Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » АЛЬТЕРНАТИВА; » Дочь пирата


Дочь пирата

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://sh.uploads.ru/24WwG.jpg

НАЗВАНИЕ
Дочь пирата

ТЕМАТИКА
Альтернативный Хельм, пиратство
УЧАСТНИКИ
Aidis Munro & Hector Berg
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
Тиль, 1444 г.

http://sh.uploads.ru/PfjCy.jpg

ОПИСАНИЕ
Порой на одну душу выпадает столько испытаний, что диву даёшься. Разделить бы их на троих - и то было бы много! Эйдис Манро, дочери Верховной жрицы из Фйеля, уже в юности довелось раскрыть в себе магический дар и нажить на родной земле врагов, что жаждут сдать молодую ведьму на суд инквизиции. Когда Алые Горы больше не сулят надежного убежища, куда податься девушке, как не на Тиль, где, как рассказала мать, она может отыскать родного человека, который сумеет дать защиту? Если только признает в жилах беглянки свою кровь. И если раньше него до нее не доберутся другие морские разбойники, ведь воды вокруг архипелага бурлят опасные...

Отредактировано Hector Berg (2017-12-26 12:57:54)

+3

2

Сжечь ведьму! Очистить мир от скверны! Истребить суеверия и ложных Богов! Такие крики все чаще звучали во Фйеле. Король, на которого возлагали свои надежды язычники, не оправдал надежд. Костры с новой силой воспылали на земле ее предков. И если перст недоброжелателей указывал на кого-то, то тот был обречен. Те, кто еще вчера были друзьями, теперь желали взять в руки мечи и вилы, и рвать на куски без жалости и сомнений обвиняемых. Эта участь не миновала и Эйдис. А она лишь хотела помогать, но теперь она была ведьмой, отродьем дьявола. Где же было спрятаться, когда все друг на друга смотрят с опаской? Она не хотела нести беды в семью дядюшки, что был к ней добр, не могла ставить под угрозу и жриц, у которых наступили тоже не легкие времена. Бежать. Бежать как можно дальше. Оставить позади родные края. Это все что у нее осталось. Но куда ей податься? В том огромном мире за пределом Алых гор у нее был только один родной человек. Родной по крови не более. Человек, которого она видела всего лишь раз в жизни. Даже не помнила его лица, только смутный образ и улыбку. Да и он вряд ли бы сейчас признал в ней годовалую кроху. Но отчего не попытаться, коли нет другого выхода? Взяв с собой небольшую сумму денег, что вручил дядя, а так же короткий меч, который ей был подарен на четырнадцатилетие, Эйдис отправилась в долгий и удивительный путь полный приключений. Пусть не близкий учитывая, что он лежал в далекую страну пиратов. Пусть опасный для молодой девицы, что едет в одиночестве. Пусть извилистый, потому что,  будучи ведьмой, она старалась избегать  крупных поселений. Встречались на пути и люди добрые, что помогали с ночлегом, кобылку подковать. Повидала она места далекие, о которых только слышала. Путь ее прошел через Хайбрэй и Орллею до портового города Морбер. Оттуда она собиралась добраться до Моррисии. А после  попытаться каким-то образом очутиться на Тиле. О том, как ей найти отца, про которого она знала только его настоящее имя, Эйдис еще не задумывалась. Она склонялась к решению вопросов по мере их поступления. Сейчас главное было добраться до Тиля. В Морбере за умеренную плату торговец согласился дать ей место на своем судне. Впервые в жизни Эйдис плыла на корабле. Первую ночь она не могла сомкнуть глаз, слушая шум волн и треск корабля. Ей все казалось, что он развалится. Следующий день провела на палубе, любуясь бескрайним простором  водной глади.  Когда солнце стало клониться к горизонту, Эйдис спустилась в трюм и задремала. Сон был нарушен криками, и топотом ног по палубе. Моряки суетились и кругом доносились крики
- Пираты! - вдалеке виднелось судно, что стремительно приближалось к ним. "Ты же искала пиратов, Эйдис? Вот они тебя и нашли", - иронично заметил внутренний голос. Все-таки  оказаться на пиратском острове и расспрашивать в тавернах об отце - это одно дело. Совершенно другое, когда пираты подобно стервятникам налетают на корабль, дабы поживиться.
- Спрячься в трюме и не высовывайся, - сказал ей один из матросов, подталкивая в трюм. Как говорится, кто ищет приключений, тот их себе находит на пятую точку. Вопрос лишь в том, а стоит ли такие приключения вообще искать?
Она спряталась за тюками, сжимая в руке небольшой меч, сделанный специально под нее. Легкий и небольшой. Но вряд ли бы он смог ее защитить от толпы морских волков. Послышался треск корабля, лязг железа, крики, топот, стоны. Запах пороха и крови наполнял воздух.  Она сидела тихо-тихо, как мышка, стараясь не дышать. А крики все стихали, и топот становился тише.  Дверь резко открылась
- Обыщите трюм, - раздался зычный голос. В трюм спустились люди  и двинулись в разные стороны, обыскивая тюки. Один из них приближался в ее сторону. И когда пара кровожадных глаз встретилась с парой испуганных, то пират присвистнул
- Вот так дела! Эй...я, кажется, тут нашел кое-что интересное, - большая грязная рука потянулась в ее сторону и тут же была резко одернута, когда сверкнул меч. Но не злость и тем более не испуг были реакцией, а смех
- Эка девка еще и жалить вздумала. Люблю боевых, - он оскалился, демонстрируя кривые полусгнившие зубы.
- Не подходи, - грозно, на сколько могла, произнесла Эйдис. Сия картина привлекла внимания уже других пиратов, что были в трюме. И пока она отбивалась от одного юрко уворачиваясь, другая сильная рука схватила ее позади за шкирку и подняла в воздух как пушинку
- А ну отпусти меня, а то я...- в ответ лишь был только смех, такое зрелище забавляло со стороны. Ее выволокли на палубу, и бросили к ногам, как она уже понимала, капитана пиратского судна.
- Что это у нас тут? Не то волчонок, не то девица, - насмешливо произнес тот, сковывая железными тисками пальцев ее подбородок и рассматривая. - Ничего так. Отмыть, причесать и можно неплохо продать.
Он приблизился к ней и шумно вдохнул запах волос, которые, как и у матери, пахли пряными травами. 
- Не смейте меня трогать, -  грозно произнесла Эйдис, решив, что терять ей почти нечего. - Тронете меня хоть пальцем, и мой отец намотает ваши кишки на палубу, - конечно, обычно говорили про рею, но таких тонкостей Эйдис не знала.
Капитан прищурился, смерив девчонку взглядом
- И кто же твой отец?
Что ж, коль начинала врать, стоило уж до конца. Может ее отец с такой жизнью уже вообще кормит рыб на дне морском. Этого она не знала
- Мой отец, один из самых грозных пиратов. Он всех вас выпотрошит, коли тронете меня...- подумав, припомнила, как тут моряки ругались, и добавила, - морской дьявол вас побери.
- И есть ли имя у этого отважного пирата? -  то ли издеваясь, то ли решив подстраховаться, поинтересовался капитан
- Ньйалл Шиберг, - произнесла бойко Эйдис и тут же стихла, заметив, что это имя никак не подействовало на пиратов. Конечно, на что она надеялась, что ее отец будет пиратствовать под настоящим именем? Или может он обычный рядовой пират ничем не прославившийся? А может, и правда, уже в живых нет.
- Знаешь, что я  ненавижу больше всего? Когда мне врут и отнимают мое время.  А ну киньте ее в мою каюту.
Сейчас лицо капитана явно отражало раздражение. О том, что обычно делают с девицами пираты, Эйдис была наслышана, поэтому решила пока просто потянуть время и остаться в целости
- Нет...стойте...не надо в каюту...я  могу помочь...я ведьма и могу исцелять, - она знала, что пираты в отличие от большинства жителей материка  против ведьм ничего особо не имеют. А если она покажет свою полезность, то хоть какое-то время будет целой и невредимой.
Конечно, капитан потребовал доказательств, и она продемонстрировала то, что умела. Ночь была долгой,  так как Эйдис лечила пиратов, где применяя свой дар, а где настоями и перевязками. После ее почти обессилевшую швырнули в трюм, где она почти сразу и заснула. Сколько времени  провела на корабле, Эйдис даже не считала, решив, что как только корабль прибудет в порт, она попробует сбежать.
И вот когда почти вся команда спустилась на берег, рассказывая в таверне историю о смешной девице-целительнице из Фйеля, у которой якобы отец пират, сама она, отыскав палку потяжелее, спряталась. Дожидалась момента, когда  трюм откроют, и она сможет выбраться, оглушив пирата палкой.
- Эй...есть там кто...- решила позвать "жертву" Эйдис. Спрятавшись и замахнувшись палкой.

