Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » О войне и прочих бесах [x]


О войне и прочих бесах [x]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

НАЗВАНИЕ
О войне и прочих бесах

http://s1.uploads.ru/ThomV.gifhttp://sh.uploads.ru/6KFhw.gif

УЧАСТНИКИ
Adriano Graziani & Vittorio Vestri
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
Орллея, Авелли, резиденция графа
4 августа 1443 г.

«Изучив и обсудив, синьор мой славнейший, работы нынешних изобретателей военных машин, я нашел, что в них нет ничего такого, чем бы они отличались от находящихся во всеобщем употреблении. А посему решаюсь обратиться к Вашей Светлости, дабы открыть ей тайны моего искусства...»                            © Мережковский Д. С.

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ
У нас есть военный инженер, и мы им воспользуемся!
Когда граф вызывает к себе на аудиенцию для обсуждения неотложного военного вопроса, отказываться нельзя, как бы ни было некогда/не к спеху/страшно; как бы ни болели у тебя голова/живот/нога/соседка... Даже если ты вообще куда-то таинственным образом пропал и никто не знает, где тебя искать - явиться к графу ты обязан!
Повезло Его Сиятельству, что у военного инженера на такой случай есть бессменный заместитель, который "Мастера нет, я вместо него!".

Отредактировано Vittorio Vestri (2018-05-06 12:37:33)

+1

2

Лишь на тебя одна надежда!
И всем пора узнать, что ты -
Уж не какой-то там невежда...
Знаток искусств и красоты!

Случается, что однажды утром ты просыпаешься и понимаешь, что вот теперь-то пришел тот самый день.
Теперь-то ты можешь всё! Всё тебе под силу, любая работа в руках спорится; за что ни принимайся - всё получится так, как задумывалось, а то и лучше. Будь то чертеж новой машины или осадного укрепления, особым способом скругленный вертел для поджаривания колбасы над огнем или портрет самой изысканной и юной из дочерей знатного синьора, который может свою жемчужинку и ее красоту доверить только твоей талантливой руке... Так вот, если такое осознание посетило однажды поутру, тут не оправдаться даже сонным рассудком, еще не стряхнувшим негу забытья: от профессии художника-изобретателя смело можно отказываться, потому что в ней никаких высот ты уже не достигнешь. Художник - натура переменчивая, вечно сомневающаяся, смакующая свои собственные творческие терзания, а уж изобретатель - это как художник вдвойне. В этом непростом ремесле, если ты чересчур собой доволен, вершины не достичь уж точно, а если хочется вскарабкаться на самый верх и там воцариться, лучше пойти, например, в трубочисты. Изобрести свой собственный метод виртуозной чистки труб, гордо назвать своим именем - и вперед, по вершинам да по крышам, выше всех! Пока не оступишься да шею не своротишь...
Витто считал себя живописцем в степени куда меньшей, чем изобретателем. Должность военного инженера зыбко колыхалась где-то между двумя этими призваниями, маня его изощренное мышление куда сильнее, чем новый прием нанесения полупрозрачной краски на холст, но все же чуть меньше, чем чертежи вечного двигателя со всеми его палочками, грузами, осью и полюсами, которым предстоит вечно взаимодействовать между собой, опровергая не только привычные законы механики, но и философские постулаты о постоянстве.
Но в последнее время у помощника изобретателя для творческих исканий себя и возвышенных одухотворенных мучений не находилось даже минуты: утро неизменно начиналось с громкого нетерпеливого стука в дверь, продолжалось выполнением крупных и мелких поручений и заказов, и иногда только после полудня подмастерье с тоской вспоминал, что ему еще не довелось даже позавтракать. После того, как маэстро де Ланца бесследно затерялся где-то на пути к разгадке неведомых тайн во благо церкви и народа (если хочется саркастично ухмыляться, то после этой фразы - самое время), и все обязанности городского художника-изобретателя легли на щуплые плечи помощника, ему пришлось даже нанять себе ассистента. Помощник помощника изобретателя. А ведь звучит! Старый товарищ по уличной шайке, из которой мастер вытянул своего будущего ученика еще пять лет назад, оставался верным до сих пор и исправно таскался на рынок, к ремесленникам, кузнецам и кожевенникам, взамен довольствуясь плотными обедами, без зазрения совести съедая и собственную порцию, и порцию кучерявого друга, ставшего слишком уж важным и занятым, чтобы отвлекаться на приемы пищи.
Хотя желудок юного инженера и его вечно голодный подрастающий организм были с этим категорически не согласны. Работа работой, а обед по расписанию!

