех, кого могли послать по его душу братья или мужья девушек и женщин, которых когда-то знал Уильям и с которыми проводил время, ведя разгульную жизнь, - для солдата нет ничего более постыдного быть убитым таким паскудным способом, если вы понимаете о чём я говорю... Лично я всегда представлял свою гибель где-нибудь на поле боя, но теперь думаю что всё может повернуться и так, что придётся погибнуть защищая непосредственно самого короля. Вот она - благородная смерть для кого-то вроде меня. Стоять к смерти лицом и не бояться её. Вот почему я боюсь кинжала убийцы, потому и ношу под одеждой специальную защиту. Теперь уже не снимая практически никогда, если приходится идти на какую-либо встречу, если только это не старый друг. Потому ещё раз хотел бы принести свои извинения относительно вас.

Если уж говорить о том кто из людей является святым, то ответа на данный вопрос вы попросту не найдёте по той простой причине что святых и идеальных людей попросту не бывает, и те кто не признаёт этого попросту глупцы с манией величия или же самовлюблённые эгоисты для которых не существует никого кроме их самих. За редким исключением. Однако в тоже самое время следовало действительно изменить русло разговора и заговорить о чём-нибудь приятном. А что является таковым, когда рядом с тобой вино? Конечно же женщины. Но при этом нельзя было сказать что бы Уильям думал об этом всерьёз, рассматривая кого-либо определённого или же пытаясь найти для себя свой собственный идеал, потому и вопрос показался ему действительно сложным. Сложнее чем исповедываться.

- Для ответа на такой вопрос, боюсь, потребуется не один и не два бокала вина, - собеседник вновь заставил его невольно улыбнуться, даже скорее усмехнуться, на самого себя, потому как Уильям совершенно не знал что следует ответить вообще в принципе, - я всего лишь обычный солдат, умеющий держать в руке клинок и разить врагов короля. В таких делах требуется кто-то с более тонкой натурой чем у меня... Но можно подумать и над этим, предположив, к примеру,что не смотря на привлекательность юных леди я всё же думаю о том что сам себе пожелал бы найти супругу не младше определённого возраста. Скажем... Лет двадцати. Зачем мне, человеку средних лет, использовать и иметь рядом с собой ребёнка? Это определённо не по мне, да и поговорить иногда на какие-либо темы было бы не плохо. Согласитесь, каждый раз приходить к вам на исповедь когда меня терзают какие-либо муки было бы весьма странно. Потому я и думаю что такая девушка должна как минимум быть той же самой моральной поддержкой для мужчины, ведь иногда и нас терзают душевные муки и кто как не супруга может помочь избавиться от них, не так ли? Да и в целом не зря прекрасную половину человечества принято считать хранительницами домашнего очага. Я не мастер говорить красиво, но думаю это может сойти за ответ на ваш вопрос.

Отредактировано William Higarden (2017-04-25 08:54:53)

