Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Лучше делать новости...»:
Аластер Макдугалл (ГМ)
«Искусная технология неотличима от магии»:
Алеандер де Анж
«Не могу хранить верность флагу...»:
Вергилий Торбьера
«Говорят, царица ненастоящая!»:
Люций Целер (ГМ)
«Не ходите, девушки...»:
Лукреция Грациани
«Дезертиров казнят трижды»:
Гектор Берг

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ

ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Филиппа Уоллес: Хельм - все когда-то случается в первый раз
Мерида Уоллес: Хельм - место, где теряешь невинность, угу

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ; » Из грязи снова в грязь


Из грязи снова в грязь

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://78.media.tumblr.com/632d5e34ee033c625a098428ebdff748/tumblr_nst23lcBHF1qgbxhso3_250.gif https://78.media.tumblr.com/2a1765a18cb94a5295b5d9662f8a98e2/tumblr_nst23lcBHF1qgbxhso6_250.gif

НАЗВАНИЕ
Из грязи снова в грязь
УЧАСТНИКИ
Beatrice Grant & Aneirin Ithell
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
11 апреля 1449 года
Гелан, Геланшир, Моргард

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕТруппа театра Гранта прибывает в столицу графства Геланшир королевства Моргард! За месяц тут будет показано целых двадцать пять представлений. Но вот только четвертое уже чуть было не отменили из-за того, что платье одного из шутов кто-то порезал на мелкие куски. Через пару дней после этого один из фокусников сломал руку прямо перед выступлением. Кто-то подпилил подмостки! Говорят, он больше никогда не будет так же ловок, как раньше. А сегодня вечером и вовсе было отравлено вино. Один из мальчишек слег с рвотой и жуткой болью в животе. Кто-то желает зла труппе театра Гранта. Но кто?

Отредактировано Aneirin Ithell (2018-04-02 22:54:29)

+3

2

     Момент, когда красавица Беатрис выходит на сцену со своим страстным танцем, в котором лучше всего отражается непростая судьба леди Изольды, муж которой не вернулся с войны, а ее сын захотел отправить старую и ни на что не годную мать в глушь, был настоящим украшением вечернего представления театра Гранта. Любимая вмести история о тяжелой судьбе женщины, в лице которой находили свое отражение и крестьянки, и благородные дамы, всегда с восторгом воспринималась зрителями, а потому каждое движение, каждая реплика здесь были отточены до идеального состояния. Резво двигая обутыми в сапожки ногами, Беатрис выплясывала свой яростный и полный боли танец, каждой клеточкой ощущая звон струн и ритм барабанов, размахивая юбками и заламывая руки. Еще немного, и она увидит в толпе первые слезы, первые неловко отвернутые от сцены женские головы, первые глубокие морщины, которые проступят на лицах мужчин, осознавших, как тяжело приходится их женам и матерям, когда они сломя голову несутся в бой ради благого дела, забывая, что самое важное в жизни любого человека, это не честь и даже не долг - это его семья. Ритм, цокот, струнный аккорд, и... Аккуратная ножка Беатрис проваливается под одну из досок, застревая в полу так резко, что девушка не успевает затормозить. Разодрав провалившуюся ногу в кровь, она спотыкается и падает лицом на пол, пышные юбки задираются к верху, обнажая ее исподнее, а театрально-печальное выражение лица сменяется на обезображенное от боли и стыда. Толпа в замешательстве: от самых первых рядов и до галерки прокатывается обеспокоенный вздох, смешанный с громкими смешками. Великая трагедия прямо на глазах у всех превращается в комедийный фарс, полностью уничтожая всю работу актеров, задумку и сюжет.
     Беатрис прячет лицо за волосами, не способная подняться на ноги, пока не почувствует, как под общий шум, превратившийся в остервенелый гогот, ее поднимают чьи-то руки и, придерживая актрису за талию, ведут прочь. Питер Грант, который руководит ходом представления, выбегает на сцену в ужасе, стараясь скрыть его за широкой улыбкой. Он отговаривается чем-то вроде того, что "мы решили дать старой концепции новую концовку", и сейчас на сцену выйдут другие артисты со своими номерами. Незаконченная пьеса сворачивается, словно скисшее молоко, и вот уже квартет менестрелей гремят инструментами, чтобы спеть пару баллад.
     - Какой позор! Какой ужас! Вы что, собирали сцену своей левой ногой? - Беатрис врывается в шатер, где труппа готовится к выступлениям, с криком негодования и размазанным от слез гнева гримом. Она заметно хромает - дешевая ткань юбки постепенно напитывается кровью, которая сочится из небольших царапин на ее ноге. Однако актриса будто не чувствует боли - она несется в сторону монтажников, хотя прекрасно понимает, что их вины в этом быть не может. Собирать эту сцену для них так же привычно как есть или дышать, они проделывали это столько раз, что могли бы сделать все идеально с закрытыми глазами. Однако кто-то же виноват! Кто-то взял прогнившую доску или недостаточно хорошо закрепил опоры под сценой. Кто-то позволит этому совершиться, и Беатрис не будет собой, если не достанет провинившегося с того света.
     - Самый важный момент! Мой триумф! Это подстава! Кто?! Кто этот нерасторопный простофиля? - почти срываясь на крик, девушка мечет озлобленный взгляд, переводя его с одного лица на другое. Несколько человек уже бегут к сцене - латать провалившуюся доску, исправлять недочеты невидимого вредителя.
     - Спокойно, Беата, - раздается за ее спиной низкий и бархатистый голос Идриса, который проникает в шатер спустя несколько минут. В его руках две надрезанные балки, которые он протягивает девушке, и которые она в гневе отпихивает от себя. - Никто из них не виноват. Ее подпилили.
     Воздух, загустевший от витавшей в нем ярости Беатрис, застывает прозрачным желе, словно кто-то остановил время и выключил все существующие в природе звуки. Актриса мигом меняет выражение лица - злоба уступает непониманию. Ошибки допускают все, но это - не ошибка. Это нечто куда более серьезное. Нечто, что всполохом поднимает в памяти несколько событий последней недели и связывает их друг с другом невидимой нитью.
     - Это возможно? - с сомнением спрашивает Беатрис, уже куда сговорчивее принимая причину своего падения в руки и рассматривает ровный срез на обоих их концах. Ее брови сходятся вместе, образовывая почти идеальный треугольник. Никто в театре никогда не желал друг другу провала. Или желал?..