Как раз в редкую минуту перерыва, пока на холсте подсыхала краска, Витто, перепачканный этой самой краской до ушей, - шутка ли, написать портрет, с которым состоятельный воздыхатель пойдет свататься к своей даме сердца! - сосредоточенно жевал лепешку с сыром, и только потянулся к стакану душистого вина, когда очередной визитёр заколотил в дверь. Две первые атаки на хлипкую створку еще можно было проигнорировать, испытывая упорство вновь пришедшего, но когда басовитый голос потребовал, чтобы "синьор де Ланца без промедления отворил дверь", пришлось-таки отойти от стола и впустить шумного посетителя.
Им оказался посыльный, обряженный в красивый красно-синий камзол. Мужчина смерил помощника изобретателя взглядом укоризненным и сердитым, и рассматривал пятно краски, что украшало бледную щеку юноши, дольше, чем диктовали приличия.
- Мне нужен твой господин, военный инженер Николло де Ланца. Зови его сюда, - вмиг растеряв свою напыщенность заявил посыльный, шагая через порог без приглашения. Витто вскинул бровь, явно не одобряя взятого собеседником тона, и шмыгнул ему за спину, плотно закрывая дверь, отсекая путь к отступлению.
Гостю стоило бы насторожиться...
- Я сам себе господин, - возвестил подмастерье, отходя подальше и окидывая посетителя внимательным взглядом. Видимо, пришел с заказом от важной персоны, раз уж так вырядился. - Мастера нет, он в отъезде. Я вместо него. Что у вас за дело?
Это выражение лица, в котором так и читалось нечто вроде "БудуГоворитьТолькоСМаэстро, ТыКтоВообщеТакойСопляк" было юноше хорошо знакомо, и потому он принял смиренный вид и ждал, пока посыльный возьмёт себя в руки и примирится с той мыслью, что придется-таки посвятить в дела своего господина единственного, кого нашел в мастерской, не дожидаясь аудиенции у самого мастера. Если хочет исполнить то, зачем был отправлен, само собой. Для собственного блага, чтобы потом по шапке не схлопотать.
- И в военных механизмах тоже ты разбираешься? - С недоверием осведомился гость, окидывая творческий беспорядок мастерской изучающим взглядом. - Граф инженера к себе требует, по вопросу каких-то разрывных снарядов для вражеских кораблей. Хочет знать, что получилось из старых задумок и чертежей, и можно ли будет применить... Ого, а это что тако... да чтоб тебя! - Витто с прежним невозмутимым видом наблюдал за тем, как из свисающего со стены матерчатого рукава, который дернул не в меру любопытный пришелец, обильно посыпалась мука. Рукав этот был частью от сепаратора, машины для помола зерна, и теперь яркий камзол посыльного оказался густо припорошен белым.
В лице Витто не изменился, только озорной искрой блеснули глаза.
- И в военных механизмах - тоже, - подтвердил подмастерье, когда брань посыльного заглохла, а почти вся мука была вытряхнута из-за шиворота. - Только я и разбираюсь, больше тут некому, - он развел руками, выразительно показывая, что остался в мастерской в гордом одиночестве, и гость раздраженно зыркнул на него исподлобья.
- Тогда тебя к графу и доставлю, а дальше сам выкручивайся, если соврал, - широким шагом обойдя мастерскую и убедившись в том, что знаменитый орллевинский изобретатель в самом деле не прячется где-нибудь под верстаком или в потухшем очаге, посыльный, всё ещё ворча и стараясь ничего больше не трогать, распахнул дверь. - Да пошевеливайся, умелец!
Собирая чертежи и осторожно заталкивая в мешок пару-тройку тугих круглых ядер, начиненных картечью и порохом, помощник изобретателя еще не паниковал.
Вызывает к себе граф? Ну что ж, поговорим и с графом!
Юноша действовал ловко и толково, волчком крутясь по мастерской, задвигая подальше недоделанное, убирая с глаз непотребное, вытаскивая на вид уже сделанное и ожидающее заказчика.
Граф так граф. Как раз хотел с ним повидаться...
Черкнуть записку для помощника и оставить ее на самом видном месте - на обеденном столе, куда ассистент глянет в самую первую очередь - дело двух секунд и даже относительно ровного почерка.
Рука молодого изобретателя дрогнула только в тот момент, когда он опрокинул-таки в себя стакан душистого вина - для храбрости перед долгой дорогой в Авелли.
- - -
Интерьеры домов богатых господ всегда действовали на него двояко: слегка угнетающе и одновременно дразняще для любознательной натуры, поэтому, сжимая под мышкой свитки с чертежами и подпирая коленом мешок с взрывоопасной ношей, подмастерье осматривался кругом внимательно, но скрытно. Украдкой, из-под взъерошенных кудрей, с восхищением разглядывал массивный позолоченный канделябр. Проведя в просторный зал, где шаги гулким эхом отдавались от ослепительно начищенных полов, провожатый оставил юного инженера рядом с пустым длинным столом, и тот был предоставлен самому себе в ожидании аудиенции у графа. Спину, правда, сверлил взгляд замершего у двери стражника, и Витто, не утерпев, обернулся и улыбнулся слегка нервно и лукаво, кивнув суровому молчуну в сверкающем доспехе.
- Готовьтесь слушать, синьоре, сейчас интересные штуки буду рассказывать, - заявил он вслух, чтобы проверить звучание собственного голоса, слегка осипшего от волнения. Сердце в груди стучало отрывисто и быстро, подскакивая к горлу, и Витто напряженно сглотнул, вопреки своим ощущениям улыбаясь еще шире и хитрее. - А еще мне интересно, как вот в этом канделябре удерживаются свечи? Еще никому на ногу не прилетели, ничего на столе не подпалили? Крепление-то разболталось. Ну-ка, посмотрю... - он протянул руку к ближайшему подсвечнику, но нарастающий звук решительных шагов откуда-то из глубины палаццо прервал его изобретательский интерес, и для пущей важности подмастерье швырнул свитки на стол, наобум развернул первый попавшийся и схватил-таки подсвечник, чтобы придавить им край пергамента. Склонился над ним с задумчивым видом, пощипывая пальцами гладкий подбородок, и приготовился предстать перед Его Сиятельством во всей возможной деловитости.
А там уж как пойдет...

Отредактировано Vittorio Vestri (2017-10-22 18:08:03)

+2

3

Разговор с дочерью накануне оставил двоякие чувства - с одной стороны Адриано понимал ее стремления и желания, а с другой н емог понять, как Лукреция с такой завидной регулярностью вляпывается в какие-то авантюры и оказывается в центре важных событий. Что за мудреный дар и от кого он ей передался - лорд Лореншира не знал. Однако, он все же решил ей довериться и пройтись по тем пробелмам, которые она указала. Проблему с леди Вентури он решит после разговора с герцогом - кажется, участие Андреса тут требовалось непосредственное, с леди Романо он так же увидится чуть позже. Проблема слухов может быть решена возможными наложениями штрафов и вежливыми отказами в замках в банке Грациани - ссориться с одним из богатейших людей Орллеи, который совсем скоро породнится с другим богатейшим человеком в Орллее было довольно глупо. Можете очернять его репутацию, но он способен оставить вас без единого лейна в кармане.
Немаловажным была и пропажа Николло. Быстро сделать все не получилось бы, но граф Грациани отправил своих доверенных людей узнать о его пропаже и выудить любую информацию у тайного канцлера до возвращения лорда Лореншира со встречи с герцогом. Также он отправил гонца в Лирэфию, где тот должен был вызвать Николло к графу в Авелли, если изобретатель благополучно вернулся. Адриано нужны были чертежи разрывных снарядов для оснащения пушек и насколько он был осведомлен, какое-то время они находились в разработке. Теперь же настало время оценить их применение и на деле, а заодно и поговорить с маэстро с животрепещущими привычными вопросами "Где ты был? Почему у меня снова умыкнули из подвала дорогое вино? И за что я тебе вообще плачу?!" Адриано уважал изобретателя, но иногда творческие порывы Николло заставляли орллевинского лиса показывать зубы и грозить штрафами.
Дочь оказалась права - Николло на месте не оказалось, а вместо него прибыл его подмастерье. Это сообщение вызвало у Адриано досаду и желание подстегнуть своих людей на более активные поиски. Однако же, виду он не подал и отправился на встречу с тем, кто пришел. Гулкие шаги графа раздались по коридору его резиденции, взгляд был строг, а руки сцеплены за спиной. Двери его кабинета услужливо распахнулись и Адриано вошел внутрь, сразу отметив, что молодой человек склонился над чертежами и не вскочил при его появлении. Граф Лореншира поприветствовал юношу вежливым кивком и подошел ближе.
- Синьор Вестри, я полагаю? Добрый день.- Адриано не помнил всех незнатных гостей, но вот те, кому он должен был выплатить какие-либо компенсации с математической точностью откладывались в его памяти. Сколько серебряных лейнов он должен его семье в случае невозвращения маэстро? Тридцать?
- Судя по тому, что вы прибыли в одиночестве, маэстро де Ланца отсутствует и не появляется уже некоторое время? Похвально, что вы знаете о его изобретениях настолько, что можете сами описать принципы его действий и предложить варианты. - ну или делать вид, что знать. Только вот Адриано не терпел ошибок и самоуверенного самоуправства, правда пока не высказывал и не показывал этого никоим образом. Четкость, слаженность и безукоризненная вежливость с каждым.
- Вам известно, почему я вызвал вас? Что вы можете рассказать о разрывных снарядах? Принцип действия, применение, подстраиваемость под современное вооружение? Мне нужно знать как можно больше. - Адриано обошел стол и встал напротив юноши, упираясь ладонями в стол и так же склоняясь над чертежами.
- Итак, сеньор Вестри, думаю, вы не подведете. Начинайте. - и, пожалуйста, без досадных помех и ошибок, потому что если разрывной снаряд взорвется при производстве и разорвет мануфактуры на клочки - платить будете именно вы.