+1

8

Смотря какие цели вы преследуете вступая в брак. Юная женщина делает своего мужчину моложе его лет, а опытная и мудрая, поднимает его статус. Но женщины за восемнадцать, в нашем обществе, считаются старыми девами и не приносят своим мужьям нужной радости. Они еще могут родить ребенка, но предпочтительнее брать совсем юную, которая, если повезет, будет смотреть вам в рот и считать своим благодетелем, но а если не повезет, вы обретете у себя под боком капризную, вздорную женщину, что будет трепать вам нервы круглыми сутками. Вот только ваша и ее супружеская жизнь целиком и полностью будет зависеть от вас обоих. От ваших поступков по отношению к друг другу. — закончил свою речь Джордж, припадая губами к бокалу и чуть прикрывая глаза. Его самого молодые дурехи совсем не привлекали. Он смотрел на них как на неразумных детей, которых только недавно отлучили от груди матери. Наверное потому, что они напоминали его родную сестру, что погибла при весьма спорных обстоятельствах. В каждой, совсем молоденькой, девушке, он видел отражение собственной сестры. Это естественное желание брата защитить свою сестру любой ценой. Мужчины и существуют для того, чтобы защищать женщин. Слишком сложная философия для уже слегка опьяненного ума. Епископ любил зрелых женщин, с которыми можно было поговорить обо всем, и они знали, чего на самом деле хотят. Можно одарить женщину подарками, можно любить ее, но если она тупа, как пробка от вина, и бревно в постели, тут уже ничего не поделаешь.
Это уже на ваш вкус и выбор — продолжил рассуждать Аркур, ставя на край стола полу-пустой бокал, — Моему брату совсем недавно исполнилось восемнадцать. Его женили на девушке пятнадцати лет и в этом году она родила ему дочку
Дети в Хельме очень хрупкий плод любви и неизвестно, что произойдет с ними или с их отцом и матерью. Каждый может умереть по той или иной причине, потому нет смысла чего-то ждать. У Джорджа нет детей, но он думал об этом, может у него получится исправить положение, в котором находилась его любовница и его семья. Если бы инквизитор сделал другой выбор в жизни, он мог быть уже мудрым мужем с прекрасной женой и двумя-тремя детишками. В Хайбрэе к бастарду относятся весьма неоднозначно, а уж к бастарду от церковнослужителя еще хуже. Да и репутация может пострадать не только Джорджа, но и его любимой женщины. Но он об этом поговорит с ней лично, может что и решат. Ей угрожает скорый развод с Джастином и надо будет думать, что придумать, чтобы предотвратить это. Свои собственные проблемы грызли епископа изнутри, он не мог не думать о них, когда в его жизни все настолько запутанно.
Они весьма и весьма не плохо живут
Наверное. Джордж мало бывал со своей семьей, ведь он всегда то в разъездах, то помогал дяде епископу разбираться в епархии, то выслеживал проявления магического дара в Хайбрэе. У Аркура не было времени иногда даже хорошо выспаться. Сейчас то он приобрел новый статус и ему не придется бегать за еретиками, теперь на него работают другие, а он будет вести дела со знатью.
Это вино из виноградников моей семьи. Я предпочитаю пить только его, но если его нет под рукой, то сойдет и другое.
Вкус розового и белого вина не нравился инквизитору, он выбирал только красное и пил его заместо воды. По мнению Джорджа Уильям будет очень долго выбирать, если будет искать девицу старше двадцати, когда большинство лордов старались выдать дочерей как можно раньше. Минутку задумчивости Аркура прервал резкий стук об окно. Внутрь зала вывалился голубь, и подволачивая крыло ринулся в сторону двери. Джордж вскочил с места, чуть не опрокинув рядок, стоящих на краю стола, пустых бокалов, и ринулся к несчастной птице. Еще будучи юнцом, он содержал у родителей в замке целую голубятню, но а после поступления в богословский университет, о ней пришлось забыть. Когда епископ в следующий раз приехал домой, от голубей ни осталось и следа. Их всех пустили на пироги для гостей и домашних. Наверное воспоминания и подвергли Джорджа помочь птице, влетевшей в окно. Голубь был какого-то кремового оттенка, с белыми крыльями и черными бусинками глаз. Убежать далеко он так и не смог и был пойман заботливыми руками. Ощупав птицу, церковник резко вправил вывернутый сустав, вернув его на место. Голубь прекратил постоянно курлыкать от боли, только издал пронзительный крик, а потом притих, то ли пригревшись, то ли отдав свою судьбу в руки человека. Наверное это можно считать добрым знаком, раз птица жива. Упав она от удара об окно замертво, можно было считать, что для епископа настанут тяжелые времена. Вернувшись на место, Джордж прижал голубя к себе, усадив на колени, и придерживая его сбоку одной рукой, вновь взял бокал вина в руки. Голубятню придется строить заново. Завтра-послезавтра пригонит рабочих на это дело, пусть строят. Голуби будут наслаждать душу епископа и радовать его взор, а эта птица станет в коллекции первой. Он сможет летать, через какое-то время, но больше не будет свободным. Не отдавать же его на пирог и выбрасывать на улицу после такого случайности.
Не знаю откуда он взялся, но жить будет — предвкушая вопросы от сира Хайгардена, Джордж решил объяснить свой поступок. Он любил птиц больше, чем людей. Но собаку или кошку у себя точно бы не завел. От них слишком много грязи, особенно шерсти. — Голуби посланники Создателя.
Епископ погладил аккуратно птицу на коленях и улыбнулся, на этот раз не просто ухмылкой. Нужно будет наложить ему шину на крыло, чтобы уменьшить боль. Так как разговор был немного прерван, Джордж продолжил беседу о браке.
Собственно истинное предназначение женщин это родить мужчине сына и наследника, который возьмет от него все самое лучшее.
Вдруг инквизитору захотелось чтобы около него самого бегал маленький, такой похожий на него, но немного и на мать, ребенок, что сделает их счастливыми. Эта мысль заставила Джорджа как-то загрустить что ли. А значит сегодня он точно напьется, но сделает это в одиночестве, чтобы завалится сразу спать в полузабытье.
Но не думаете ли вы, что вступив в королевскую гвардию, будите рисковать своей жизнью еще больше? Со временем вы все же станете мужем, потом отцом. Неужели вы не думаете о том, что своей смертью вы сделаете свою семью глубоко несчастной?