+3

3

Низко склонив свою гордую лохматую голову, набычившись и поскрипывая зубами, Гектор сидел, разглядывал собственный кулак и молчал. Костяшки пальцев на правой руке были в кровь разбиты о чью-то челюсть. Теперь оставалось только вспомнить, о чью именно и... вообще, почему?
Вид могучего фйельца со сжатой в кулак ладонью сам по себе мог навести на недобрые мысли и внушить легкие опасения за сохранность своей шкуры, ведь если ты собственными глазами видишь его, то находишься где-то поблизости, а это ой как неосторожно. На этом тревожные признаки не заканчиваются: если старпом с "Дикого Быка" молчит вопреки обыкновению, не горланит шанти, не хохочет над шуткой, которую сам только что изобрел и увлеченно рассказывал, беспощадно теребя за плечо первого попавшегося моряка, сидящего рядом; не заглушает раскатистым рыком возражения отчаянного салаги, который решился сказать хоть слово ему поперек... значит, быть беде.
Или беда приключилась у самого Гектора? Тут уж не угадаешь. А спросишь - можно и в зубы получить. Вот как один из гостей таверны, который как раз напоролся на тяжелый кулак горца и куда-то быстро слился, оставив пару коренных на заплеванном полу в качестве трофея. Но трофеи на своей памяти бывший охотник имел и повнушительнее: добывал и оленей с ветвистыми рогами, и диких клыкастых вепрей в северных лесах. Да только куда все это исчезло? И было ли вообще? И с ним ли? Сгинул храбрый охотник, растворился в дремучих лесах на запутанных разбойничьих тропах, и кем стал теперь?
Бормотнув себе под нос что-то невразумительное, Берг в сердцах махнул разбитой рукой и пошатнулся, ухватившись за изрезанную столешницу, залитую свечным воском, ромом, а теперь еще и липкой кровью. Своей, чужой? Еще одно проклятие протолкнулось сквозь крепко стиснутые зубы, и горец накренился сильней, но все же ухитрился выровняться на своем стуле. Когда понял, что ему это удалось, с явным одобрением, даже уважительно кивнул самому себе головой. Достижение то еще, особенно если учесть, сколько успел выпить к этому моменту бравый удалой пират.
Да, Гектор был чертовски пьян, и вот уж этим никого не удивишь. Трезвенники на Тиле если и водились, то предпочитали обходить таверны стороной. Трезвенниками они становились потому, что вылакали уже столько рома, что пряной хмельной отравой выжгли себе все потроха, и теперь искалеченные тела попросту не принимали огненную воду. Но уж у Берга со здоровьем всё было на зависть: крепкий и сильный, он точно знал свою меру. А еще знал, что надо ее увеличивать. Поэтому набирался каждый раз все больше и больше, пьянея все медленнее - вот как сейчас.
Рядом по столешнице перекатывалась пустая бутыль: пират сцапал ее, перевернул, вытряхнул последнюю каплю на язык, а потом швырнул обратно. Небрежное движение локтем - и тара зазвенела по полу, каким-то чудом не разбившись. Прилетела аккурат по ноге, и от неожиданности Гектор вдруг передернул плечами и заморгал, с силой потер ладонями лицо и вновь вперил остекленевший взгляд в свои костяшки на правой руке.
В уши начинали вползать привычные голоса таверны: шумы и грохот, звон бутылок, скрип колченогой мебели, пьяный хохот и девичий визг - всё как всегда. Уютом здесь не пахло - а пахло, к слову, на редкость мерзко: на кухне что-то подгорело, рыба на столах на свежую не походила... примесь пороха и рома, и железный кровавый привкус на языке. Гектор провел рукой по заросшему густой щетиной подбородку, но так и не понял, то ли сам успел получить в челюсть, то ли кровь на ладони была от того удара, не пощадившего костяшки и зубы бедолаги-спорщика. Рядом не было ни старого друга, ни даже просто собутыльника: команда "Дикого Быка" вот уже неделю как сошла на сушу, и пираты разбрелись кто куда. Как раз ему, старпому, придется собирать головорезов под алым парусом фрегата, пересчитывать все восемь десятков разбойников по головам, как скот на фйельских пастбищах, искать замену тем, кого подкосил загул на берегу и кто уж никогда не встанет с тобой бок о бок, не прикроет в абордажной схватке, потому что сам словил нож в подреберье или глотнул испорченного рома - а теперь, глядишь с Марисом тебе кости перемывает, да только и ждет с тобой встречи.
Но это все потом, когда на горизонте забрезжит отход из порта. А пока...
-...да ты не знаешь их, что ли? Ах ты ох ты, не убивайте не насилуйте, живой оставьте, верните к папке-бабке-мамке домой, - ржал один, вваливаясь в таверну, то ли таща за собой, то ли просто хватаясь для устойчивости за локоть второго. Гектор медленно поднял голову и проводил шумную компанию тяжелым взглядом. Походка моряков подсказывала, что на суше им стоять не приходилось уже не меньше месяца, и теперь земля уходила из-под привыкших к палубе ног, а те выделывали такие коленца, что не каждый плясун повторит. - Че ржешь, ты вообще видел ее? Как не успел посмотреть? Тю, друг, да до сих пор капитан вроде в трюме держит, пока сговаривается с кем-то там, куда лучше пристроить девку. Пошли, покажу тебе, раз интересно, - с этими словами оба взгромоздились за один из свободных столов и развалились так, что было ясно: никуда они в ближайшее время не пойдут. Так, языками только мелят. - Не, ну эта хоть че-то новое придумала. Батя, говорит, у меня пират! Слыхал такое? Упрямая, паршивка, капитану не далась, а тут - как завела одно и то же. Пират да пират, да что ж ты будешь делать! И говор такой у нее, знаешь, странный. Ненашенская она, а откуда - черт разберет... А? Что за пират? Да Марис разберет, какой-то, говорит, Шляк... Шмяк... Шивак... не знаю, не слыхал я имени такого. Брешет, ясное дело, и ей бы быстро рот прикрыли, но она какая-то непростая девка. Сам не видел, но вроде она Фрэнку ухо пришила к голове обратно! Ты представь! Помнишь, ему тогда же отхватили... Ну вот, взяла и приляпала, как там и было! Уж капитан договорится, не прогадает и выручит за девку побольше, он прям как на крыльях по сходням слетел. Хотя поход был, сам знаешь, тьфу... э... эээ! Какого..?!
Обломанные ногти царапнули по столешнице в попытке удержаться, когда крепкая рука сгребла болтливого пирата за воротник, заскорузлый от старого пота и морской воды, и выволокла из-за стола. Тот попытался отбрыкаться и отлягаться, но рука была крепкая. Как и грудь, в которую уперся его взгляд. Как и ноги, обычно сверкавшие коленками в клетках фйельского килта, а сейчас облаченные в просторные моряцкие штаны из парусины. Венчала все это узнаваемая голова, и обороты пришлось сбавить.
- А, Берг, ну ты и здороваешься, старик, - запыхтел пират, болтаясь перед горцем, по-дружески пихая того в грудь и выворачиваясь. Но выражение хмельных глаз старпома к беседе не располагало, и он затих.
- Где твой капитан? Потолковать с ним надо, - медленно и твердо выводя согласные чуждого ему языка, сообщил Гектор. - А бриг где? Ты на "Блуднице" теперь ходишь? Где пришвартована? У третьего причала?
Пират мог кивать головой по двум причинам: либо соглашаясь, либо поддаваясь руке Берга, что вытрясала из него ответы без лишних разговоров. Но это выяснять Гектор уже не стал: уронил болтуна обратно за стол бесформенным кулём и сам устремился прочь из таверны. Уж здесь, в Рейне, нужный бриг у причала он найдет, даже глядя на мачты сквозь пальцы.
Пока мужчина размашисто шагал к порту, сердце в клетке рёбер громыхало не тише, чем подкованные металлом сапоги. Соленый встречный гладил обветренное лицо, сдирая хмель с пирата, как корабельный повар - шкуру с мертвой туши. И точно так же пытался выдрать, вырезать из сердца, залить ромом и кровью воспоминания о тех днях, которые теперь только ранили и ничего не оставляли взамен - ни даже проблеска надежды. У каждого на Тиле за спиной была своя судьба, но собственную, пронзительно трагичную и мрачную, Гектор берёг, как только мог; держал в себе и никому не раскрывал, за парой самых редких исключений. У него была прежняя жизнь, когда он носил еще свое гордое фйельское имя, когда весь их род им гордился, когда его нежно обнимали женские руки, а дети, рожденные в краю Алых гор, подрастали на его глазах. Дети... была среди них, оставленных в рухнувшем мире, необыкновенная малышка, серьезная, темноволосая и одаренная не по годам, ведь рождена она была той самой женщиной, что до сих пор, как чувствовал сам Гектор, была защитницей его и незримой вечной спутницей.