+1

4

Из самых смертоносных механизмов
Воображение - кровожадней всех!
И пуще прочих хищных организмов
Хитрей всех и опасней - человек.

Как и полагается личности творческой, увлеченной и сведущей в своем деле, подмастерье изобретателя отреагировал на шум не сразу. Художникам ведь полагается быть чуточку не от мира сего? Полагается. Вот он и был.
Еще пару мгновений взгляд его скользил по чертежу, пока уши прислушивались к уверенным шагам вошедшего, а сознание пыталось сообразить: при чем здесь механическая маслобойка? Свитки с чертежами военных машин пришлось собирать в спешке и суматохе. За дверью мастерской тогда кряхтел и ворчал обсыпанный мукой посыльный, и Витто предпочел захватить с собой побольше бумаг - всё лучше, чем в ответственный момент хватиться самого нужного чертежа. Но теперь, когда на столе вместо схемы разгрома вражеского флота красовалось детальное устройство маслобойки, юный инженер был вынужден слегка пересмотреть свои прежние взгляды.
- Ваше Сиятельство! Д-да, Витторио Вестри, всё верно. Вот я, к Вашим услугам, - вскинув кудрявую голову, юноша отскочил от стола, уставился на лоренширского графа во все глаза и только потом почтительно поклонился. Сердце взволнованно колотилось где-то в горле. Взгляд его немигающих глаз устремился к собственным видавшим виды кожаным ботинкам. Какой контраст с начищенным до блеска мраморным полом...
Появление настоящего Адриано Грациани слегка отличалось от того, как Витто представлял себе это: никакой тебе свиты, толпы шутов и прихлебателей, со всех ног бегущих впереди, семенящих рядом и нашептывающих в оба графских уха что-то эдакое, коварное и настраивающее против визитёра. Только стражник, все так же неподвижно стоящий за спиной, да слуга, услужливо распахнувший двери в залу. Никаких злопыхателей, зыркающих на молодого изобретателя исподлобья.
Да ладно, какой же палаццо без интриг и шепотков?
Или все соберутся позже?
Да кто "все"-то? Может, больше и не будет никого?
Уж не такая важная он птица, чтобы целое собрание сюда стянулось. Какой-то мальчишка из Лирэфии, даже не изобретатель, а всего-то лишь его помощник! Как еще сам граф соизволил прийти!
Пока всё это проносилось в голове лихорадочными мыслями, ловкие руки подмастерья скатывали свиток с ненужным чертежом маслобойки. Его лицо оставалось уместно вежливым, внимательным и невозмутимым. Разве что слегка побледневшим.
- Увы, Ваше Сиятельство, мастер отсутствует. И даже я, самый приближенный и лучше всех осведомленный, не могу знать, когда он вернется, - церемонно объявил Витто, с досадой покачивая головой и заглядывая в каждый из свитков, как в подзорную трубу, чтобы теперь уж точно выбрать нужный и не ошибиться. Граф успел бросить беглый взгляд на устройство маслобойки, но едва ли он был так сведущ в инженерном деле, что с ходу мог определить, что именно означают все те хитрые линии механизма и начерченные пунктиром амплитуды. Кстати, такая машина в хозяйстве не лишняя. Может, ее тоже предложить заодно? - Я его замещаю по всем вопросам и лучше любого могу рассказать о военных механизмах всё, что необходимо. И даже показать, - колено юноши слегка согнулось, подпирая мешок со взрывоопасными снарядами, но из-за высокого стола граф этого, конечно, заметить не мог. - Мы вместе их разрабатывали.
Я-то Вам расскажу... А Вы мне? Кто из нас тут интриган? Что расскажете об исчезновении маэстро? Уж кому знать, как не...
В памяти Витто всплыл недавний разговор с леди Лукрецией: он навещал ее в пригороде Авелли всего лишь в прошлом месяце. Тогда, ведомый желанием разыскать маэстро и помочь ему с загадочной невыполнимой миссией, он был готов даже сам напроситься на аудиенцию с отцом Лукреции. Он наверняка был в курсе, куда и зачем отправился художник, а еще - как с этим связан данактийский монашеский орден. Но орллевинский лис тогда был в отъезде, а теперь спрашивать было как-то не с руки... Но, раскладывая на столе новый чертеж, опять прижимая край пергамента подсвечником, подмастерье дал самому себе слово как-то ввернуть пару наводящих вопросов в ходе этой встречи. Когда еще представится такой случай?
- Разрывные снаряды - это, с Вашего позволения, настоящий прорыв в искусстве войны, - объявил Витто, ткнув пальцем в рисунок ядра в разрезе. - За ними будущее! Истинные орудия смерти. Не только наносят урон, но и сеют панику в рядах противника. Взгляните-ка... - палец юноши, как всегда заляпанный чернилами, скользнул по чертежу, уводя взгляд графа к самому началу схемы. - Вместо обыкновенного ядра мы берем железные листы, придаем им вот такую форму, чтобы потом скрепить вместе... готовим ядра поменьше, начиненные порохом, заворачиваем их в бумагу, вымоченную в сере, чтобы легко воспламенялась... Набиваем ими большой снаряд, добавляем еще железных деталей, которые могут нанести больший урон при разрыве, а в середину помещаем еще порох. Пороха много не бывает! - Азарт постепенно захватывал молодого инженера, и тот говорил все быстрее, сверкая глазами и истинно по-орллевински жестикулируя, только и успевая поднимать взгляд на графа и время от времени тыкать пальцем в следующий этап на чертеже. - Поджигаем такое ядро и закатываем его в жерло мортиры - это к слову о совместимости с нашим вооружением, ведь сколько орудий галеоны с фрегатами несут по оба борта, страшно представить! Вот здесь есть и устройство бомбарды и мортиры, которые годятся для таких снарядов, взгляните... Знакомо? Наши корабли такими и оснащены, предлагаю только закрепить их прочнее на палубе на крепком широком основании, потому что отдача будет мощной. А вообще, флот у нас что надо, - одобрительно заметил Витто, невольно вспоминая, как лет в семь от роду сам грезил обучением в академии и героическим будущим капитана орллевинского военного галеона. - Значит, и вооружение самое новейшее, но не новее разрывных снарядов. Такой сюрприз впечатлит противника и перепугает до одури! Не успеют позвать Мать-Заступницу, как - БАХ! - полпалубы разнесет.
Хитрые глаза подмастерья сузились, когда он наклонился и жестом фокусника извлек из холщового мешка образец такого снаряда, удерживая над столом обеими руками. Штука тяжелая и довольно опасная: стоит только искре попасть на фитиль - и половину залы разворотит ко всем чертям заодно с внутренностями бесстрашного юного инженера и важного графа. Как стража пропустила его на аудиенцию, даже не заглянув в мешок? Та же мысль, видимо, посетила стражника у дверей, который остался на месте, но напомнил о своем присутствии гулким переступанием металлических подошв о гладкий пол.
- Извольте взглянуть на эти выпуклые швы: немало требуется сноровки, чтобы скрепить металл как надо... - по горделивому выражению лица Витто можно было с уверенностью признать его автором и творцом тех самых швов. - Еще мы с мастером хотим придать снарядам другую форму, сделать ядра не круглыми, а продолговатыми и, знаете ли, с такими металлическими пластинками-крыльями для дальности полета... - подмастерье аккуратно пристроил ядро на столе подальше от свечей, безошибочно выхватил новый чертеж и продемонстрировал наброски усовершенствованного разрывного снаряда. - С одобрения Вашего Сиятельства займусь воплощением этого плана. Хорошо бы, конечно, вместе с маэстро к этому приступить, но тут уж... Кто же знает, когда он вернется? - Витто быстро вскинул взгляд исподлобья, испытующе посмотрев на графа, и тут же снова склонился над чертежом, пробубнив себе под нос:
- Если бы кто знал, я бы его так и спросил...