+1

9

- Спутника или спутницу жизни выбирают согласно своему положению и статусу, что бы человек этот был таким же прекрасным дополнением как и это великолепное вино, - сделав ещё глоток, Уильям поставил уже второй, полупустой, бокал на стол и продолжил, - что же касается лично меня самого то могу сказать точно - слишком юные создания меня не привлекают ещё и по другой причине: в любой момент я могу оказаться в самом пекле ада и могу встретить смерть от кинжала, яда или в бою на войне и тогда этот самый ребёнок останется в одиночестве. Учитывая моё положение, я не могу даже в мыслях представить себе какая участь может постигнуть эту несчастную девушку с которой я свяжу свою судьбу. Конечно, для того что бы обезопасить её и, возможно, появившегося к такому моменту ребёнка, нужно иметь за плечами немного больше чем я сейчас располагаю. Моя ближайшая цель это получить титул, который я мог бы передать по наследству и который хотя бы немного мог бы обезопасить мою будущую семью.
От части это тоже можно назвать причиной того что бы найти для себя более зрелую девушку. Да и потом... Я знаком со многими здешними дворянами и могу сказать что только самый отчаявшийся папочка отдаст своё чадо за такого как Уильям Хайгарден, узаконенный бастард и рыцарь Его Величества короля. Куда не посмотрите везде не такое уж радужное положение. А что скажете вы? Конечно, я плохо разбираюсь в законах церкви, но есть ли возможность вам выбрать себе супругу? И какой бы она была, если это, конечно, не секрет?

Вино, неторопливо текущее время, вино - о чём ещё могут говорить двое мужчин-холостяков? Один из них военный, другой предпочёл идти другой дорогой, но всё же интересы у них общие могли бы быть хотя бы на фоне женщин и разговоров о них. И вот тут, не смотря на разницу в положении и по сути недолгое знакомство, можно было дать волю фантазии и мыслям, тем более что приглашение, полученное Уильямом, определённо было не простым. А значит и разговор можно было расширить. Тем более что эта тема действительно была весьма интересной и самое главное актуальной. По крайней мере для него самого. А дети действительно были в нынешнее время весьма уязвимы, потому следовало думать хотя бы о двоих, и даже не обязательно если это будет мальчик. Что думал о семье он сам? Представлял ли себя мужем, отцом? Пожалуй, иногда если только. Вряд ли можно было бы сказать что Уильям станет по-настоящему хорошим и внимательным отцом, главой семейства которое станет к тому же ещё и боковой ветвью рода и фамилии. Пожалуй, кроме того как держать меч и орудовать им большего в жизни рыцарь короля и не умел. По крайней мере сейчас уже поздно что-либо делать с этим и оставалось только найти человека который мог бы взять на себя такую обязанность. Конечно, в воспитании ребёнка или детей должны принимать участие оба родителя, но когда такой возможности у одного из них нет... Приходится как-то выходить из положения. Да, нужно быть честным - Уильям не видел себя отцом. По крайней мере хорошим.

Мысли были резко оборваны залетевшим в зал голубем, которого сразу же заботливо подхватил его собеседник, определённо знающий, умевший обращаться с птицами и самое главное - любивший это. Если говорить о каких-либо знаках которые большинство людей пытались видеть в такого рода вещах и странных, необычных и редких явлениях, Уильям же видел одну лишь птицу, голубя, который сидел в руках Джорджа и не порывался куда-либо улететь. Давно ещё на рынке в небольшом городке он слышал как старая женщина, почти настоящая старуха, рассказала ему небольшую историю, похожую на такую же, в конце добавив что-то про то что если люди счастливы, они видят лишь то что видят и не ищут никаких знаков. Можно ли было сказать что это тоже было своеобразным знаком? Возможно. Но точно было одно - при виде несчастного случая с птицей, сам рыцарь ничего не почувствовал и не увидел. Разве что ему стало несколько жаль бедную пташку.

- Не только положение в обществе спасает от такого риска. Болезни, например, всё равно на то какой титул у человека, и если надо - заберёт любого, даже короля. Связи - вот что действительно важно в этом мире. Крепкие и надёжные. Друзья, товарищи, родственники. Те, на кого можно положиться в любой ситуации и которые не оставят твою семью в одиночестве.