Когда краем уха он уловил разговор матросни о какой-то необычной пленнице, слишком многое сошлось и откликнулось в его сознании, хотя ни разу прежде не помышлял он об этом. Чтобы его дочь добралась сюда, на Тиль? И искала его по старому родовому имени, которого здесь никто знать-не знает? Ведь бред же!
И всё равно глаза лихорадочно выискивали мачты "Блудницы" у причала в сумерках гаснущего дня. А когда нашли, Гектор без долгих раздумий поднялся на борт и принялся трепать размякшим от рома языком, забалтывая вахтенного до умопомрачения. Тронешься тут умом, когда после месяца в море команда сходит в порту, а ты торчишь на палубе и стережешь давно прохудившееся корыто, даром никому не сдавшееся! Поход был скверный, погода - дрянь, ветер в клочья разорвал ветхие паруса, и только одна забава за все плавание: захват какого-то суденышка да гостья, которая с него пожаловала. Молодая девчонка, не в себе, со странными какими-то идеями, но как раны латает - залюбуешься!
- Эка диковинка, вы только пришли, а я, представь, уже слышал про нее, - ухмыльнулся Гектор, уже убедившийся, что на верхней палубе больше никого, кроме двоих, нет. - Покажи, что ли, умелицу? Видишь, вот, - он протянул увесистый кулак и ткнул в нос вахтенному. - Кулак расшиб. Саднит, зараза. Если б подлечила...
- Рука! У тебя пониже кое-где зудит, Берг, а то я тебя не знаю, - расхохотался матрос, но в сторону трюма все-таки отправился. Беседа со старпомом здорово скрасила ему вахту, и не отплатить такой ерундой было бы дурно. - Только чтоб ни-ни ее, ясно? Капитан договорится, она если нетронутая, дороже выйдет.
Бормотнув что-то утвердительное, Гектор махнул рукой: дальше, мол, не ходи, а то оставишь вахту - голову снимут, и медленно спустился по лестнице, ведущей в трюм. Надсадный скрип ступеней предупреждал пленницу о визите гостя. Она и сама подала голос из-за дверной створки - сдавленный и испуганный, будто мышь пискнула. Отворив замок одолженным у вахтенного ключом, Берг сорвал его, пнул дверь ногой и помедлил, прежде чем переступить порог.
И все равно поторопился.
В ноздри ударил затхлый трюмный смрад, а в челюсть - какая-то увесистая палка. Прилетела она снизу - тот, кто нанес удар, был значительно ниже его и явно слабее, слишком слабым даже для неожиданного нападения. Сочно ругнувшись по-фйельски, Гектор резко выбил оружие из слабых рук, инстинктивно бросился вперед и ухватил вертлявое существо за что придется. Под руку попались длинные спутанные волосы - за них и дернул, одним махом усмиряя бунтующую пленницу.
- Как звать? - Рявкнул он со своим резким акцентом, обдав пленницу крепким ромовым духом. Подбородок пульсировал тупой болью, и Берг обозлился не на шутку. Сильнее дернул спутанные волосы девчонки и подтащил ее ближе к лестнице, у подножия которой стоял. Запрокинул ей голову назад и свободной рукой смахнул темные пряди с бледного лица, подставив его сумрачному свету с верхней палубы. - Кто такая?

Отредактировано Hector Berg (2017-12-26 05:47:27)

+2

4

Эйдис слышала голоса, хоть и не могла четко расслышать, о чем они говорили. Вот за дверью послышался скрип ступенек и звук приближающихся шагов. Замерев, она ждала, крепко сжимая палку.  Дверь с шумом открылась, пальцы сильнее сжали палку. Глаза, привыкшие к темноте, четко могли различить силуэт, и едва он появился внутри, то палка со всей силы устремилась снизу вверх по направлению лица. Глухой удар, а в ответ ругательства на ее родном языке. Это означало две вещи. Первая - вошедший был ее земляком. Вторая - удар не вырубил крупного мужчину. И право на что она рассчитывала лишенная почти сил из-за того, что пришлось применять свой дар и навыки врачевания, да и питания было недостаточно? Теперь был лишь один шанс: пробежать мимо громилы, оказаться на палубе и сигануть с нее в воду. Быть может, так удастся сбежать? Однако план провалился в самом его начале. Едва Эйдис попыталась проскользнуть, как ощутила, что ее за волосы дернула крепкая рука. От этого она едва не потеряла равновесие. Легкий крик вырвался из груди, так как было чертовски больно. Эйдис тут же решила перестать трепыхаться, чтобы не лишиться волос
- Эйдис, - не менее зло и одновременно испуганно ответила она на вопрос мужчины, что был явно в гневе, да еще от него разило как от напившейся свиньи.  Но к неприятным запахам она уже в трюме успела привыкнуть.
- Ай, ты мне волосы выдерешь, - провизжала она, когда крепкая рука вновь потащила за волосы. - Капитан явно не обрадуется испорченному виду, - продолжала, перебирая ногами в направлении,  куда ее тащили.  Они оказались возле лестницы. Сверху можно было ощутить свежий, на сколько он таким мог быть, морской воздух. Еще бы этот остолоп его не портил своим запахом вперемешку с ромом. В какой-то момент подумалось, что вся ее затея с поиском отца была невероятной глупостью. Не сожгли на костре, так утопят в море или еще что похуже сделают. А отец ее...неужели будет вот таким же пьянчугой грубияном по локоть в крови обычных людей?  Тем временем пират запрокинул ей голову и бесцеремонно грубыми пальцами убрал с лица пряди темных волос. Тут же на него пристально воззрилась пара голубых глаз.
- А поточнее можно вопрос? - произнесла она, пиля серьезным взглядом пирата и тоже пытаясь рассмотреть его лицо. Право. Кто она такая? - Человек. Жительница Фйеля. Ведьма в бегах. Дочь, которая ищет отца.  Нашедшая себе приключений выше макушки. Тебя какой вариант интересует? - таки ответила, решив не злить пьяного пирата, а то возьмет еще об стену приложит или еще чего похуже, с них то станется. За время этого короткого плавания она успела сделать кое-какие наблюдения.
Свобода же была совсем рядом. Можно было попытаться сбежать. Тем более, куда ударить мужчину посильнее, чтобы звезды перед глазами ближе стали, она знала. Другое дело, что сможет ли она сбежать или еще больше разозлит громилу. Решив, что пока он насторожен, не стоит делать лишних движений, Эйдис присмирела.
- Может, уже отпустишь мои волосы? Все равно бежать некуда, - вздох вырвался из груди. Чтобы она сейчас не отдала, дабы поесть мяса и помыться.  Эйдис казалось, что она сама сейчас пахнет как те тюфяки в трюме. - Отпустишь, сделаю, чтобы перестало болеть, - взгляд устремился на подбородок.

+2

5

Когда пытаешься обставить все максимально тихо, не стоит дергать за волосы девчонку. Девчонка может заверещать и многое испортить, разом перечеркнув всю твою скрытность. Хватая воинственную пленницу, Гектор об этом как-то не подумал, и ее вопли запросто могли долететь до вахтенного, если тот не успел отойти далеко. Но сейчас пирата волновало не это - в конце концов, ничего непоправимого он с этой девицей пока не сделал.
А вот она с ним - еще как.
Ее голос - звонкий от испуга, дрогнувший от причиненной боли, с таким же резким фйельским говором, как у него, - даже выдал какую-то попытку огрызнуться. С бледного лица в упор уставились светлые глаза - то ли голубые, то ли зеленые, не разобрать впотьмах, - и как на духу девчонка выдала вдруг всё, что Берг так тщательно скрывал и таил от любой живой души на Тиле. Ей будто и думать долго не пришлось: с ходу выпалила, не замешкавшись ни на мгновение. Беглая фйельская ведьма, которая ищет отца на пиратском архипелаге? А имя...
Гектор стоял незыблемо и твердо, даже выпитый ром не лишил бывалого моряка координации. Корабль пришвартован, якорь накрепко увяз в прибрежном иле. Так почему вдруг резко качнулась палуба и накренились стены?
В глазах старпома потемнело; рука непроизвольно раскрылась, и пальцы выпустили девчонку на свободу. Берг все еще стоял в низком дверном проеме и упирался в стену ладонью - не для того, чтобы помешать пленнице бежать, а для уверенности, что ставшие вдруг ватными ноги не подкосятся здесь же, прямо сейчас. От хмеля Гектор оправлялся быстро, от потрясений - хуже, но мысли, всколыхнувшись в его сознании, все-таки расшевелились и метнулись в сторону недоверчивого подозрения. И чем больше крепло это чувство, тем более темная, мрачная тень наползала на лицо горца. Кому это нужно? Зачем? Подстраивать его встречу с какой-то девкой, пусть даже и фйельской, которая станет выдавать себя за его дочь? "Эйдис" - это имя не назовешь частым, да и совпадений таких не бывает - прямиком из края Алых Гор девчонка попала сюда, разыскивая отца? Тот, кто подстроил этот фарс, знал не только историю, которую Гектор тщательно держал в тайне, но и ухитрился достать откуда-то эту вот пигалицу, и вообще... откуда было знать, что он уловит тот разговор в таверне? взойдет на борт "Блудницы" и заглянет в трюм? Вероятность разыграть это складно, будто по писанному заранее, была еще меньше, чем вероятность того, что всё это правда: и разговор услышал случайно, и здесь оказался, и девчонка эта! Откуда знает? Что с настоящей Эйдис? С Альдис? Они сами кому-то рассказали о нем? Добровольно?
Гектор моргнул, на миг крепко зажмурился и снова распахнул глаза, пытаясь приучить их к полумраку, чтобы четче разглядеть лицо девицы, пока оно бледным пятном плыло где-то между волнами длинных темных волос.
- А как зовут отца? - Вдруг перейдя на фйельский, осведомился Берг, и на его лице вдруг расплылась не предвещающая доброго улыбка. Он знал, что услышит собственное родовое имя - недаром болтун в таверне всё пробовал припомнить фамилию на "Ш...". Попытка сторговать свободу на лечение разбитого подбородка провалилась: девчонка и так уже была выпущена из цепкой хватки, а след от удара Берга не волновал. В отличие от шагов за спиной: теряя девчонку из вида, он круто развернулся, и из-за неплотно прикрытой двери донеслось:
- Че она у тебя там орёт? Обещал же не трогать, Берг, ну ты и...
Вахтенный дернул дверь на себя, Гектор шагнул назад, случайно наступил на вертлявую девчонку и машинально пихнул ее за себя, чтобы не мешалась под ногами. Загородил спиной от вновь вошедшего и, в упор глядя на матроса, по-звериному осклабился. Тот, ожидавший совсем другую картину - как Берг задирает визжащей девице платье, - слегка опешил. Слишком уж разителен контраст между недавним дружелюбием старпома и этим оскалом.
- Где взяли девку, гнида? Откуда привезли, в зад тебе бизань? С кем она плыла? - Рыкнул фйелец, больше не медля, хватая вахтенного за грудки. Гектор был сильнее, но матрос с "Блудницы" - трезвее, поэтому успел отреагировать и крепко двинуть Бергу кулаком под дых. Зря! Хрустнув зубами, тот вскинул голову, резко выхватил короткий кинжал и с размаху вогнал его под ребра моряка по самую рукоять. Рука не дрогнула, и даже глазом не моргнул: только в упор смотрел на дергающееся в краткой агонии тело, пока то не обмякло, и вахтенный с последним хрипом, булькая и клокоча, не рухнул здесь же, в дверном проёме.
Первая кровь раззадорила пирата, как акулу: бешено вращая глазами, он обернулся к девчонке лицом. Больше оставлять ее у себя за спиной он не собирался. Могла же она быть с командой "Блудницы" и с этим вот матросом заодно? Легко! Предстояло выяснить, кто она на самом деле и какого дьявола решила водить его за нос, при этом наступая на самое больное.
- Пойдёшь со мной. Шевелись, - отрывисто бросил Гектор, обращаясь к девчонке так же по-фйельски. В дверном проеме широкоплечему горцу и так было тесно; он с яростью пнул сапогом занявшую проем обмякшую тушу, пригнулся и вылез из трюма назад, на лестницу, не сводя взгляда со светлого пятна, которое было лицом девчонки.