Отредактировано Beatrice Grant (2018-04-02 19:50:31)

+3

3

     До представления Анейрин с его командой трюкачей обычно развлекали зрителей перед сценой. Они стояли на голове, ходили на руках и сражались на деревянных мечах, поражая простаков ловкостью и мастерством. В этот вечер площадь перед сценой была полна зрителей и кому-то даже не хватило места. Вот этим людям, ожидающим второго представления, которое должно было состояться чуть позже, Анейрин показывал трюки неподалеку от сцены.
     Когда он только присоединился к театру, у него постоянно болели руки и спина. Для трюков его подготовки оказалось недостаточно. Все тело было в ссадинах и синяках. Но через пару месяцев Анейрин приноровился и даже выступил сольно, не совершив ни одной ошибки. Они прошелся, держа в зубах розу, на руках от одного угла площади до другого и даже подмигнул одной торговке с безумно-красивыми зелеными глазами. Ох, как она была поражена. В тот день Анейрин был горд собой. Он будет горд и сегодня! Он... Он... Когда было сорвано представление, он как раз пытался увернуться от удара своего товарища.
     На сцене лежала раздосадованная Грант с задранным платьем.
     - Что? - вырвалось у Анейрина, и, получив палкой по голове, он тоже упал, правда, на камни площади, больно ударившись локтем и мягким местом. "Какой позор", - подумал Айтелл, полежал ровно минуту под обеспокоенные вздохи торговок и крестьянок, и встал, так и не дождавшись, когда кто-нибудь из них помашет на него платочком, уже с краснеющей ссадиной под глазом. "Синяк будет", - пробормотал Анейрин, встал, поклонился, стараясь ни на кого не смотреть, и сверкнул глазами вслед убегающему товарищу.
     За кулисами была суматоха.
     - О боги, - прошептал Анейрин, когда его кто-то задел плечом, и прикрыл глаз правой пятерней.
     Товарищ Анейрина пропал куда-то вместе с палкой. За кулисами были старый менестрель и Грант.
     - Я его убью, если найду, - злобно проговорил Айтелл. - У меня синяк. Как я буду выступать завтра? - пожаловался он и устало упал на стул, жалобно скрипнувший под его весом.
     Что ни делай, сегодняшнее представление сорвано, и зритель на месяцы запомнит криворуких трюкачей и белье Грант.
     - Как у Лаврина, - вырвалось у Айтелла, когда он заметил балки в ее руках.
     Как у фокусника, он хотел сказать, во время выступления которого полторы недели назад сцена развалилась на глазах у десятков зрителей.
      Около минуты Анейрин сидел, не шевелясь, тяжело вздыхал и тер больной глаз. Затем он медленно встал, пристально посмотрел сначала на менестреля, потом на Грант и многозначительно произнес: "Хм".
     - Думаешь о том же, о чем и я? - спросил он, забрав у нее балки.
     Они, вероятно, были кем-то подпилены.
     - Если я предположу, что это сделал тот же человек, который отправил вино Джустаса, то буду ли прав? - пустился в рассуждения Айтелл.
     Лежавший за гобеленом мальчик многозначительно провыл. Он был ответственен за костюмы шутов и сегодня утром слег с больным животом, выпив кружку вина, купленного вчера менестрелем в таверне на окраине города. Все содержимое бочки пришлось вылить. С сожалением Анейрин смотрел, как красная жидкость капля за каплей падает на серые камни. Еще никогда ему не было так грустно. На бочку ушли десятки серебрянников, честно заработанных командой трюкачей.
     - Знаете, я бы отменил представление, - сказа Анейрин менестрелю и боязливо огляделся по сторонам.
     Кажется, за кулисами все было на своих местах. Но кто знает, возможно, где-то тоже что-то подпилено, и сделай он шаг к вешалкам с костюмами, и на него упадет весь шатер.
     - А тебе надо прилечь и позвать лекаря, - проговорил Айтелл, глядя на хлещущую из раны кровь на ноге Грант. - Без ноги ты не сможешь выступать, - пожал плечами он.