БАХ!

http://sh.uploads.ru/FVbyk.jpg

+1

5

Адриано был откровенно позабавлен тем, как важно юноша себя преподносил. Такой постреленок, пожалуй, мог бы запросто заговорить зубы самому Эмилио Бьяджи и переспорить его в вопросах достаточности финансирования военной отрасли и канцлер даже бы лично поприсутствовал на подобном. Однако подача себя и харизматичность сами по себе бесполезны, если подмастерье не сможет дать графу Лореншира того, за чем его, собственно, призвали в палаццо. Увы, но сейчас Адриано Грациани было важно использование разума юного подмастерья, нежели его способность говорить. Лорд Лореншира крайне не любил, чтобы его время тратилось просто так, но и не спешил с выводами.
- Прошу вас, синьор Вестри, я весь внимание, - отозвался Адриано, склоняясь над чертежом следом за молодым подмастерье. Охранник у двери еле заметно хмыкнул, мол, что может сказать такой желторотый юнец, но стоило Витторио заговорить, как тот так же внимательно стал наблюдать издалека.
Описание разрывных снарядов в деталях и даже продемонстрированный образец заставили Адриано знатно впечатлиться. При разработке Николло действительно учел все его замечания, а Витторио сейчас успешно отвечал на все вопросы, будто бы бодро учил их при рассказе. Граф Лореншира протянул руку к ядру на столе.
- Вы позволите? - граф тщательно взвесил плод труда двух разумов на ладони, ощущая тяжесть разрывного снаряда и оценил, что он был чуть тяжелее обычного за счет собственной "начинки", внимательно рассмотрел швы и аккуратно положил обратно.
- Что ж, весьма занимательно и представительно, сеньор Вестри, - в голосе Адриано зазвучало одобрение и интерес.
- Касательно же дальнейшего усовершенствования вашего с маэстро изобретения я хотел бы сперва узнать, каким образом данный прототип пройдет полевые испытания и убедиться в мощи разрушительности и дальности ваших снарядов. Сможете устроить демонстрацию? - поля Авелли, где испытывался многоствольный орган, и не такое видали и слыхали, а тут разрывные снаряды... Невелико потрясение.
- Кроме того, мне хотелось бы знать, каковы будут условия хранения подобных зарядов, чтобы не дай Создатель мы потеряли бы корабль из-за неправильно сложенных ядер. - платой за подобный проступок будет его же личная казна, на которую будет наложен отнюдь немаленький штраф, а терять деньги просто так Адриано совершенно не желал.
- Если испытания пройдут успешно, то я дам свое одобрение на дальнейшее усовершенствование и испытания и сложу в это средства, - оружие в руках власти помогает удерживать равновесие. Гонка вооружений демонстрировала возможности каждой самостоятельной территории и давала возможность несколько раз передумать, стоило ли с ней ссориться. Адриано надеялся, что разработки не дадут никому возможности как-то усомниться в том, что Орллея сможет удержать сопротивление в случае какой-либо стычки. Правда, была только одна проблема...
- Маэстро де Ланца был отправлен мной по важному заданию. Он все еще не возвращался с него? - поинтересовался граф у подмастерья, бурчащего себе под нос. Если Николло сделал задание и пропал из Лореншира - это одно, а вот если он так и не вернулся оттуда, куда его отправил новоявленный Папа... Это уже весомый повод для беспокойства и более интенсивных поисков.

+2

6

Найти искусству место на войне
Сумеет хитроумный повелитель.
Раз ты искусник, целься поточней!
Вот был художник - стал теперь воитель.