+2

6

Наконец-то ее волосы оказались на свободе. Эйдис  подушечками пальцев помассировала голову там, где осталась ноющая боль, не сводя глаз с пирата. Взгляд устремился на дверной проем, который преградил громила. Она уже думала пробежать мимо, но вопрос на родном языке ее остановил. А что если вдруг этот пират знает ее отца? Чем Боги не шутят.
- Ньйалл Шиберг, - так же на чистом фйельском без акцентов ответила Эйдис, пристально вглядываясь в лицо пирата, пытаясь, словно без слов узнать известно ли ему это имя. Однако это короткое подобие разговора было прервано голосом другого пирата. То, что произошло дальше, было слишком быстро, слишком неожиданно для нее. Вот громила наступает ей на ногу, и Эйдис чуть вскрикивает. Вот она уже за спиной у громилы. А вот уже два пирата сходятся в схватке, и в следующий момент она слышит, а, может, ей чудится звук, словно что-то острое вошло в мешок. Хрип, запах крови и вот уже безжизненное тело падает на пол. Эйдис рукой прикрыла рот, чтобы не закричать. Такая глупая и совершенно напрасная смерть. Она не могла до сих по понять, почему люди так не ценят жизнь свою и чужую? Ведь это высшее благо данное им богами. Как могут они, так скверно и непочтительно относится к дару. Для нее как для целителя жизнь имела наивысшее значение. Ее взгляд устремился на безжизненное лицо, на глаза ставшие стеклянными, что еще мгновение назад искрились жизнью. Одно уже уяснила Эйдис: пираты ценят жизнь меньше даже грязи под ногами, раз так легко ее забирают и отдают.
- Зачем? - только едва слышно произнесла она. Мужчина стоявший сейчас рядом являл собой для нее образ чудовища. Хотя даже у любого чудовища есть что-то хорошее. Возможно, он ей сейчас таким образом спас жизнь, а возможно лишь приблизил смерть.  Из раздумий и некоего транса, в который впала Эйдис, ее вывел уже знакомый грубый голос и родная речь.  Взгляд голубых глаз перешел на громилу. Сейчас было важно одно решить для себя. Пойти с ним или бежать?  Оставаться один на один с пиратом казалось просто безумием. "Соберись, Эйдис, главное выйти из узкого пространства", - шептал внутренний голос. Бежать? Но куда? У нее забрали деньги, забрали меч, подаренный дядюшкой. Остаться одной среди злобных пиратов без возможности защитить себя? Но оставаться рядом с тем, кто так легко отнимает жизнь, тоже казалось безумием. Сейчас она понимала, насколько глупа была ее идея отправиться искать пирата. Лучше бы ей затеряться в лесах Фйеля или осесть в какой-нибудь деревеньки Орллеи, скрывая свой дар. Все казалось благоразумнее, чем то, что сделала она.   
- Иду, - коротко и словно немного обреченно кивнула Эйдис, решив, что при первой удобной возможности убежит.  - Так ты знаешь Ньйалла Шиберга? - поинтересовалась Манро. А ведь у нее могла бы быть другая жизнь. Она могла бы носить другую фамилию, впрочем, сие было скорее фантазией, чем реальностью. Они оказались на палубе. Большая свобода, огромное море. Один ответ мог многое решить. Если он не знал ее отца, то за борт и уплыть, хотя бы попытаться. Если же знал, то предстояло терпеть сие скверное общество. А звезды на Тиле казались ярче, и шум воды бьющейся о корму корабля в темноте даже как-то мог бы умиротворить, если бы не опасное общество. Она остановилась, ожидая ответа. Словно говоря, что пока пират не  скажет ей, знает или нет, она с места не сдвинется. Глаза все же с опаской смотрели на громилу, который взялся не известно откуда.

+2

7

Как ни рисуй разные флаги, ни придумывай неповторимое имя для своего корабля, а распорядок на каждом пиратском судне все равно останется неизменным. Если только не выбьется в капитаны какой-нибудь чудак, у которого команда будет по возвращении в порт по-крысиному тихо сидеть в трюме или чинно по одиночке спускаться по сходням. Нет, пират, вернувшийся из похода - вольный пират! И тут уже капитан не указ, когда с грохотом скатываешься на пристань и едва переставляешь обмякшие, заплетающиеся после многодневной качки ноги, но с упорством пробираешься по портовым переулкам к ближайшему борделю, таверне, а то и в оба места сразу.
Поэтому на верхней палубе "Блудницы" так никто больше не показался - и не должен был, как подсказывало Гектору знание судовых распорядков. Один-единственный вахтенный мертвым лежал в дверном проёме, и густая темная кровь вытекала из его раны толчками, заливая потемневшие от влаги доски багровой липкой лужей.
Пленница медлила перед тем, как переступить через тушу и оказаться рядом с Гектором. Он запоздало подумал, что девчонка могла впервые видеть сцену такой короткой и кровавой расправы, но ничего похожего на раскаяние не испытал. Он вытащил ее из трюма, а не сделай он этого, сколько бы ей там еще сидеть? И что было бы с ней потом? Хотя, ответа на последний вопрос он и сам не знал. Куда теперь девать девчонку - решать придется по мере развития событий.
Зависит от того, сколько она знает.
Вот его собственное фйельское имя - знает, как видно. Как он и предполагал. Подготовили паршивку.
Не успел старпом рявкнуть, чтобы девчонка поторапливалась, как она показалась из трюма: темноволосая, худощавая, взъерошенная, она с непривычки щурилась на тусклый свет наступающих сумерек и выглядела совсем растерянной. Но быстро справилась с изменившейся обстановкой, и ее вопрос прозвучал как-то даже деловито. И упрямо. Берг ухмыльнулся - ему это понравилось. И согласно тряхнул головой.
- Ньйалла Шиберга знаю, как не знать. Лучше, чем ты можешь себе представить. Столько лет вместе, ты и не угадаешь нипочем, - говорить по-фйельски было приятно, и горец стал на удивление словоохотливым. Сперва слова подбирались нехотя, после заминок и размышлений (еще и из-за клубящегося в сознании хмеля), но чем больше он говорил, тем легче было возвращаться к родной речи. - Черт дери, только ради того, чтобы поговорить на фйельском, стоило вытащить тебя из трюма, чудилка! - Придумав обращение к пленнице, он коротко хохотнул, а потом быстро протянул руку и цепко ухватил девчонку повыше локтя. Теперь не вывернется и не убежит, а после берговской расправы над вахтенным еще и дважды подумает, прежде чем наброситься на своего провожатого.
Уже не оглядываясь по сторонам, полностью уверенный в своей неуязвимости, старпом зашагал к сходням, чтобы спуститься с палубы "Блудницы" и вместе с девчонкой затеряться среди разношерстной тильской толпы.
Перед тем, как ступить на берег, он всё-таки предупредил ее:
- Смотри мне, начнешь орать и вырываться - еще хуже беду на себя накличешь. Я - не самый твой страшный кошмар на этом острове, поняла? Меня только злить не надо. А так не обижу, - последнюю фразу он добавил неохотно, но это всё же было правдой. Бить или насиловать мелкую девчонку вроде этой Гектор считал ниже собственного достоинства и чести - а честь, к слову, имеется даже у пирата. Но каждый первый прохожий из тех, что встречаются в сумерках на Тиле, от такой удачи не откажется. И девчонке следовало бы иметь это в виду, если собиралась удрать.
И все-таки рукой она иногда дергала, будто проверяла, крепко ли ее держат. Гектор усмехнулся. Как заставить чудачку присмиреть? Рассказать побольше о том, что ей хочется знать. А уж потом, как доберутся до одного укромного местечка, расспросить ее как следует, кто она такая, откуда прибыла и зачем полезла в его, Берга, давно оставленную жизнь.
- Ньйалл Шиберг добрый малый, да только ходит у меня в должниках, - доверительно сообщил пират, проталкиваясь сквозь толпу матросни, которая только что выгрузилась с пришвартованного здесь же старого шлюпа. Пленницу он поддернул поближе к своей груди и теперь крепко держал обеими руками за плечи, ведя впереди себя и проталкивая между запашистыми телами пьяных моряков, месяцами не бывавших на суше. - Задолжал мне много, уж не расплатится. Целую жизнь задолжал, представляешь? Да, было дело. Но я и сам многим ему обязан. Мы земляки, как ты уж поняла. А сама ты откуда будешь? Знаешь замок Лэммлах-Каэр? - Неожиданно для самого себя спросил Гектор, а потом резко осекся, соображая, как с губ вдруг сорвалось название собственного родового владения. Но отступать было поздно, и он не стал больше ничего добавлять. Справа кто-то громко ойкнул и посторонился: локоть Берга решительно ткнулся под бок и убрал с дороги прохожего, застрявшего между пристанью и узкой кривой улочкой, ведущей в лабиринты Рейна. Зловонная и грязная, зато безлюдная. Там можно было отпустить одно плечо девчонки и опять пойти вперед, утягивая ее за собой.
- Давай, рассказывай, пока идём. Как будем на месте, другие вопросы найдутся, - выразительно пообещал Гектор, обернувшись и глянув на пленницу чуть внимательнее, чем прежде.