+1

10

Пока Уильям отвечал на поставленный перед ним вопрос, Джордж подозвал к себе слугу и передал ему голубя, строго настрого наказав следить за ним и заботится. Пусть только одно перышко слетит с тела птицы, как у этого самого слуги голова покатится по полу. Одиночество и так было постоянным спутником епископа, а птицы, что со временем он соберет себе в коллекцию, помогут ему ощущать себя не настолько потерянным среди огромного мира. Никогда не показывая свои слабости, Аркур привык быть постоянно сильным перед посторонними, даже несмотря на то, какая смута могла творится в его душе в тот момент. Особенно сейчас, находясь перед взором мало знакомого человека, пусть и рыцаря, он не должен показать своих истинных эмоций. Разговоры, происходящие между ними, заставляли епископа думать о собственных жизненных трудностях. Как и любой мужчина он хотел быть отцом ребенка, желал, чтобы у него было что-то наподобие семьи, но это было для него недоступно. В любом случае сиру Хайгардену немного легче в этом плане. У него нет обета безбрачия и он волен выбирать себе девицу по статусу и желанию. Единственное, в чем он не прав, так это в том, что выбирать он имеет право только по статусу избранницы. Он джентри, пусть и бастард, но бастард не простого мужичонки из ремесленного квартала, а самого короля. Разница все же существенная. Вероятно Уильям не сможет быть избран в мужья дочери какого-нибудь барона, графа или герцога, но зажиточный джентри будет только рад такой перспективе. Своими мыслями Джордж и решил поделится с Уильямом.
Церковь не запрещает брак со сословной разницей. Вы вольны выбирать себе избранницу из любой семьи, если против вашего союза не будут ее родители. — помедлив немного, епископ отряхнул с колен, прикрытых фиолетовой сутаной, мелкие крошки и пыль, что оставили лапки голубя и продолжил, теперь уже устремив взор прямо на своего собеседника. — Может вам стоит подумать о перспективе женитьбы на дочери джентри, например, из соседнего с вами графства или ведущего дело рядом с вашими владениями. Зачастую в таких семьях бывает много дочерей и очень даже милых на личико.
На чисто выбритом лице Джорджа играли свечные блики, темно-оранжевый отсвет делал его глаза более темными и блестящими. За окном уже давно опустилась ночь и на черном небе высыпали десятки звезд, окружая огромный диск луны посередине небосклона. После сказанного, на минуту инквизитор замолчал, в помещении повисла гробовая тишина, прерываемая звуком треска свечей, а снаружи раздавалось пение садовых цикад. Безмолвие одолело Джорджа лишь временно, ибо он вспомнил нечто такое, что заставило его погрузится в прошлое. Была очередная облава на деревню, где инквизиторы пытались найти следы проявления магии и найти виновных. Им попалась случайно семья местного джентри, у которого было аж семь молодых дочерей. Только одну из них удалось обвинить в умышленных действиях, сопряженных с нарушением догматов веры. Бедную девочку держали в подвале тюрьмы до суда, в то время как инквизиторы злой толпой искали доказательства ее виновности или невиновности, расспрашивая свидетелей. Еще будучи просто молодым двадцати пятилетним священником, Джордж пришел к ней, надеясь добиться признания или покаяния, пришел чтобы исповедовать. Он склонил ее к отношениям. Это был ее первый раз. Это было грязно для них обоих. Ему до сих пор неприятно и мерзко об этом вспоминать. Епископ резко схватил бокал с вином и выпил одним глотком все, что там было, до самого дна. Горечь резко обожгла его горло, ударило горячим комком в грудь, из-за чего Джордж чуть не поперхнулся. Хорошо, что есть люди, такие как сир Хайгарден, верующие в честь, совесть, может быть даже любовь. Джордж не верит в это. Ему приходилось копаться в большей грязи, чем можно представить, не сколько физически, сколько духовно. Разве человек, загубивший примерно около шести сотен людей и отправивший их на костер, может быть достоин рая. Нет, он обязан мучится за все грехи, что он совершил волей или неволей. Придя немного в себя после далеких воспоминаний, что хотелось забыть, епископ вальяжно уселся в кресле, и постукивая бесшумно пальцами по подлокотнику, продолжил начатое: 
Подумайте над моим советом. Вероятно вам будет только легче, если вы возьмете в жены девицу не слишком высокородную. Если не дочь джентри, так бастарда графа или барона, узаконенную им при рождении.
Иногда девушки не слишком ценный товар на семейном рынке. Из разговора с Уильямом стало понятно, что ему требуется не сколько вещь, способная только соглашаться, рожать детей и быть красивым украшением, но и умная девица, умеющая поддержать разговор и стать опорой по жизни. Такой для Джорджа была его несравненная Кэтлин. Она словно луч света, помогающая ему пробраться сквозь тьму, в которой он сам же и дал себе погрязнуть.
Выбирайте по зову сердца и души, но оставайтесь с разумом. Эти чувства вместе подскажут вам как быть. Доверьтесь им.
Какой бокал по счету уже епископ Айгоршира опрокидывал в себя он точно не скажет. Примерно пятый или даже четвертый уж точно. Он всегда много пил, но его было трудно споить. Пьяным его никто и никогда не видел. Будь он подвержен таким страстям, то не достиг такого успеха, как сейчас, на духовном и церковном поприще. Да и ничего не будет от разбавленного водой, натурального вина с прекрасных виноградников.
Вы где-то остановились временно? У вас есть где заночевать? Если нет, то я могу предоставить вам гостевую комнату. — Джордж ухмыльнулся, чуть склонив голову и поглядев на стоящего у двери слугу. К такой роскоши будет сложно привыкнуть. — У меня в резиденции полно места. Мне иногда кажется даже, что можно заблудится в коридорах.
Епископский дом мог справится с роскошью практически как с королевским. Уж больно здесь было все красиво. Даже пол и тот мраморный. Видимо предыдущему владельцу вся роскошь была не чужда, как и нынешнему. Аркур не отличался скромностью и сам.
Здесь правда действительно ночами не хватает света. Требуется все же прикупить больше канделябров.