Постигнуть мастерство импровизации не так уж легко, и дело здесь даже не в умении гладко сочинять и декламировать мысли, только что возникшие у тебя в голове, как по написанному. Еще одна хитрость, которой должен овладеть любой мало-мальски толковый импровизатор и болтун оратор, - это способность чутко Слушать Своего Слушателя. Каламбур, но действенный! То, как публика воспринимает твое выступление, скажет о многом; ее реакция, если быть к ней внимательным, всегда подскажет нужное направление. Неодобрительные перешептывания, издевательские смешки и бесцеремонные разговоры - значит, надо радикально менять курс. Искрящая тишина, сверкающие азартом глаза и одобрительные хлопки с подмигиваниями - значит, надо продолжать в том же духе!
Граф Грациани помощнику военного инженера не хлопал и не подмигивал. Даже лучше: он с ним говорил, и тон сиятельной особы с начала аудиенции заметно поменялся от официозного, холодного и крайне сурового на более деликатный и заинтересованный. Хоть обсуждение и было, как прежде, сугубо деловым и таким, наверняка, оно останется в дальнейшем, но кругом ощутимо потеплело, и Витто незаметно выдохнул с облегчением. Сердце в груди встрепенулось и застучало споро и бодро, как шестерёнки механизма, щедро смазанного маслом. Подмастерье залихватски тряхнул головой и сам затарахтел в том же живом динамичном темпе:
- Задумка уникальная! Не сомневайтесь, другие военные инженеры еще не скоро до такого додумаются. А если и додумаются, то лишь после того, как на наше оружие своими глазами в действии посмотрят. Маэстро в голову разные идеи приходят, но никогда они не повторяются, во всем ухитряется быть первым, - не совсем так, если уж совсем начистоту; среди изобретений Николло де Ланца были и усовершенствованные версии машин, от которых отказались прежние изобретатели, и воспроизведенные, доведенные до ума чертежи древних мудрецов, которые придумать-придумали, а воплотить в свои допотопные времена еще не могли. Но если что-то из этого начинает работать и пользоваться спросом, кто вспомнит остановившегося на полпути лентяя-инженера или седобородых умников из стародавних времен? Так что, расхваливая мастера, Витто даже не пришлось особо кривить душой. - С такими снарядами пушки будут - зверь! - Граф вернул ядро на столешницу после того, как осмотрел изобретение со всех сторон, и теперь юноша перегнулся через стол, потянулся к снаряду и ловко подкатил его к себе, как кот, играющий с клочком пыли. Правда, ядро обладало немалой массой, и тонкой руке помощника пришлось как следует напрячься.
- Вы говорите, устроить демонстрацию?
Его ладонь все еще одобрительно похлопывала по снаряду, а взгляд взметнулся вверх и, впервые за аудиенцию слегка растерянный, остановился на лице Адриано Грациани.
Но вот умелый лицедей моргнул, прогоняя это выражение; лицо Витто уже засияло счастливой улыбкой, будто он готов был с азартом воскликнуть: "Да я только об этом и мечтал! Выкатывайте пушки!", а в голове вспугнутой птичьей стаей взметнулись совсем другие мысли.
Мне одному устраивать полевые испытания? Одному? Мне?
Не закрывая растянутого в широкой улыбке рта, подмастерье шумно сглотнул - хорошо, пространства в зале палаццо были внушительные, и за шелестом пергаментов с чертежами никто не мог этого услышать. Конечно, полевые испытания не были для Витто чем-то неизведанным и новым, но ведь одно дело самостоятельно испытывать механическую маслобойку (а потом самому же и оттирать потолок, пол и стены от липкого почти-масла), а другое - командовать такой масштабной презентацией, представлять перед Лоренширским графом оружие, которое может стать прорывом в военном деле, поменять тактику орллевинкского морского боя, и вообще...
- Ну конечно. Конечно, я смогу! - Звонкий голос юноши взвился к расписанному фреской потолку. - Это будет для меня большой честью, продемонстрировать Вашему Сиятельству, насколько разрушительными могут быть удары разрывных снарядов по вражескому стану. Мы можем отправиться на стрельбище или даже прямиком на борт военного корабля, где найдется подходящее бортовое орудие. Как пожелает Ваше Сиятельство? - Да и правда, какая разница? Уж теперь-то, когда испытаниям точно быть и от них не отвертишься, не переложишь на другого? Суша, море, все едино. Если вдруг пойдет что-то неладно, лучше бы взрыву прогреметь на полигоне, а не разворотить полкорабля, но он-то, Витто, так и так окажется в эпицентре, рядом со своим детищем, которое только что расхваливал. Что уж там! - Мы со снарядами готовы быть испытаны хоть... завтра, - хотел уже сказать "сегодня", но вовремя прикусил язык и поосторожничал. Приготовления лишними не будут. - Из лирэфийской мастерской я прихватил с собой достаточно ядер для показа, и сработают они несмотря ни на что! Я отмечу перед Вашим Сиятельством, что количество пороховых зарядов внутри каждого ядра прямо пропорционально повышает шансы на то, что оно разорвется как надо, - юноша резко рубанул воздух ребром ладони, снова входя в раж. - В усовершенствованной модели мы хотели проработать еще усиленный шнур-фитиль, а то и вовсе сделать его двойным... или с разных сторон снаряда, только там вопрос, как снизить риск для канонира... - как будто позабыв о присутствии высокопоставленного клиента и о скорой перспективе самому стать канониром демонстрационного залпа, Витто задумчиво рассматривал ядро, вел пальцем по выпуклым швам и ерошил кудри на затылке другой рукой, но потом вдруг вздрогнул и опомнился. - Особых требований к их хранению нет, Ваше Сиятельство, ядра универсальны - и к прежним нашим пушкам подойдут, и храниться могут запросто с обычными ядрами. И те, и другие требуют аккуратного к себе отношения, ну да это и так известно. А маэстро нет, не возвращался, - без всякого перехода сообщил подмастерье, снабдив свой ответ негромким, но печальным вздохом. Вот сейчас он как раз и пригодился бы! Но нет же, сгинул - и даже граф Лореншира, кажется, понятия не имеет, куда сам же его и заслал.
Интересное, наверное, задание ему поручили? Сам бы пошел, сиятельный синьор, но вот беда - дела не отпустили?
- Представления никакого не имею, где находится мастер, увы, Ваше Сиятельство, - Витто поспешно опустил сверкнувшие недобрым огоньком глаза и переступил с ноги на ногу. - Вам, стало быть, виднее, где он сейчас. Мне он ни слова о том, куда направится, не говорил.
Немного помолчав и помявшись, будто хотел добавить что-то, но передумал, подмастерье принялся скатывать трубочками чертежи, которые уже не относились к делу, и ловко подхватывать их под мышку. Убедившись, что на снаряд больше никто не претендует, он аккуратно положил его обратно в мешок, к трем другим, которые покажут себя на демонстрации. И тут не удержался:
- Если есть еще какое-то поручение, то я в полном распоряжении Вашего Сиятельства. Или, может, то же самое задание нужно быстрее выполнить - я могу маэстро помочь, - юноша опять вскинул голову и серьезно посмотрел графу прямо в глаза. - Он уже пять лет подряд работает со мной вместе, в четыре руки. Может, у одного теперь сложно идёт? А я бы ему помог, навел бы на нужные мысли... После испытаний, если изволите.