Отредактировано Aneirin Ithell (2018-05-08 03:19:22)

+1

4

     Увидев вошедшего в шатер Айнерина, который размахивал руками и негодовал, Беатрис едва не вскочила с места, но теплые руки Идриса, который беззастенчиво задрал ее юбку и осматривал раны пока их знахарка кипятила тряпки, удержали ее на месте. Сначала она подумала, что мужчина возмущен тем, что произошло с ней, и радостно растянула губы в улыбке, но после она услышала как он кряхтит по поводу синяка и недовольно фыркнула. Ну ладно, от семьи ее сострадания по диве и приме не дождешься, но он-то хотя бы мог проявить сочувствие! Убивать надо того, кто лишил лучшую актрису и его персональную танцовщицу ее инструмента, а он все переживает о своем лице. Мужчины... Никакого сердца под таким-то слоем мускулов. С другой стороны, за эти мускулы можно было простить и немного бессердечности.
     - Что это у тебя там? Тоже кто-то напал? - Беата сложила руки на груди и демонстративно кивнула в сторону израненной лодыжки, мол полюбуйся и начинай уже охать от ужаса, как наседка. Она была готова уже в красках начать выступление с историей о том, как прямо в разгар одного из лучших номеров, что она ставила за всю свою жизнь, кара господняя обрушилась на нее, и едва не убила, но никто, очевидно, не стремился ее послушать. Надув губы, девушка покачала головой и наклонилась к своей наплечной сумке, чтобы найти там флягу с элем. Проблем эль, конечно, не решит, но хотя бы настроение поднимет.
     - Зачем кому-то вредить нам? - после большого глотка, с сомнением спросила танцовщица. Знахарка уже обмывала ее раны и капала на них каким-то непонятным настоем из бутыля темного стекла, который всюду носила с собой. Травмы и раны у бродячих артистов - дело обычное, поэтому все процессы оказания скорой помощи были отлажены в театре Гранта на "отлично". Однако, несмотря на довольно безобидные царапины, когда знахарка стала обматывать лодыжку плотной тканью, Беата вскрикнула. Больно было не коже, а тому, что было под ней. Если сначала она хотела встать и внимательнее осмотреть, что там с глазом местного красавчика, то теперь ее решимость заметно поугасла. Встать и вновь почувствовать боль, подтвердить теорию о том, что она растянула или сломала ногу, было страшно. Царапины заживают пару дней, перелом - несколько месяцев.
     - Нет! Мы и так толком ничего тут не заработали, нам не на что будет кормить эти рты, - запротестовала Беатрис, когда Идрис уже было хотел согласиться с Айнерином относительно отмены выступления. Танцовщица оперлась на плечи своего приемного отца и попыталась встать, чтобы на ее лица не отразилась гримаса боли. Терпимо. Для плясок, конечно, не подойдет, но прохромать по этой деревеньке и достать того, кто мог учинять беспорядки, она вполне смогла бы.
     - О, ты такой заботливый, - с сарказмом проворковала девушка и повисла на локте Айнерина, - пойдем, поспрашиваем людей. Может быть, кто-нибудь и правда видел, как кто-то что-то делает. Слишком много совпадений, еще парочка - и от нашего театра останется три калеки, да старые мешки с дерьмом. Прости, Идрис.
Последнюю фразу она уже бросила в сторону своего наставника, который заулыбался в усы, когда она нелестно выразилась в его сторону. Он уже давно привык к тому, что Беатрис бывает слишком бесцеремонной, но всегда - правдивой.

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ; » Из грязи снова в грязь