Отредактировано George de Harcourt (2017-05-13 15:35:52)

+1

11

- Лично мне самому подошла бы любая, с той лишь разницей что бы была не слишком уж юной маленькой девочкой... Я такое даже представить себе не могу, но тут всё гораздо сложнее, - с этими словами Уильям коснулся своего бокала, на секунду глянув туда, где сейчас переливалось бликами свечей красное вино и не спешил продолжать, как будто бы обдумывая ответ на вопрос, правда само по себе всё было гораздо проще нежели думал он сам, - я всё-таки не хотел бы что бы молва обсуждала то как низко пали Хайгардены. Нет, мой брат здесь не причём, хотя в первую очередь осуждать будут именно его, вместе с нашим с ним отцом,
поэтому коль уж смерть не забрала меня в многочисленных стычках прошлого и помогла пройти через войну... То наверное не стоит терять эту возможность и жить только для себя. Я всё-таки считаю что обязан своей фамилии, и обязан весьма дорого. Вот почему я хочу, если решусь конечно, найти супругу достойную не меня, но Хайгарденов. Нашего дома. Джозеф, мой брат, никогда не простит того что я сделал одним лишь своим появлением, но это и не нужно. Быть может когда-нибудь он изменит своё мнение хотя бы в сторону взаимного уважения. Надо было сказать об этом ещё вчера, однако я наметил себе баронский титул. И мне кажется что эта вершина мне вполне по силам. Может тогда Джозеф обратит на меня внимание и поймёт что я так или иначе являюсь его братом и совершенно не желаю позорить собственное имя и фамилию ещё больше чем это уже есть. Пожалуй, что так,
- отправив содержимое бокала в себя, Уильям продолжил, лишь только Джозеф заговорил вновь и дал совет относительно возможной супруги, было видно что всё же не только рыцарь испытывает тревоги относительно своего положения, но похожими проблемами и вопросами задаётся и его собеседник, хотя и пытается это скрывать, а потом он резко переменил тему, как будто бы стараясь уйти от этой темы скорее самому, нежели увести от неё собеседника, - не беспокойтесь, я остановился на одном из постоялых дворов, заплатив за проживание на месяц вперёд. Правда... Сейчас я весьма стеснён в средствах, поэтому устроить что-то вроде такого же что сейчас, вряд ли выйдет мне по карману. По крайней мере прямо сейчас.