+2

7

Каждый именитый художник говорит о том, что его техника рисования уникальна, каждый прославленный стихотворец сочтет своим долгом подчеркнуть оригинальность исполнения рифмованных строк, так и каждый изобретатель старается говорить о том, что его изобретение самое выдающееся и самое прорывное в области развития науки и техники. За все годы службы Николло де Ланца смог доказать свою уникальность и дать немало примеров того, что человеческие возможности безграничны, а разум особо одаренных людей в самом деле может быть устроен иначе, нежели чем у простых обывателей. Однако, Николло граф Лореншира знал и доверял ему, а вот его подмастерье еще не настолько проявил себя, чтобы ему можно было бы что-то поручать. Но с первым заданием синьор Вестри неожиданно справился, справится ли со вторым?
- Охотно верю в силу разума маэстро де Ланца, за годы службы он уже это доказал, - спокойно отметил граф Лореншира, словно указывая своими словами, что Николло в представлении и расхвалении не нуждается, Адриано и так обо всем этом прекрасно знает. Молодой человек был куда более болтливым, чем его мастер, но это вполне объяснялось его довольно юным возрастом. Однако же то, что он работал рядом с изобретателем, видимо, дало свои всходы, обещающие превратиться в преинереснейшие плоды в будущем, если только он будет со всем справляться точно так же, если не больше.
После вопроса о демонстрации на какое-то время юный синьор заколебался, но затем неожиданно живо ответил, что он вовсе не против такого поворота событий и вполне может устроить демонстрацию оружия хоть завтра. Было ли это проявлением смелости или же отчаянной юной глупости? Он и ядра-то с трудом поднимает, а там нужно и в пушку его закатить как нужно и приготовения сделать... Уж не собрался ли он делать все это один?
- Ваше стремление похвально, сеньор Вестри, и я с удовольствием посмотрю на вашу демонстрацию для начала на полигоне, а уже затем можно будет применить разрывные снаряды и на морском судне. Только завтра я отбываю в Ланкашир и потому не смогу поприсутствовать на испытаниях, но могу послать свое доверенное лицо, которое все запротоколирует и мы увидим, насколько мощным будет ваше новое оружие. Если вам необходимо, то я предоставлю помощь моих людей, которые под вашим руководством помогут вам подготовить площадку и оружие для испытания. - морские термины были знакомы графу Лореншира только поверхностно, потому он внимательно выслушал дальнеушю речь об усовершенствовании заряда и медленно кивнул.
- Думаю, с этим вопросом вы можете посоветоваться с человеком, который будет наблюдать за испытанием разрывных ядер, уж он в мореходстве понимает куда больше и может посоветовать что-либо для того, чтобы ваши предложения можно было бы осуществить. Барон Тимотео Костанцо вот уже более сорока лет занимается морским делом и вопросы усовершенствования и условий хранения знает как свои пять пальцев. До завтра вы расположитесь в одной из комнат замка, а завтра к вам подойдут и познакомят с нужным человеком. - помимо покоев для знатных гостей, богато украшенных, в палаццо имелись и места для незнатных представителей торговых гильдий, куда более бедно обставленных. Подмастерье Николло можно было бы отправить и в комнату для слуг, но все же Адриано пожалел взъерошенного юнца, да и он был довольно ценен, пока сам изобретатель отсутствовал... Все еще отсутствовал. Надолго ли это затянется и способен ли будет молодой подмастерье перенять его опыт? Если у Николло были наработки, то синьор Вестри еще сможет как-то продвинуть вперед его изобретения, но хватит ли у него идей на собственные? Увы, то, как именно работает голова маэстро де Ланца, на практике повторить довольно сложно. Однако же, стоило проверить, чего же стоит молодой юноша. Закончить его службу он всегда успеет.
- Разумеется, за всю вашу работу, если испытания пройдут успешно, усовершенствование удастся и дальнейшие идеи будут воплощаться вами в жизнь, вы будете получать приличное жалование до возвращения маэстро де Ланца. Расходы на материалы для изобретений будут оплачиваться отдельно. Иными словами, мне хотелось бы, чтобы вы не ограничились только одними разрывными снарядами. Что вы думаете о том, чтобы наняться лично ко мне на службу с испытательным сроком, синьор Вестри? Если все будет идти успешно - сможете работать на постоянной основе. - пусть он будет платить ему куда меньше, чем тому же Николло, но во мозговитых изобретателей куда лучше, чем один, а граф Лореншира все старался делать с собственной выгодой. С высоты его опыта Витторио годился ему во внуки, но был уже достаточно взрослым, чтобы его можно было бы брать на работу. Если у паренька все будет получаться (а с таким отношением к делу - наверняка будет), то почему бы не дать ему шанс?
- Со своим заданием, маэстро, думаю, справится сам. Дело в том, что это довольно долгосрочное задание, на которое его отправил один мой союзник, а мне требуются его рабочие руки и разум уже сейчас, - граф Грациани заложил руки за спину и выпрямился во весь свой немаленький рост, внимательно наблюдая за реакцией Витторио.
- А вот вы, синьор Вестри, понадобитесь мне в Лореншире, раз уж вы так осведомлены о делах маэстро де Ланца. Примете решение о моем предложении относительно работы сейчас, или вам будет необходимо подумать? - в свое время Адриано довольно быстро подметил незаурядные способности Николло, теперь же важно было не отпустить еще одно юное дарование и направлять его мысли в нужное русло.

+1

8

Они по мановению руки
Устроят судьбы и разрушат жизни.
Ты с власть имущими, парнишка, не шути
И помни, кто коварней и капризней.