+2

8

Знал? Он знал ее отца! Неужели ей хоть так и странно, но повезло? Эйдис даже немного чуть облегченно вздохнула. Мог ли он обмануть? Мог. Только зачем? Заманить в ловушку? Но с его силищей он ее может закинуть на плечо и утащить, куда ему вздумается.
- Тогда мне определенно повезло, что я тебя встретила, - говорить на родном фйельском было легко и приятно.  Чудилка? Так ее еще определенно не называли. Хотя это было не самым плохим обращением. Пусть хоть бревном назовет, главное к отцу приведет. Быть может, все оказалось не так уж и плохо. Мысли об убитом, она постаралась выкинуть из головы хотя бы на время.  В любом случае, если вдруг что-то пойдет не так, она может сбежать. Словно прочитав ее мысли о возможном побеге, пират цепко ухватил руку повыше локтя.  Она пару раз дернула, словно проверяя, насколько крепка хватка.
- Если к отцу отведешь, зачем мне вырываться? - ответила чудилка, как ее недавно окрестили. Голубые глаза, которые в темноте казались почти черными, оценивающе осмотрели пирата с ног до головы, словно пытаясь понять, какие же тогда те, кто хуже. Здраво рассудив, что он не пытается ее прибить, не лезет под юбку, учитывая, что мог бы, решила пока остаться с этим спутником. К тому же что-то внутри словно подталкивало ее поверить пирату. В, конечном счете, он ведь даже сейчас ее спасает.  "Будем решать проблемы по мере их поступления", - сделала умозаключение Эйдис и потопала за пиратом, решив не злить. Хотя других вариантов у нее и не было.
Пират, однако, разболтался, что было тоже не плохо. Так она узнала, что отец ее в должниках и это насторожило, так что она еще пару раз дернула рукой, но хватка была все так же сильна. Впрочем, как оказалось и пират ему должен,  это уже успокоило. Пока они шли, пират болтал, Эйдис умудрялась слушать и с любопытством смотреть по сторонам.  Тиль. Место куда она стремилась. Запахи здесь были отменно ужасными, люди отменно пьяными, а улицы отменно грязными. И все-таки вновь чувствовать твердую землю под ногами было замечательно.  И что-то неуловимое витало в воздухе среди вони, возможно, так пахла свобода. По крайней мере, на костер ее тут не потащат, как она слышала. Хотя спокойно могу прирезать в темном переулке. И все же даже сейчас она ощущала себя спокойнее, чем в родном Фйеле. Правда вот то, что ее будут использовать как таран, проталкиваясь между потными, грязными телами, она не ожидала и слегка поморщила носик. 
Из всей болтовни пирата слух резануло знакомое название. Эйдис чуть обернулась и прищурилась.
- Знаю, как же не знать его.  Родовой замок Шибергов, - тем более та история, что брат убил брата, была на слуху. Эйдис тогда не знала, что один из участников той истории был ее отцом.  - Эйдис Манро,  ле... - осеклась ведьма, едва не представившись привычно. Но она уже не леди, а ведьма в изгнании. - из Балиона, что недалеко от Третьего перевала. Дочь Альдис, если знаком с моим отцом, быть может, слышал. А вообще ведьма в изгнании. Знаешь во Фйеле сейчас совсем не спокойно. Костры пылают, люди умирают, - она горько усмехнулась. - Такие как я не в почете, а тут я слышала посвободнее и терпимее нравы. Вот решила, что пора папули отцовский долг исполнить и так пятнадцать лет прохлаждается, - выразитель обвила взглядом девиц, что вывались из таверны в обнимку с пиратами.
Улицы стали свободнее, и пират решил, что теперь таран в виде мелкой ведьмы ему не нужен.
- Куда ты меня ведешь? И что еще за вопросы? - Эйдис притормозила. Разболталась глупая, а что если этот ее сейчас уволочет куда, прибьет или продаст кому?

+2

9

Проход между домами сузился настолько, что Берг едва не цеплял стены своими плечами. Пришлось повернуться полубоком, но шага он не сбавил и ни на секунду не ослабил хватку - девчонка всё ещё пыталась выкрутиться и извернуться, хоть уже и не так настырно. Приглядевшись к колоритным прохожим и к сброду на пристани, она, видимо, осознала, что ее провожатый - и правда не самый худший вариант. За наблюдательность и способность делать логичные выводы оставалось её только похвалить. Если девчонка в самом деле только что прибыла из Фйеля и впервые оказалась на пиратском острове, то впечатлений у неё тут целая куча. Да каких ярких! В сине-зелёных оттенках опухших с похмелья моряцких рож и в кровавых отблесках их воспаленных глаз, цепко следящих за каждой юбкой, что промелькнёт перед носом. Ещё раз повезло: избалованный и всегда по высшему разряду обласканный женским вниманием, Гектор на таких пигалиц как она с определенными намерениями даже не смотрел.
- Кракен разберёт, зачем тебе вырываться. Вырываешься же какого-то черта! - Мозолистые пальцы сильнее стиснули её плечо. Перед тем, как выдать эту фразу, Берг задумался, но подходящего перевода для "кракена" во фйельском так и не подобрал, сказал по-хельмовски. Но следующие слова чудачки заставили забыть о языковых различиях: она обернулась, вперившись в него своими глазищами, и на пару секунд старпом опять утратил дар речи. Хлюпающая грязью земля чуть было не ушла из-под ног, но плечи плотно упирались в стены, и горец быстро взял себя в руки, пока пропихивал спутницу в очередной узкий лаз между домами. Если она была такой ценной диковинкой, что даже в тавернах поговаривают про сокровище в трюме "Блудницы", то на глаза лишний раз лучше никому не попадаться. Поэтому и в таверну тоже путь заказан - приметят там с девчонкой, и молва быстро разнесёт весть о похищении добычи прямо из нутра пришвартованного в порту корабля. Поэтому Гектор держал путь в одно надёжное место, где точно придержат язык за зубами, но девчонке говорить об этом пока не собирался.
- Слышал про неё, как иначе, - отозвался он наконец, сумев равнодушно отреагировать на имя давно оставленной любимой женщины. - И ты сама, значит, ведьма? Колдовать умеешь? Придётся это доказать, - мысль о том, что кто-то намеренно отыскал фйельскую девчонку и притащил её на Тиль, чтобы обдурить его, Берга, казалась всё менее правдоподобной. Кому это может пригодиться? Но поверить в то, что вот эта темноволосая чудилка - и есть его кровная дочь Эйдис, которую он четырнадцать лет назад держал на руках и укладывал спать в стенах твердыни Балион, было ещё сложнее. Невозможно. И до поры-до времени Гектор запретил себе в это верить. Он превосходно помнил исцеляющие прикосновения ладоней годовалой дочери - а сможет ли эта самозванка повторить тот трюк? Первым делом надо будет это проверить. - Во Фйеле разучились чтить старых богов, это я помню, - мрачно отозвался старпом, подталкивая девчонку вперёд: они завернули за угол и оказались перед двухэтажным старым домом. На втором этаже ставни были накрепко заколочены, зато дверь гостеприимно распахнута, а в одном из окон первого этажа отчётливо угадывались тени посетителей. - И что там твоя мать, ведьма? Борется с паршивыми церковниками как дикая волчица? - Если Альдис вообще ещё жива. Гектор слишком хорошо знал, как преданна жрица своему культу, и не сомневался в том, что она не испугается ни пламени костра, ни казни, если решит, что так распорядились боги. От этих мыслей пират помрачнел ещё больше.
- Шевелись давай, шагай вперёд. Найди первую свободную комнату вверх по лестнице и жди меня, - не дожидаясь ответа, он еще раз толкнул девчонку и следом сам переступил порог борделя.
Да, привёл он её именно в бордель.
Комнаты для посетителей - те самые, с закрытыми ставнями - располагались на втором этаже. Берг пихнул свою спутницу на лестницу, пока ее не успела толком разглядеть бордель-маман, уже спешащая к нему навстречу с распростёртыми объятьями.
- Явился! Ну и новость! Девочки по тебе затосковали, подлый ты чертяка, - щебетала она, увиваясь вокруг, пока Гектор развязывал кошель на своем поясе. - Кого сегодня осчастливишь?
- Никого кроме тебя, Азара, - заверил он, всовывая в цепкую ладошку проститутки две монеты. - Я сегодня уже с компанией. Пожрать только дай, а то ноги не дотащу до кровати.
Отказавшись от помощи чересчур услужливой старой подруги, старпом сам подхватил плошку рыбной похлёбки, тарелку с хлебом и копченым сыром, зажал подмышкой кувшин щедро разбавленного водой рома и принялся подниматься на второй этаж под скрип ступеней и томные стоны из-за неплотно прикрытых дверей. В портовом городе в борделях не бывает ни выходных, ни часов без клиентов - моряки ценят каждую минуту, пока они на суше. И из солидарности друг друга тут беспокоить не станут - а значит, девчонка не попадётся никому на глаза раньше времени, пока Гектор сам не поймёт, врёт она или нет. И если врёт, то зачем и для кого.
- Эй, чудилка, - вполголоса по-фйельски окликнул он, замерев у первой двери. - Ты здесь? Я еды принёс, открывай.