Всё это так же напоминало Уильяму о его собственной цели и обязанностях, которые ждали его в столице и к которым, как он надеялся, уже скоро сможет приступить. Сейчас же у него была как минимум неделя на то что бы более-менее обосноваться в городе и почувствовать что значит жить в столице и вообще привыкать к более шумному и населённому местечку нежели то откуда он сам прибыл. Сразу вспоминается его первый период вступления, так сказать, в должность. Городок "Зелёный Холм" показался, да и кажется до сих пор, слишком шумным и большим, гудящим словно осиный улей, местом которым он должен был как-то начать управлять чего никогда в своей жизни не делал и вообще не планировал этим заниматься. К счастью, быстро нашлись люди которые понимали и в хозяйстве и вообще во всём что нужно было знать хорошему управляющему. Первое время приходилось весьма сложно и за долгими, продолжительными беседами со своим управляющим с бокалом вина под рукой, он постигал основы градоправительства и вообще всего что должен знать джентри, потому как должность хоть и была не слишком уж высокой и авторитетной, однако быть ответственным за жителей целого города и принимать решения для облегчения их жизни было весьма тяжело. А ведь ещё сборы налогов, различные празднества, свадьбы... И за всем нужно было успевать следить дабы чего не случилось. Но одно можно сказать точно - городок, который перешёл в руки Уильяма Хайгардена, нуждался хоть в сколько-нибудь грамотном человеке и правителе, который по крайней мере решит оценить всю обстановку и не бросит всё, отправившись в закат. Конечно, рыцарь короля фермером или кузнецом не станет, однако даже у военного человека, который посвятил всю жизнь войне, есть шанс стать хорошим управленцем если только он сам того захочет и под конец, когда пришло время перебираться в столицу, Уильяму было даже несколько жаль покидать, пусть и временно, город к которому только начал привыкать. Столица же - дело совершенно другое. И здесь всё куда сложнее. Взять хотя бы Джорджа д'Аркура - Уильям был уверен что у этого человека власть была куда выше чем у него самого, да и вотчина наверняка покрупнее и дело было даже не в титуле, сколько в должности. И вот таких как сам Хайгарден здесь могло быть очень много. А там - он единственный. Вот и оценивайте масштабы.

- К слову... - теперь Уильям мог расслабиться по-настоящему, определённо понимая что здесь ему ничто не грозит, - как давно вы сами прибыли в столицу и каковы планы здесь? Думаете в королевском дворе могут иметься ведьмы или же одарённые магическим даром люди? Знал я одного такого человека. Сражались вместе. Рассказал он мне об этом на рассвете в тот день когда мы в очередную атаку пошли. Говорят, на копья его подняли в тот день. Славный был малый, хоть и весьма... странный. Но мечом владел как будто бы с ним и родился. Лично мне всегда плевать какой человек где-то внутри себя, лишь бы на него можно было положиться.

Отредактировано William Higarden (2017-05-29 18:47:35)