Неуклюжие смешки, которые срываются с губ в самый неподходящий момент, обычно маскируют деликатным покашливанием. Витто собирался проделать как раз этот трюк, уже понес кулак к губам, но в последний миг спохватился: а покашливать при Его Графском Сиятельстве не возбраняется? Оно не потускнеет, случайно? Поэтому в итоге вместо того, чтобы засмеяться или покашлять, юноша затаил дыхание, моргнул и распахнул свои голубые глаза еще шире. Сжатый кулак так и остался прижатым к его губам, закрывая пол-лица, поэтому нельзя было, взглянув на подмастерье, сказать наверняка: понравилась ему идея двойной демонстрации механизма действия снаряда, испугала она его, застала врасплох, впечатлила или что-то еще.
Как бы то ни было, Витто быстро взял себя в руки - это он умел всегда - и расправил плечи, гордо вскидывая голову, а потом признательно опуская ее так низко, что подбородок коснулся груди.
- Благодарю за доверие, Ваше Сиятельство, я его не обману. Буду счастлив провести две демонстрации, одну следом за другой. Для подготовки судна и бортовых орудий для второй, впрочем, потребуется чуть больше времени, но с помощниками, которых Ваше Сиятельство мне определит, мы справимся без всяких затруднений, - голос изобретательского ученика не дрогнул, оставаясь уверенным, отчетливым и звонким. Может, даже чуть более звонким, чем полагалось в его полные пятнадцать лет - в моменты волнения или испуга уже прорезавшийся приятный басок юноши возвращал себе пронзительную серебряную ясность - как та, с которой недоедающие ребятишки лет десяти звонко распевают церковные гимны на паперти в надежде разжалобить и умилить. Так что, кашлянуть в присутствии графа пришлось. Сам вынудил - пусть потом не жалуется! И дальше Витто заговорил уже спокойно, размеренно, вернув-таки себе свой взрослый голос. Прозвучавший, надо сказать, весьма убедительно и надежно. - Большой честью для меня будет знакомство с бароном Костанцо. Я тщательно подготовлюсь к встрече с ним и подготовлю все необходимые чертежи.
Что уже терять? Было бы назначено одно испытание - можно было бы переживать, как все пройдет, получится ли уцелеть и не подорваться на собственном мудреном снаряде, а теперь-то... Два испытания - два шанса из двух. Не на полигоне навечно оставаться, так на палубе морского корабля! Второе чуточку даже лучше, поэтому впору радоваться, что достался двойной шанс рискнуть. И не то что жизнью... Репутацией! Своей и репутацией маэстро! А гибель на корабельной палубе - что ж, да, есть в этом что-то романтическое, героическое! Не зря во флотскую академию хотел податься!
Витто почувствовал, как закружилась голова. Он всегда сам был мастером ораторского искусства, каких поискать; заболтать мог кого угодно, но сейчас оказался по другую сторону этой баррикады. Лоренширский граф говорил много и путано, его слова добирались до сознания будто сквозь соломенную подушку, плотно прижатую к лицу.
А после того, как смысл сказанного сиятельной особой все-таки достиг понимания юноши, ощущение подушки на лице еще усилилось. Он схватил ртом воздух и так постоял пару секунд, потом качнулся с пяток на носки и обратно, собрал руки за спиной, где-то в районе поясницы, и окинул лица присутствующих пытливым взглядом. Сперва уделил внимание графской свите, глядя придирчиво и с подозрением, будто приготовившись к тому, что в любой момент любой из присутствующих выступит вперед с воплем "Я протестую!" и начнет расписывать его, Витто, негодность для того, чтобы служить графу. И еще внушительный оклад получать за это - ишь чего захотел, щенок! Но никто ничего не сказал, и лица у большинства безмолвных присутствующих были чуть ли не скучающие. Разрывные ядра интересовали их так же мало, как тот, кто эти ядра придумал и принес сюда, и это явственно читалось в их унылой мимике, поэтому Витто почувствовал себя увереннее.
Его взгляд обратился к невозмутимому лицу графа Грациани, пару мгновений изучал его благородные черты, а после юноша церемонно склонил кудрявую голову и еще сам наклонился вперед плечами и грудью, прикладывая руку к сердцу выразительным, почти что театральным жестом. Но на этот раз молодой изобретатель и не думал паясничать и лицедействовать.
- С позволения Вашего Сиятельства, думать я буду у себя в мастерской и во время подготовки испытаний. А сейчас я, конечно же, могу ответить сразу: я готов принять Ваше предложение. Любезное предложение Вашего Сиятельства, - поправил сам себя Витто, неотрывно глядя на графа. Что это будет означать, "на службу к нему лично"? Это значит, мастерскую бросить? Поселиться где-нибудь здесь, в резиденции в Авелли, и корпеть над чертежами, которые будут воплощать в жизнь чужие рабочие руки? Или заниматься бытовыми делами, вроде системы слива сточных вод, машины для плетения канатов и конструирования причудливых вертелов, чтобы поросенок всегда прожаривался до хрустящей корочки, прежде чем попасть на графский стол? Навсегда отказаться от крыльев, от изучения анатомии, от стайки летучих мышей, которых он притащил мастеру для демонстрации, но те прижились и к рассвету каждый раз прилежно слетались обратно, под крышу мастерской? От собственного туго набитого соломой матраса на милой сердцу чердачной кровати... отказаться?
К горлу подступил комок, но Витто сглотнул его и только выше поднял упрямый подбородок. Уж он что-нибудь придумает. Да и маэстро скоро вернется. Два изобретателя при одном графе - это уже перебор, кому-нибудь точно будет позволено заниматься своими собственными делами. А вот придумать, как сейчас отказаться от предложения - такого важного, статусного, перспективного, такого... зрелого и многообещающего? Да кто в здравом уме будет от него отказываться!?
- Для меня будет удовольствием служить на благо Вашего Сиятельства, - подмастерье услышал свой голос словно со стороны, а сам в это время подумал: может, обойдется? Кому он здесь нужен, при дворе в резиденции? Ведь было сказано, что рабочие руки и разум понадобятся в Лореншире, стало быть - в Лирэфии. Будет так же, как прежде, обитать в своей старой мастерской, маэстро ведь никуда не забирали, хотя он и служил графу? До поры-до времени не забирали, да... Ну, вспомнит о его существовании граф раз в два-три месяца, позовёт к себе, даст задание какое-нибудь. Разве плохо? Теперь бы испытания снарядов благополучно пережить и не ударить в грязь лицом - а там уже жить можно! Еще и с постоянным жалованием, если всё срастётся.
А отец-то что скажет, когда узнает! Да с ума просто сойдет!
Уверенность окрепла, а вместе с ней и голос: Витто шагнул вперед и еще раз чинно поклонился, выражая свою признательность.
- Благодарю и сделаю все, что в моих силах, чтобы испытательный срок завершился успешно, Ваше Сиятельство. Надеюсь, что и миссия маэстро подойдет к концу так же благополучно, - поспешно добавил юноша, внимательно рассматривая расшитый золотыми нитями камзол графа снизу вверх и краем сознания уже задаваясь вопросом, чем же его будут кормить и где поселят на ночь. Уж где-где, а под сводами роскошного палаццо ученику художника, сыну городского мастерового, за пятнадцать лет насыщенной приключениями жизни еще ночевать не доводилось.

Отредактировано Vittorio Vestri (2018-01-29 17:36:41)

+1

9

Любое предложение - это риск, любая авантюра может быть немного сомнительна, любое решение, которое принимаешь не ты сам может быть отрицательным. К своим годам Адриано Грациани знал, что не все в этом мире зависит только от его и был всегда готов к каким-либо отрицательным решениям и результатам. Для графа Лореншира это не было завершением чего-либо, это было только понимание, что нужно искать какие-то другие средства и возможности. И все же, когда в вопросе все зависело от ответа "да" или "нет", Адриано ощущал внутреннее удовлетворение от положительного ответа, это означало, что он не ошибся в своих намерениях и его рассчеты оказались верны. Когда Витторио Вестри все же согласился, немного замявшись перед этим, засомневавшись на какое-то мгновение и решив что-то для себя, лорд Лореншира внутренне улыбнулся, а внешне удовлетворенно кивнул.
- Рад это слышать, синьор Вестри. Значит, завтра вам устроят встречу с бароном Костанцо и вы проведете испытания на полигоне, а в дальнейшем и на корабле. После их окончания, если я не вернусь к тому времени, можете вернуться в Лореншир и заняться усовершенствованием оружия. Затем, после моего возвращения, расскажете о проделанной работе, и если все будет проходить успешно, мы запустим оружие в производство. - благодаря Николло им уже удалось оснастить своими наработками флот Орллеи и теперь дело должно было двигаться дальше. Хотелось бы надеяться, что временная потеря художника-изобретателя не остановит все производство. Граф Лореншира все еще надеялся на возвращение Николло, но подстраховаться не мешало.
- Завтра вам принесут документ о найме вас на работу и оплате вашего труда. Обо всех расходах можете спрашивать моего секретаря, он выделит вам все необходимые средства в оговоренных размерах. После того, как закупите что-либо - предоставьте мне подписанный вами список расходов. - Адриано говорил неторопливо, чтобы не напугать своего посетителя огромным объемом работ. Впрочем, энтузиазм в глазах молодого подмастерья, который может в будущем тратить средства графа, а не свои собственные, был слишком велик, чтобы допускать мысли о том, что он уйдет с деньгами, например, пиратствовать в неизвестном направлении. В таких делах тоже всегда есть риски, но пока что Адриано хотелось думать, что он все же не ошибся.
- Если у вас все, я вашего позволения, у меня есть другие дела. Вас проводят и расположат в гостевых покоях. Надеюсь, наше сотрудничество будет продуктивным, синьор Вестри. - с этими словами Адриано сделал еле заметный кивок, показывая, что на данный момент он более не нуждается в услугах молодого подмастерья и чтобы Витторио сопроводили в покои.
Стражник у дверей махнул рукой, привлекая к себе внимание кудрявого мальца и со скучающим видом повел его по коридорам палаццо, чтобы подмастерье следовал за ним. Попутно он размышлял, почему-то пареньку такой почет и уважение за какие-то каляки в чертежах? неужели граф настолько их ценит? Как вообще за такое можно получать деньги?
Шли они недолго, у гостевых покоев их поприветствовала молодая служанка, которая открыла дверь в просторную комнату со столом, стулом, кроватью с мягкой периной и сундуком. На улицу выходило большое окно, занавешенное простыми шторами и закрывающееся ставнями по необходимости. На столе стоял нехитрый ужин из фруктов, пирогов, мяса и кувшина вина. Девушка в присутствии стражника провела Витторио в комнату и все показала, а когда стала уходить, чтобы оставить его одного, быстро повернулась и игриво подмигнула, пока стражник ничего не увидел. Кажется, кому-то молодой подмастерье понравился не только за ясный ум, но и за красивые кудри.