+2

10

Они шли все дальше, становилось менее людно, улочки сужались, так что пирату пришлось идти боком, но для хрупкой Эйдис было еще достаточно места. Пират произнес "кракен" на хельмовском и Эйдис попыталась вспомнить, что это слово значить. "Кракен разберет", - это очередное ругательство, которое она слышала от пиратов, решила запомнить, вдруг сгодиться когда-нибудь. 
- Умею, - в глазах мелькнули смешинки, и она кивнула на челюсть, - предлагала же исцелить. Впрочем, мы можем повторить.
Странно это было, что незнакомец так спокойно громко говорил о ведьмах. Не боялся, не озирался. Во Фйеле о таком не говорят, о таком едва шепчут, опасаясь за свою жизнь. Там полыхают костры, а тут мельтешат лишь пьяные лица. Неужели она действительно сможет жить не опасаясь, что ее потащат на костер? Даже перспектива, что тебя по пьяни прибьют, беспокоила меньше, чем костер, который был ей уготован дома. Оставалось лишь найти отца, обустроить тут жизнь. Возможно, когда-нибудь и мама с братьями приедут к ней.
- Жрица, - кивнула Эйдис, поправляя пирата, -  как орлица яростная, я бы сказала. Матушка да, она старается помочь таки как мы, борется. Только трудно бороться с теми, кто слышит лишь самих себя.  Жриц, правда, пока не трогают, но надолго ли, -  ведьма печально вздохнула. Это верно, чем дальше, тем меньше людей чтили старых богов, отдаваясь новому пришлому богу. Этот пришлый требует себе непомерных богатств, когда для их богов алтарем были сама природа, и они не требовали злата в замен.  Впрочем, Эйдис всегда считала, что каждый волен сам выбирать себе богов. Жаль, что петерианцы были столь нетерпимы.
Тем временем они, кажется, пришли туда, куда вел ее пират. Двухэтажный старый дом с заколоченными окнами на втором этаже. Он не внушал доверия, хотя на первом этаже было оживленно. Сильная рука затолкнул ее вперед. Пред взором предстали все те же пьяные пираты, полураздетые девицы, вид которых заставил бы покраснеть самих богов.  Эйдис поспешила на второй этаж, который встретил ее протяжным стоном, легким стуком. "Что это за место? Куда он меня притащил?" - думала она, уже догадываясь, куда попала. Раздетые девицы, пьяные мужики, лапающие их. Нет-нет это не пир в замке, это бордель на Тиле.
Ступеньки поскрипывали под ногами, а Эйдис уже думала, что зря она шла с пиратом. Мало ли сейчас продаст ее прям в бордель, или еще чего сделает. Она озиралась по сторонам, ища пути отступления. Как печально, что подаренный миниатюрный меч остался на корабле. На втором этаже был длинный коридор с множеством дверей. "И как я должна определить, где тут свободная комната? В каждую заглядывать. А если я там увижу то, после чего всю жизнь спать не смогу?" - с такими мыслями ведьма подошла к первой двери. Однако тут же решила идти дальше, когда услышала: "О Бетси...Бетси...так крошка...быстрее". Эйдис ощущала как начинает краснеть, а уж когда из другой комнаты на нее буквально вывалился пират, который был в чем мать родила. Она сразу уставилась на потолок и залилась краской. Постаралась проскользнуть мимо.   К очередной  двери ведьма уже подходила с опаской. Прислушалась. После этого чуть приоткрыла и заглянула. На удивление комната оказалась пуста. Туда она быстро шмыгнула и прикрыла дверь.   Комната была не слишком просторной. Главным атрибутом была большая кровать. Возле закрытого окна стоял стояли пара стульев. Тут же был небольшой облезлый комод. В дальнем углу виднелся горшок.  Эйди огляделась по сторонам. "Что же я делаю...а если...куда мне бежать?" - подошла к окну попыталась открыть ставни, но те были заколочены. Идти обратно было небезопасно тем, что она могла столкнуться с тем самым пиратом, который ее сюда привел. Да и хотелось узнать об отце. Только почему он сразу не рассказал, а притащил сюда.  Взгляд еще раз наткнулся на стол, на котором стоял кувшин. На весь оказался довольно тяжелым. Идея пришла в голову сама по себе. Только вот реализовать ее не получилось. В этот самый момент в комнату ввалился пират, который едва держался на ногах
- Моли...я тебя искал, - еле ворочая языком произнес она, направляясь к Эйдис пьяной походкой, словно шел по палубе корабля, попавшего в шторм.
- Ты ошибся...иди куда шел, - испугано, но постаравшись говорить увереннее произнесла ведьма
- Малявка...новенькая что ли? Не учили, как с клиентами общаться? - грозно произнес бочонок рома. Эйдис решила, что пора бежать, только ее побег остановила на удивление крепкая хватка. Пират ухватил ее за волосы, так что она едва удержалась на ногах. - Сейчас научу!
- Отпусти! - громко закричала Эйдис, когда пират уже с силой швырнул ее на кровать и, не удержавшись, повалился рядом, тяжело дыша

+2

11

Гектора в тильских борделях любили. Страстно, горячо, во всех смыслах и позах. В сравнении с тем сбродом, что болтался на палубах пиратских кораблей к моменту их долгожданного захода в порт, старпом "Дикого быка" всегда выгодно отличался от подавляющего большинства, а уж местные девицы знали толк в моряках. Были в Рейне местечки и отдельные особы, которые готовы были с удовольствием обслужить фйельца даже не за плату, хотя он всегда великодушно оставлял прелестницам пару монет. Поэтому в таких притонах Гектор не был новичком. Но все эти звуки, голоса, стоны, вскрики, приглушенный хмельной хохот и даже запах спёртого воздуха и вспотевших немытых тел наверняка были в новинку для фйельской девчонки, которую он сюда привёл. Хоть корабль, с которого он её вызволил, и носит шаловливое название "Блудница", сама молодая ведьма никак не была похожа на проститутку. Не из-за возраста - иногда здесь, на Тиле, труженицы начинали и раньше. А из-за диковатого взгляда, которым она шарила по рейнским улицам, и отсутствия особого восторга, когда провожатый перетащил её через порог борделя.
Что ж, девчонка теперь на вольных островах. И ей многое предстоит узнать.
Гектор ухмыльнулся. Будь самозванка той, за кого она себя выдаёт - непрошенная мысль закралась в голову старпома с каким-то тусклым проблеском надежды, - ему бы следовало показать ей другую сторону жизни. Но у моряцкой жизни на Тиле другой стороны нет, она вся как на ладони. И придётся его находке из корабельного трюма как-то с этим мириться, пока она рядом с ним.
- Я долго ждать буду? - Начиная раздражаться (а в этом он всегда был скор), Берг от души пнул дверь. Кривая створка отошла от косяка, и взгляду открылся тёмный чулан, в котором копошились сплетённые в клубок тела. Слегка опешив и успев подумать, что девчонка-недотрога быстро нашла, чем скоротать ожидание, Гектор отступил на шаг назад и только сейчас услышал истошный вопль с другой стороны коридора.
Вот это больше похоже на правду!
Крики доносились из-за неплотно прикрытой двери - подцепив её ногой, всё ещё не особо суетясь и торопясь, Гектор протиснулся в тесную комнатушку, пристроил плошку с супом на комод, туда же водрузил кувшин с разбавленным ромом и лишь потом уставился на вялое грузное тело, копошащееся на кровати. Пират был пьян до беспамятства и мычал что-то нечленораздельное, но руки его свое дело знали твёрдо - шарили по тощим ногам девчонки и комкали в пальцах подол её платья. Массивное тело пыталось повернуться и прижать пигалицу к засаленной лежанке, но координация и хмель подводили рискового героя.
- Поспешил, пррриятель, - вполне миролюбиво рыкнул Берг, хватая пирата за шиворот и встряхивая одной рукой, а вторую по-хозяйски располагая у него на лбу, впиваясь твердыми пальцами в брови и резко оттягивая его голову назад. От неожиданности тот замахал руками, захрипел и свалился с кровати, потеряв остатки равновесия. Пара внушительных ударов окованного железом моряцкого сапога старпома завершила церемонию знакомства. Выволакивая отчаянно бранящееся грузное тело в коридор, Гектор легко, почти играючи перехватил кулак, полетевший в сторону его живота, и заломил запястье пирата так, что тот заорал едва не громче девчонки.
- Я первый её нашел. Понял, а? Сперва я с ней пообщаюсь, ну а потом уж ты, если захочешь. И если я против не буду. Но лучше бы тебе не возвращаться, - подведя итог философским напутствием, старпом от души пнул пирата в зад, и шаткая конструкция полетела вниз по ступеням, застряв и громко взвыв где-то на середине узкой лестницы.
Да, этот поединок дался Бергу куда легче, чем предыдущий, в трюме "Блудницы". После прогулки по улице и встряски новостями из родного северного края хмель основательно выветрился из его головы, и сознание прояснилось, а руки обрели прежнюю твердость, точность и силу. Уверенно чеканя шаг под скрип старого пола и звуки борделя Гектор вернулся в комнату, где оставил девчонку, и проверил, чтобы на этот раз дверная створка закрылась плотно.
- Чего замерла? Живая? Руки-ноги целы? - Он щелкнул пальцами перед носом у бледной фйельки, ухмыльнулся, когда та моргнула, и сунул ей в руки плошку с рыбной похлебкой, которая успела слегка остыть. - Привыкай, здесь это норма. И если не умеешь постоять за себя, - старпом развёл руками, оставляя конец фразы на волю её воображения. Когда ты - женщина на Тиле, то или учись драться и защищать свою честь, или расслабляйся и получай удовольствие в любой непонятной ситуации.
Берг похлопал по карманам, выудил взятую у Азары оплывшую свечу, поставил ее на комод и чиркнул огнивом, поджигая фитиль. По стенам заплясали огненные отблески, развеявшие унылый серый полумрак. Гектор потянулся за кувшином, сделал изрядный глоток разбавленного водой рома и поморщился.
- Они три капли туда добавили что ли, черти? Младенцам и тем больше дают, чтоб не орали.
Кувшин тоже толкнулся девчонке в руку, а сам фйелец выпрямился, потянулся и прошёл к стульям у закрытого ставнями окна. Там он пристроился сразу на двух, закинув на спинку одного руку, а на сидушку второго - ноги, и задумчиво провёл пальцем по своим усам.
- Орлица, значит, угу, - пробубнил он себе под нос, разглядывая девчонку. Рука потянулась к сыру, он сунул в рот кусок и машинально проглотил, не жуя. Мысли были заняты другим. - Всё так, это точно про неё. А отца своего ты совсем не помнишь? Вообще ничуть? Мало ли, жизнь на Тиле иногда сильно меняет, знаешь, - настоящая Эйдис из Балиона была всего лишь годовалым ребенком, когда состоялась её единственная встреча с отцом, но кто разберёт этих ведьм? - Да ешь ты спокойно, - Гектор ухмыльнулся, глядя, как девчонка едва не опрокинула на себя плошку с остатками похлёбки. - Уж не отниму.