+1

12

Как бы ненароком оглядев канделябры на стенах гостиного зала, Джордж перевел взгляд на сира Хайгардена. Его суждения чисты, мысли благочестивы, а он сам практически святая добродетель и идеальный супруг для какой-нибудь дамы. Таких мало в Хельме можно встретить. Люди грешны, бессовестны и коварны по своей природе. Даже звери не умеют быть настолько злобными, насколько способны быть люди. Джордж глазам своим не верил, что перед ним, через стол, сидит один из людей способных на благородные поступки. Что же, его друзьям повезло. Но все же совесть не мешает ему убивать, даже во имя короля. Вот епископ убивал во имя Создателя и ни о чем не жалеет. Значит не сокрушается в этом и Уильям. Ему не в чем больше каиться, ведь вчера он рассказал все как на духу на исповеди. Джордж помнил все досконально, что ему говорили, но собирался забыть через неделю другую. У него найдется десяток другой духовных детей из знатных семей по всему Хайбрэю, а еще добрая сотня исповедовалась ему просто так. Всех не упомнишь и вряд ли в голове инквизитора надолго запомнится исповедь бренной души рыцаря-бастарда. Сам Джордж никогда старался не делить людей на равных или не равных только лишь по одному происхождению. Ты можешь быть богатеньким сыном графа, но по натуре быть дерьмовым человеком, а можешь родится в семье пахаря или торговца тканью, но быть действительно достойной личностью. Происходившая сейчас беседа с сиром Хайгарденом забавляла и одновременно умиляла Аркура. Простые житейские вопросы и ответы отвлекали его от бренных мыслей и главное работы. Столько еще предстоит сделать, о чем даже думать не хочется. Джордж собирался помочь нескольким провинциальным церквушкам в своей епархии с реставрацией. Предыдущий епископ ничего практически не делал ради сохранения этих строений. Священники выживали на пожертвования прихожан и радовались, если какой-нибудь барон им оказывал финансовую поддержку. Высшие церковные чины обычно богаты, а низшие бедны как церковные мыши, которые вот-вот умрут еще и с голоду. Конечно всем не поможешь, но будет шанс хоть что-то сделать ради своей души. С возрастом епископ стал все более заботится о духовном, чем о материальном. Как только его назначили в епархию, на новую должность, он все же ощутил себя псом, которого по старости загнали в теплый дом и он вынужден место того, чтобы бегать за дичью, лежать около камина. Чего-то не хватало Джорджу, наверное простого риска или еще чего-то непонятного. Он сам то не знает. Правда сложившиеся положение его вполне устраивало. Ему не понять Хайгардена только потому, что у него самого, у его семьи огромный удел - целое графство. В лесах можно охотится, в реке ловить рыбу и раков, а в городе Арк можно встретить огромное количество чудесных портных. Аркуры, за все существование их рода, никогда не были в бедственном положении. Сами они выращивают охотничьих птиц и продают их в столице своего графства. Все же надел рыцаря будет беднее. Но это же не главное. Было бы на что прожить, остальное приложится. Из задумчивости инквизитора вывел необычный вопрос рыцаря. Откуда он знает, что Джордж инквизитор? А хотя чего там скрывать. Пол королевского двора уже о нем в курсе. От своей славы церковнику сложно укрыться. Не будь за ним столько трупов и крови, он бы смог по тихому все провернуть со своим назначением. Раз по тихому не получится, то не судьба значит. В любом конкретном случае он проявит смекалку и раскроет всех, кто хоть немного связан с магическим ношением дара. Джордж собрался тащить всех вне зависимости от пола и социального статуса.
Мнительные пошли сейчас люди. — пожаловался натурально Аркур, ведя себя спокойно и как ни странно почему-то резко холодно. После сказанного Уильямом о его сражении в месте с каким-то ведьмаком, между ним и епископом легла ледяная стена, невидимая глазу. — Верят во всякую чепуху, что им скажут. Вы же рыцарь, не пристало вам думать о слухах, что распространяют мои недоброжелатели. Но все же, инквизитор я или же нет, вам знать не требуется. Что я собрался делать при королевском дворе тоже. Во всяком случае за мной стоит Создатель и ему своей божественной рукой вести меня по тропе закона.
По тропе войны устало подумал Джордж, понимая, что если он выявит при дворе кого-то, то воевать ему и инквизиции придется упорно. Он готов к любому повороту и пойдет до конца.
В епархии же меня ждет работа с молодым поколением. Вот думаю финансировать строительство своего богословского училища, чтобы юнцы из Хайбрэя не ездили в Рейнис, когда им нужно получить образование, достаточное, чтобы стать церковнослужителем.
Пока надо собрать желающих стать благотворителями, вложить часть средств из казны епархии, найти рабочих и это минимум года два, а там еще столько же чтобы построить что-то приличное. Сначала надо найти полезные знакомства при дворе, а там уже цепляться через них.
Хочу поинтересоваться, в каком состоянии находится святой источник животворящего креста в окрестностях. Неподалеку тут. Мне уже донесли, что все там заросло осокой, а постамент со скульптурой Матери-Защитницы даже потрескался.
Кроме этого еще и печати искать нужно. Где-то одна из них в Хайбрэе. Осталось узнать где именно. Джорджу хотелось побыстрее стать свидетелем того, как данактийцы соберут осколки печатей вместе и можно будет вообще не опасаться ведьм, сделав себе клеймо.
Доброй ночи. Надеюсь мы еще увидимся. — резко поднявшись с места, Джордж встал на ноги, придержав ладонью свой нагрудный крест. Время уже позднее. Пора и честь знать. Его гвардейцы проводят сира Хайгардена до ворот. — Хотелось бы увидеть вас в новой роли при королевском дворе. Если же найдете спутницу жизни, то я с радостью благословлю ваш союз и проведу церемонию бракосочетания
Улыбка повисла на лице инквизитора, словно недавно не упоминали ведьмаках. Он захотел уйти от этой темы он и ушел.
Мои люди проведут вас по коридорам, чтобы вы не заблудились.
Будет весьма опрометчиво, если по резиденции будет блудить посторонний человек. Уильяма проводят, доведут до ворот, а там он, раз не принял приглашение, пойдет своей дорогой и к постоялому двору. Джордж замер, потом отодвинул сзади себя кресло и вышел из-за стола. Подозвав к себе мальчишек слуг, он указал на стол и приказал остатки отдать нищим в городе, а если те откажутся, выбросить собакам. Зачем такому количестве еды пропадать.
Удачи вам, сир Хайгарден. Пусть вам благоволит Создатель — попрощавшись с рыцарем, церковник отправился на выход из зала, вышел в коридор, где и позвал гвардейцев.
Проводите. Закроете за ним ворота и продолжайте нести службу. — указав перстнями на выбранных им стражей, Джордж замолчал. Видимо он чего-то все же опасается. Наверное ему стоит немного быть осторожнее. Мало ли кому не понравится его присутствие в столице. После этого он направился к себе в покои.