+1

10

Жизнь - фантазёрка, превзошедшая поэтов,
Способная не хуже них тебя порой
Забросить в эпицентр своих сюжетов,
А чтобы выбраться: подумай головой.

"Встреча с бароном..." Как будто графа мне мало... "Испытания на полигоне"... Попробуй, не взорви там себя и вместе с собой еще десяток важных синьоров... "а в дальнейшем и на корабле"... и еще какой-нибудь славный фрегат умудриться на щепки не разнести и не отправить на дно морское... Охо-хо...
Граф будто нарочно говорил неторопливо и размеренно - возможно, как раз для того, чтобы сведения укладывались в голове подмастерья последовательно и без лишней суматохи. Но эффект был прямо противоположный: пытливый ум Витто изыскивал самые короткие паузы, чтобы изощренно вставить туда какое-нибудь хитрое, язвительное, а то и безжалостное предположение. Теперь, когда этих пауз и времени для размышлений было предостаточно, волнение подгоняло воображение, и то мчалось без оглядки, во весь опор.
Улыбка, кажется, намертво прилепилась к губам, глаза привычно сияли энтузиазмом, кудрявая голова согласно кивала в ответ на слова графа Грациани, но сердце в груди колотилось все так же гулко, а колени давно подкосились бы, если бы молодой изобретатель не ухитрился незаметно прислониться к столу бедром, зная, что на твердость собственных ног рассчитывать не приходится.
- Я использую все свои навыки и мастерство, чтобы оправдать ожидания, даю слово личного военного инженера Вашего Сиятельства, - с завидной выдержкой церемонно пообещал подмастерье, стараясь отвечать графу той же важной интонацией и неторопливым темпом речи, хотя упругие удары пульса в висках опережали и подгоняли каждое слово. - Уже с нетерпением жду, когда смогу представить перед Вашим Сиятельством доклад о проведенных испытаниях, отчитаться о расходах и проделанной работе. Да. Я обязуюсь отнестись к делам со всем вниманием и ничего не упустить. Благодарю, Ваше Сиятельство, - когда граф вдруг попросил у Витто "его позволения" на то, чтобы заняться своими делами, юноша слегка опешил, но ошарашенно кивнул - отчего бы не позволить? И уже кланяясь Орллевинскому Лису на прощание, вслед за стражником выходя из роскошной залы, сообразил, что церемонный этикет иногда требует от людей произносить странные фразочки. Независимо от положения и статуса этих самых людей.
По лицу сопровождающего не было похоже, что он с большим пиететом относится к вверенному ему гостю. Мужчина в блестящих доспехах косился на Витто с какой-то подозрительной досадой, но молодой инженер не особенно этим озаботился. Заметил мимоходом и только; куда больше его интересовало богатое убранство палаццо, и он неустанно крутил головой по сторонам, пытаясь уловить каждую деталь, самые мельчайшие фигуры на расписанных стенах и потолке, каждый позолоченный завиток на канделябре, каждую из скульптур, притаившихся в потайных альковах. Зайти так далеко в графский дворец Витто вовсе не рассчитывал: тем интереснее было озираться по сторонам и открывать для себя преимущества высокого положения в обществе. Интересно, все принадлежащие графу палаццо одинаково роскошны, или этот - самый главный и богатый из всех?
Шагая следом за стражником, юноша настолько увлекся созерцанием, что совершенно забыл о недавнем волнении и об испуге - натура художника и наблюдателя взяла верх, и он весь обратился в зрение, как бывает, когда в церкви замираешь перед искусно оформленным алтарем, произведением высокого искусства, и, всматриваясь в ажурные переплетения орнамента, в плавные линии скульптур и мраморных цветов, напрочь забываешь о благочестии, с которым полагается взирать на всё это великолепие, превознося Бога-Отца, а не талант создавшего шедевр мастера. Единственное, что сейчас возвращало чувство реальности - холщовый мешок с разрывными снарядами, который Витто тащил за собой по начищенному до блеска мраморному полу; он периодически бил под колени и не давал одухотворенному искуснику совсем утратить связь с бренной землей и ее заботами.
Но по приходу в просторную гостевую комнату мешок был деликатно конфискован стражником - Витто удивился, почему никто не сделал этого раньше, чтобы снаряды не взорвались где-то в самых недрах графского палаццо. Угрюмый провожатый в доспехах буркнул, что утром мешок доставят обратно вместе с бумагами и всем прочим, что может понадобиться для завтрашних мероприятий, и удалился, оставляя подмастерье на попечение молоденькой симпатичной служанки в простом опрятном платьице. Та, хлопоча о постояльце с не меньшим трепетом, чем это делала бы родная матушка, порхала по просторным покоям, приглашая располагаться и угощаться. Витто, слегка пришедший в себя, когда позолота и фрески остались за порогом покоев сравнительно простого убранства (и всё-таки, на кровати здесь была настоящая перина, а не набитый соломой матрас), снова забылся, наблюдая за тем, как заботливая девушка мельтешит перед глазами - как вспугнутая бабочка или изящная быстрокрылая птичка.
Почетный гость приосанился, важно прошелся по комнате, заложив большие пальцы за пояс, перехватывающий его синий камзол, остановился рядом со столом, уставленным яствами, и повернулся на пятках, лукаво поглядев на замершую у двери служанку. Тяжелые шаги и доспехи стражника гремели уже где-то далеко, и от внимательного взгляда юного художника не укрылся знак внимания, которым его одарила хорошенькая девушка.
- Знаете, синьорина, а ведь я совсем не жалую яблоки, - вдруг весомо заметил он, беря одно в ладонь и протягивая его в сторону служанки. - Не желаете угоститься?
И пусть завтрашний день несет позор или славу, жизнь или смерть, риск, авантюру и новые передряги: приключения молодого изобретателя уже начались, и от самых приятных из них он уж точно не намерен отказываться.

0


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ (1420-1445 гг); » О войне и прочих бесах [x]