+2

12

Помощь не особо спешила, даже в лице знакомого пирата, образ которого она разглядела в дверном проеме. Пока один не спеша расставлял чашки на столе, другой, кряхтя и посапывая, пытался залезть к Эйдис под юбки, но та брыкалась и  пыталась выбраться, в какой раз пожалев, что ее меч остался на корабле. Через какое-то время пират таки решил помочь. Грузная тушка оказалась на пору, недовольно ругаясь, а в следующий момент оказалась за дверью. Пока пират номер один спускал с лестницы пирата номер два, Эйдис села на кровати и поправила платье или то, что когда-то им было после всех злоключений.  Слова же в испуганном сознании звучали как колокол:  "Сперва я пообщаюсь, потом ты".  Она сидела не моргая, ощущая, что вонь от пирата, словно до сих пор была в комнате.  Только щелчок пальцев ввел из некоего подобия транса.
- А ты не особо спешил, - прокомментировала чудилка, глядя на чашку с похлебкой. - Я умею, - чуть привздернула носик. Конечно, умеет, или этот пират думает, что она совсем беззащитная. - Только меч остался на корабле, - чуть смутившись, добавила, вроде как я могу, но нечем. А запах похлебки, что хоть и не была верхом кулинарного искусства, манил. Голодный живот предательски заурчал. Тем временем, комнату осветило слабое пламя свечи. Эйдис поднесла похлебку к губам и не без удовольствия ощутила, как теплая жидкость наполняет живот. Так что увлеченная едой, словно ее вот-вот заберут, ведьма ответила не сразу.
- Я его видела, когда мне год-то был, - отставляя, пустую тарелку, вздохнула Манро. Теперь уже сытым взглядом, в относительной тишине, если не считать стонов, что слышались то тут то там, обвела убогую комнатку. Не весть что да и ладно. В своих скитаниях от Фйеля до Тиля ей иногда даже в свинарнике приходилось ночевать. Но жить захочешь и не на такое пойдешь.  Замок, красивые наряды, бочка с теплой водой, в конечном счете - все казалось каким-то далеким. Было ощущение, что то являлось лишь сном, а сейчас она очнулась. Очнулась и до сих пор не понимает, в каком мире живет. - Я помню лишь  расплывчатый образ...и улыбку и то смутно, - честно призналась Эйдис. Помнила она и другое, то ощущение теплоты, что испытывала, когда отец поднимал ее на руки.  Но зачем этот пират так у нее все выпытывает? Почему сразу не отвел к отцу? Голубые глаза чуть прищурились с недоверием.
- А тебя как звать? - только что поняла, что даже и не знает, как пирата зовут, с которым она тут ходит. - И зачем ты меня сюда привел? Почему сразу к отцу не отведешь? Ты его хоть знаешь? - начала засыпать вопросами пирата.  Она поднялась с кровати. Что делать? С одной стороны, этот пират пока ничего плохого ей не сделал, но то пока. Пусть она и чувствует себя рядом с ним в относительной безопасности, но стоило вспомнить, как он легко расправился со своим дружком на корабле. Что стоит ему свернуть ей шею, продать в этот же бордель, например.  С другой стороны,  и оказаться на улице совершенно одной было страшно, вспоминая, те пьяные лица, что она видела. И все же Эйдис решила взять быка за рога.
- Ты или сейчас отведешь меня к отцу, если знаешь где он, или я прямо вот сейчас ухожу отсюда, - как бы подтверждая свои намерения, она даже немного топнула ножкой. Что ж в любом случае сейчас станут ясны намерения пирата. Было интересно, какой же ее отец. Похожий на этого пирата, или похожий на тех пьянчуг с улицы, а может она вообще уже и не узнает какой он. Эйдис демонстративно подошла к двери и остановилась возле нее, как бы говоря "или отвечаешь или я ухожу". А сердце тем временем начало учащенно биться. Но неведение все равно было хуже. Пусть уж лучше сейчас он или повалит ее на эту жуткую кровать, или продаст, или прибьет. В любом случае она хотя бы будет знать, как реагировать. Но лучше бы, конечно, если бы он отвел ее к отцу. Это было б идеально.

+1

13

- Куда спешить? Он же тебя не убивал. Да и не убил бы при желании - сам на ногах не стоял. Ну, помял немного, что ж теперь, - отправляя в рот второй кусок сыра, Гектор окинул беглым взглядом смятый подол запыленного платья фйельской гостьи и пожал плечами. - От этого никто на моей памяти ещё не умирал.
Хоть старпом и негодовал насчет крепости (точнее, слабости) рома, рука сама ещё раз потянулась за кувшином. Он сделал два внушительных глотка и мотнул головой, коротко зажмурив глаза и снова их открыв.
- Даже с мечом управляешься? Ишь ты, какая воительница, - Берг беззлобно ухмыльнулся и опять пригубил из кувшина, благополучно забыв, что добыл питьё для своей спутницы. Девчонка казалась ему интересной и по-своему забавной: очутившись черт знает где, на чужой земле, в притоне, где среди бела дня тебя норовят пристукнуть или изнасиловать, ещё умудряется бодриться, хорохориться и заявлять о себе так, будто невесть какая важная персона пожаловала на Тиль. - Я прямо в ужасе затрепетал. Сдался бы тебе без боя.
Пока девчонка описывала всё, что осталось в памяти от давней встречи с отцом, незаметно для себя Гектор сделал еще пару глотков разбавленного рома, глядя куда-то в пространство перед собой и размеренно постукивая каблуком сапога по скрипучей доске. Всё так и было, как рассказывает самозванка - дочь жрицы была ещё совсем малюткой, когда отец побывал в Балионе. Одаренной и соображающей, но всё-таки, годовалой девочкой, которая вряд ли даже смазанный образ родителя смогла удержать в памяти, неудержимо взрослея.
Кто бы ни была эта девчонка, подготовили её превосходно.
А, может быть... её и не готовил никто?
Моргнув, Гектор метнул взгляд в сторону фйельки, но на кровати ее уже не обнаружил. В смятении он дёрнул подбородком и круто обернулся к двери, застигнув чудилку уже на пороге.
- И куда собралась? Далеко уйдёшь одна, вояка? Я бы дал тебе саблю с собой, но не поднимешь же, - ухмыльнулся пират, но его лицо быстро обрело серьезное выражение, и брови сдвинулись к переносице. - Сядь обратно. Сядь, сказал.
В голосе старпома, привыкшего командовать восемью десятками морских головорезов, звучали те самые стальные командные нотки, которые заставляли отъявленных разбойников слушаться, подчиняться и исполнять приказы. Не исключением стала и девчонка. Гектор не отводил от неё тяжёлого взгляда и проводил весь путь от двери обратно до кровати. Дождался, пока она плюхнется обратно и только после этого глубоко вздохнул - набрал столько воздуха в лёгкие, что грудь заметно поднялась и стала ещё шире.
- Будешь мне условия ставить - выгоню к чертям. Я своих условий не повторяю, - буркнул Берг, мрачнея на глазах. Выпитая ромовая водица булькнула где-то в горле, и он хрипло кашлянул, прочищая его. Опустил голову, уперся локтями в колени и какое-то время разглядывал свои сцепленные мозолистые руки. А потом поднял взгляд и исподлобья посмотрел на девчонку, будто наконец-то набрался решимости.
Что это изменит? Если она врёт, то это выяснится рано или поздно. Если её кто-то подослал, она будет пытаться что-то разузнать... Но нет, в это горец сам с каждой минутой верил всё меньше. Единственное, что интересовало пигалицу - это её отец, его имя и местонахождение. И этих сведений Гектору было для неё не жаль.
- Я знаю, где Ньйалл Шиберг, да. Но никуда тебя не поведу, чудилка. Пришли уже, - фйелец усмехнулся, но как-то невесело, и медленным взглядом обвёл бледное личико девочки, цепляясь за ее черты, будто силился вспомнить другое лицо, которое видел когда-то давным-давно, еще в прошлой жизни. И найти что-то общее в подтверждение своих смелых догадок. Он ещё раз тяжко вздохнул, поморщился, крепко сжал ладони в кулаки и всё-таки выдал:
- Считай, ты меня нашла. Ньйалл Шиберг, изгнанник из Лэммах-Каэр - это я. Я им был. Вторым сыном лэрда Лэммлах, охотником, подстрелившим в лесу орлицу твоей матери-ведьмы и твоим, выходит, отцом, - взгляд Гектора сверлил переносицу девчонки, и если бы не слабый хмель, согревающий грудь и расслабляющий мышцы, его тело вздрогнуло бы от напряжения. И одновременно с этим старпом почему-то почувствовал себя глупо. Даже идиотски. Особенно когда вслух ляпнул крутившийся на языке вопрос:
- Ты... мм... рада?