Отредактировано George de Harcourt (2017-05-31 16:47:30)

+1

13

Разговор этот действительно проходил по душам как будто бы за вином в столь позднее время суток сидели не познакомившиеся только накануне епископ и рыцарь, но старые приятели которых связывает долгое время многочисленных бесед и разговоров о чём бы то ни было. Те более что находясь в обществе человека столь высоко духовного и более того в подходящей обстановке и стоящему рядом вину, кроме как о ближайших делах или женщинах говорить было попросту незачем.
Что же, именно этот разговор можно было считать получившимся. Пройденным. Но отнюдь не завершённым до конца. По крайней мере для самого Уильяма. Он вообще не очень любил все эти политические или церковные игры, а уж здесь, в столице, и подавно. Таков уж был сам Хайгарден - прямолинеен как клинок или копьё, но в тоже время не бездумный инструмент в чьих-то руках и потому некоторые слова из уст Джорджа лично для него показались весьма... огорчительными. Нет, он разумеется не думал о том что в королевском замке или его окрестностях не может быть каких-либо ведьм или колдунов, вообще любых кто связан с даром магии, однако такие заявления никак не могут оказать никакого положительного эффекта, ведь если думать глобально и в самых серьёзных и сугубо отрицательных ситуациях что будет если кто-то, пусть бы и сам Джордж де Аркур смогли бы найти или даже доказать причастность кого-либо из правящего дома Найтонов в том что он является адептом чего-то запретного? Что станет делать королевский рыцарь, практически уже гвардеец, сомнений не вызывает. Да, если случится самое ужасное и невероятное - Уильям Хайгарден без колебаний станет защищать королевскую семью с мечом в руках и не важно кто решит покуситься на их жизнь или безопасность, пусть бы и сам Понтифик. Это было не важно. Однако сейчас можно было совершенно не думать о таких вещах, наслаждаясь по истине прекрасным вином и вести диалог со своим собеседником. Хотя если подумать о том что они тут обсуждали, обычному рыцарю и правда не стоит знать о том что должно касаться работы и деятельности инквизитора генерального прокурора, тем паче что даже по нахождению в обществе не ему было говорить епископу о чём-либо, но никто не помешает ему запомнить это. Уж что-то, а здесь дело могло касаться и безопасности кого-либо из королевской семьи и потому это напрямую должно касаться самого Уильяма потому как обязанности его такие -не допускать кому бы то ни было копаться в личной жизни тех кому он служит.

- Да, в этом вы правы, несомненно, - Уильям понимающе кивнул в знак согласия, отметив про в очередной раз и то, что если случатся непредвиденности, пока он, рыцарь короля, будет жив, никто, включая церковников, не дойдёт до короля или кого-то из его семьи, - у каждого из нас определённо есть свои план и высшие цели, ради чего мы будет стараться по мере наших сил.

Между тем по тону голоса и в целом разговору, который как-то слишком резко перешёл к своему концу, оборвавшись словно обрыв, Уильям понял по крайней мере то что какие-то из сказанных им слов привели к такому вот исходу, как будто бы сначала люди говорили об одном, а затем, словно резко выпавшие осадки с неба среди ясного дня, теперь заговорили о другом, явно намекая на конец разговора. Причём в столь не элегантном выражении, что даже такой прямолинейных и бесхитростный человек как Уильям заметил это без особого труда. Что же, в какой-то степени этого и стоило ожидать.

- И вам того же, Ваше Преосвященство, - возможно, говорить действительно было уже попросту не о чем и се темы исчерпали себя, а возможно здесь крылось что-то ещё, однако в одном можно было согласиться точно, время было позднее, - Если это когда-нибудь произойдёт то я немедленно обращусь прямиком к вам.

Спустя некоторое время Уильям Хайгарден уже бодрой походкой направлялся к тот постоялый двор, в котором и остановился для того что бы уже через считанные дни предстать перед Ричардом Колдуэллом и возможно, стать одним из гвардейцев. А ещё он убедился в том что его собеседник, с которым они только недавно вели разговоры по душам, наслаждаясь вкусом вина, ещё может появиться в судьбе рыцаря. Причём возможно и не в лучшем свете или же сопутствующих обстоятельствах.

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » Вино и разговоры по душам [x]