+1

14

Действительно чего страшного, когда не пойми какой боров лезет под юбку с определенными намерениями? Только очередной стон напомнил, что, скорее всего, здесь в этом действительно не видят ничего страшного. Она ведь приехала не  в замок, не в страну развитую. Это был Тиль. Остров воров, убийц, насильников, потрепанных жизнью вояк, выброшенных на обочину жизни. Вряд ли здесь знают, что такое манеры. Разбои, девицы и выпивка  - вот основные составляющие местной жизни. И сарказм пирата Эйдис тоже решила пропустить. Был бы у нее меч. Хотя куда ей тягаться с таким громилой с саблей в руках, разве что чуть поранить и удирать. Вряд ли здесь соблюдаются правила благородного боя.
Уже твердо решившая, что уйдет, если не получит ответов, ведьма вздрогнула, когда комнату наполнил громогласный голос.  Отчего-то ослушаться даже мысли не возникло. Было ощущение, что этот обросший здоровяк привык командовать и привык, что ему подчиняются.  Эйдис села обратно на кровать, но все равно ждала ответов.
- То сядь, то выгоню, определись уж, - буркнула под нос чудилка. В комнате повисла тишина.  Пират о чем-то задумался, Эйдис тоже думала, что же ей делать, если она так и не найдет отца. То, что одинокой девице здесь опасно ходить по улицам, уже поняла. Возможно, она сможет зарабатывать своим даром. Но где тут можно поселиться? Из размышлений ее выдернул голос пирата. Пришли уже. Значить ее отец здесь. Поди развлекается с одной из девиц, тогда ясно почему ее этот лохматик сразу не отвел к нему. Голубые глаза буквально впились в пирата, словно говоря, чтобы он ее отвел к отцу. Но то, что она услышала дальше, буквально заставило пол уйти из-под ног. Хорошо, что Эйдис сидела. Это был ее отец? Вот этот пират, который убил другого пирата, который...
- Не знаю, - выпалила, пораженная Эйдис. Образ отца она рисовала себе другим, но, как часто бывает, реальность резко отличалась. Вот этот громила со скверным нравом был ее отцом? Это сын лэрда? Это тот, кого любит ее мать? Это ее отец? С другой стороны на фоне других пиратов он, вроде бы, был не так и плох. Вреда ей не причинил, даже вон еды принес. Была ли она рада?
- Наверное, да, - просто она никогда не задумывалась, что будет делать дальше, когда найдет отца? Почему-то встреча ей рисовалась иная, что отец сожмет ее в крепких объятиях, а не будет таскать по борделям. - Но почему ты сразу не сказал? - тоже был важный вопрос. К чему он разыграл все это представление? А что если он решил ее обмануть? Хотя не понятно зачем? Эйдис знала одно, ее ощущения вряд ли ее подведут. Она поднялась на ноги и не спеша подошла к пирату, всматриваясь в его лицо, словно пытаясь найти в нем хоть пусть и смутно, но знакомые черты.
Ее ладони прикоснулись к его подбородку, и в этот момент Ньйалл Шиберг мог почувствовать то знакомое ему тепло, что стало разливаться по телу, исцеляя ссадину на руке, подбородок, в который недавно угадила палка. Сама же Эйдис чувствовал ту энергию, которую трудно было спутать, ведь у каждого человека она своя.
- Отец, - тихо произнесла ведьма, которая теперь понятия не имела, что же ей делать дальше, но оцта своего она нашла.

0

15

На дне ещё булькали остатки отвратного разбавленного водой пойла. Гектор приложился к кувшину и сделал большой глоток, не отводя задумчивого взгляда от бледного лица девчонки. Сердце гулко билось в груди, разгоняя приправленную ромом кровь, но в лице старпом не менялся. Менялась фйельская гостья, причем заметно. Изумление - недоверие - растерянность. Будто со стороны Берг наблюдал за тем, как она соскользнула с края кровати и сделала шаг навстречу ему. На бледном лице - вся та же смесь эмоций, но движения остались уверенными. С той же неколебимой решимостью она шагала к двери, таща за собой подол пыльного платья.
И откуда у неё эта решимость? Никак от родителей досталась?
- Да? Рада? - Уж чего-чего, а этого ответа фйелец ожидал меньше всего. Он хрипло хохотнул, показав крепкие зубы, и прищурился, всматриваясь в голубые глаза девчонки, которая остановилась прямо перед ним. - Не сказал, потому что не поверил. И до сих пор тебе верю не особо. Вдруг тебя ко мне подослали? Я хожу в море на фрегате Безумного Моргана. Я его старший помощник и правая рука, - пират хмыкнул, прекрасно понимая, что громкое на Тиле имя ровным счетом ничего не значит для северной странницы, но не похвалиться своим завидным положением не мог. - Врагов у нас хватает. Ясное дело, все знают, что я из Фйеля. Это и заметно, едва только рот раскрою, - а ещё старпом "Быка" имеет привычку носить потрёпанный клетчатый килт, хотя сегодня он был одет в просторные моряцкие штаны. - Но чтобы прям в подробностях... Их знают только во Фйеле. Родня твоя знает - дядя, тётя, может, кузены... и мать.
Язык, размягчённый слабым ромом, отказался произнести имя Альдис. И пока отказывался назвать по имени саму Эйдис. Гектор до сих пор не решил, как быть в щекотливой ситуации и верить ли безоговорочно "дочурке", но...
- Марис меня задери, - вырвалось беглое ругательство по-хельмовски. Ладони девчонки, гладкие и прохладные, дотронулись до лица пирата, и он резко умолк, вытаращив глаза. Это ощущение нельзя ни с чем перепутать: по телу разливается благодатное тепло, мягкое, ласковое, мирное - такого не даёт ни терпкий ром, ни страстные объятия блудницы. Целительное тепло, исходящее от рук санатора - его Гектору довелось испытать дважды в своей жизни. В первый раз, когда старуха из Хайбрэя не дала ему погибнуть на тропе в глухом лесу, и второй раз, при встрече с одарённой дочерью в замке Балион. Найти фйельскую девчонку, владеющую тем же даром исцеления, что и Эйдис  - в это верится еще меньше.
Значит, остаётся только правда.
- Не думал я, что кто-то из... - прошлой жизни? Фйеля? - ...родни меня найдёт. Здесь у меня другое имя. И жизнь тоже другая, - Берг пробормотал себе под нос, опустил взгляд на тыльную сторону своей ладони, моргнул и присмотрелся опять. Ссадины затянулись и на загорелой шершавой коже остались только мазки засохшей крови. Для пущей уверенности Гектор тронул правую руку пальцами левой. - Хотя, ты уж заметила это, да ведь?
Слегка помутневший взгляд старпома обвёл грязную комнатёнку, в которую он привёл свою дочь. Свою дочь! Даже немытая и только вытащенная из нутра пиратского корабля, она смотрелась неуместно в этих стенах. Слишком уж невинный взгляд.
- Да, твой отец, - Гектор коротко кивнул лохматой головой. - Когда я в прошлый раз тебя видел, ты вся у меня в ладонях могла уместиться. Но уже была такой важной, прям куда деваться, - пират ухмыльнулся, исподлобья глядя на девчонку. - Заставляла меня сказки тебе рассказывать и мать не слушалась, когда та запрещала меня трогать.
Давние события с неожиданной четкостью прорезались в памяти. Ранняя весна в замке Балион, раскрасневшаяся от мороза Эйдис, которая увлеченно катается в снегу, не обращая внимания на причитания кормилицы. И вдруг она, повзрослевшая, - здесь!
Ну уж нет.
- Я давно тут живу. Но тебе на Тиле не место, - наконец, Гектор ухитрился собраться с мыслями, и его слова прозвучали неожиданно резко. - Одна ты здесь долго не протянешь. И с собой я тебя взять не могу. Зачем ты вообще здесь оказалась? Думала, тут лучше, чем во Фйеле?
Старпом мотнул головой, уворачиваясь от ладоней Эйдис, сжал её за хрупкие плечи и пытливо заглянул в глаза.

0


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » АЛЬТЕРНАТИВА; » Дочь пирата


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC