Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ; » Самое главное украшение — чистая совесть [x]


Самое главное украшение — чистая совесть [x]

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://68.media.tumblr.com/b06ba7df0ac7a3b9acc05a6eaa125534/tumblr_onuevlI4Tj1qmllyko2_250.gif
НАЗВАНИЕ
Самое главное украшение — чистая совесть
УЧАСТНИКИ
Дина Тульфах, Адриано Грациани + Витторио Вестри
МЕСТО/ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЙ
Орллея, Лореншир, Лирэфия / 10 февраля 1448 года
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ
Дата назначена, пути назад уже нет. Лорд Адриано Грациани принял решение о повторном браке и готовится к встрече с будущей супругой. К своему приезду он готовит для будущей графини особый подарок - тот, что запомнится надолго. А поможет ему в этом один атлантийский умелец.

+1

2

Главный мастер Антонио заведя руки за спину навис над плечом, сидящего на корточках молодого художника, приглашенного из Нотеры. Лука натирал на деревянном полотне краску шерстяной тряпкой, чтобы усилить блики одеяния святого. Работы оставалось немного месяца на два или чуть меньше. Однако всем уже не терпелось увидеть копию иконы в увеличенном размере. Архиепископ не забывал осведомляться у главного мастера, когда художник завершит свою работу и желательно, чтобы успел к весне. По этой причине Антонио частенько последнее время стоял так сказать над душой у Луки за плечами и кряхтел, дергая по пустякам. Скоро уже? Точно успеешь? Смотри у меня! - очень частый арсенал слов, который доставалось слышать в свою сторону атлантийцу пять раз на дню. Антонио утверждал, что февраль быстро пролетит. Весной богоугодные праздники начнутся и надо поторопиться.
- Что там? Долго ещё? Не усердствуй с этой тряпкой, а иначе попортишь такую искусную работу. Придется переделывать и тогда не жить нам! - главный мастер говорил так словно это его рук дело и он тут с усердием занимался иконописанием, поэтому знал как будет лучше. Лик Иоанна уже отчетливо смотрел на потолок с деревянного полотна, а глаза его сияли как живые человеческие. Многие кто бы не заходил в собор или работающие в нём останавливались возле художника, видимо любуюсь изображением святого или оценивая. Дине не очень нравилось, когда кто-то вечно караулит её, поэтому она оставалась допоздна в храме, когда разбредались все рабочие по своим домам вместе с главным мастером.
- Скоро. Не переживайте в начале марта я сдам работу.
Обещала Дина, но боялась, что такими темпами может задержаться. Гаркнуть посильнее на главного мастера она не решалась. Он вроде как друг отца, напишет ему ещё депешу, что ученика дерзновитого прислал. Антонио покрутился, развернулся и собирался отчалить, но вдруг его что-то заставило остановиться. Мужчина припоминал что-то важное. Спиной Дина ощущала его присутствие, не может он оставить атлантийского художника в покое.
- Сегодня иди раньше. Мне передали. Наш светлейший граф Адриано Грациани просил тебя.

Дина ушла раньше как ей и сказали. Кажется главный мастер не шибко желал отпускать Луку, кода время поджимало. Поначалу даже с охотой выделял несколько дней отдыха, мол нечего так трудиться, так не долго и убиться. Чем больше требовали с Антонио, тем больше он наседал на всех остальных. Никого ему не жалко, главное, чтобы шишки не в его голову летели. Люди всегда так лишь бы свалить на кого-нибудь другого груз ответственности и заставить пахать днями и ночами, особенно те люди, которые из кормушки чьей-то кормятся и лишиться её могут за то, что не успели к срокам и организовать не смогли работу правильно.
Направляясь в обитель графа Лореншира, Дина пыталась припомнить как он выглядит. Обычно она быстро запоминала лица, а Грациани относительно недавно посещал собор. Ей приметился его тяжелый взгляд из-под низких бровей. Казался он печальным или задумчивым? Больше ничего она не помнит, слишком увлеклась своей работой и старалась не отвлекаться на посетителей, если они не обращались лично к художнику. В чём была женщина, так и направилась, накинув лишь кожаную суму через плечо, которую всегда брала с собой в храм. Плащ с шерстяной подкладкой тоже захватила, не весна на дворе, спрятав под ним одежду испачканную красками. Из коричневой ткани чалма скрывала волосы на голове, крепко закрученная. Хвост ткани лежал на плече, которым художница периодически вытирала краски с лица, поэтому цвета необычного. Добравшись до нужного места. Назвав своё имя страже, Лука, которого звали, принялся ожидать, когда граф соизволит принять.

+1

3

Решение было принято. Терзался ли из-за него граф Грациани? Если и да, то никто не знал об этом и не подозревал о том, что у первого советника лорда-протектора могут быть какие-то переживания. Некоторые подозревали, что у орллевинского лиса и вовсе нет души, настолько жесткими порой выглядели со стороны его решения ради собственной выгоды. Да и этот брак - разве не для собственной выгоды он согласился? Сейчас, пока лорд Лореншира еще не отправился к будущей невесте, он в самом деле не чувствовал ничего, словно все живое было похоронено в семейном склепе, где сейчас покоилось тело Элен. Иначе почему Его Сиятельство так упорно занимался делами восстановления Орллеи, почему сам лично ходил и проверял, как строятся новые дома в Лирэфии? Он словно бы заполнял пустоту, которая пришла после смерти его супруги. Для чего-то нового Адриано был совершенно закрыт и угрюм, пусть все так же вежливо и галантно общался с дамами, спокойно парировал в спорах и разногласиях с лордами и делал наставления для собственных детей.
Виновата ли его будущая жена Джульетта Романо в подобной ситуации? Нисколько, хоть кто-то и мог считать иначе. С первой встречей с будущей графиней Адриано хотел оставить какое-нибудь приятное воспоминание и его выбор пал на ювелирное украшение. Оно должно было быть уникальным, броским и красивым, но не громоздким, чтобы не старить молодую женщину. Если за последнее мастера ювелирного дела могли бы ручаться, то как сделать его оригинальным за относительно короткое время?
Ответ нашелся неожиданно. Как оказалось, в одном из соборов работал атлантийский художник и вполне возможно было, что он владел особой техникой, которую не использовали в Орллее и она вполне могла бы послужить эскизом для узора на украшении. Эта мысль оказалась столь интересной, что Адриано приказал привести к нему этого самого художника для личного разговора. Передавать что-то через посредника в таком случае было довольно рискованно - поймет не так идею или по-другому интерпретирует - и работу придется выполнять заново.
Лорд Грациани как раз разбирал различные отчеты о сборе налогов, когда ему доложили о прибытии художника Луки из Бора. Аккуратно отложив в сторону свои дела, граф Лореншира кивнул стражнику, чтобы деятеля искусства пропустили. Его будущий наемный работник оказался на первый взгляд слишком худым, немного скрытным и вполне вероятно, что чувствовал себя не очень удобно при сиятельной особе. Граф с утонченной вежливостью кивнул на удобный резной стул.
- Прошу, присаживайтесь, синьор Лука. Возможно, вам уже сообщили мое имя, но я все же представлюсь, - Адриано соблюдал все формальности, присущие его благородному воспитанию.
- Я - лорд Адриано Грациани, граф Лореншира. Я заинтересован в вашей работе и хотел бы нанять вас для одного несложно, я надеюсь, дела. - он внимательно отслеживал все реакции своего гостя, изучая молодого человека и прикидывая, как он поведет себя в будущем.
- Владеете ли вы атлантийской техникой точечного рисунка? Мне сообщили, что родом вы из этих мест, а мне как раз бы пригодилась техника, которой не владеют местные мастера, - неторопливо задал вопрос Адриано и сцепил руки перед собой в ожидании ответа. Если он будет отрицательным - ему можно даже не терять время и искать иной вариант для украшения.

+1

4

Долго граф себя ждать не заставил. Художнику сообщили, что он может проходить в личный кабинет. Пройдя внутрь Лука поприветствовал уважаемого синьора проявив почтение и занял место, куда ему указали присаживаться. Подняв взгляд своих карии очей, Дина взирала на графа уже не молодого, но статного с благородными сединами в бороде и волосах. Внимательно выслушивая, не перебивая четкую, размеренную речь. Адриано представился как и полагалось, чтобы художник знал кто оказал ему милость пригласив к себе. Тульфах не первый день в Лирэфии, работая в соборе она многое слышала о Грациани. Слухи разносятся быстро, слухами полна земля. Люд обожает бездельничать, а больше всего чесать языками и обсуждать родовитых господ. Надо заметить, что женщина ещё будучи в Хайбреи слышала о Грациани, но видеть никого из этого благородного орллеинского рода ей не доводилось. Теперь же ей выпала честь оказаться в самом сердце Лирэфии при графском дворе Адриано Грациани и сослужить ему добрую службу, если хватит таланта. В этом Дина не сомневалась, она уж постарается завоевать его расположение. Ведь сам граф Лореншира изволил видеть её и наверняка есть у него пожелания, который ей будут под силу.
- Почту за честь услужить Вам, Ваша Светлость. Сделаю всё, что будет в моих силах.
Почтительно отозвался художник не слишком громко, чтобы голос его звучал более утвердительно и по-мужски твёрдо. Дине отрадно признавать, что сам граф заинтересовался Лукой из Боры, когда в самой Орллеи достаточно выдающихся мастеров. О, женщина уже успела посетить самую востребованную мастерскую Лирэфии и встретиться с юным маэстро - изобретателем, который признался, что состоит на службе у самого светлейшего графа Адриано Грациани. Неужели судьба улыбалась Дине? Теперь и она может похвастать, что ей выпала честь сотворить что-то полезное для графа. Рано радоваться, работа ещё не сделана, но то о чём интересовался Грациани, Дина умела. Она владела искусством точечного рисунка, поэтому положительно ответила.
- Всё верно, родом я из Атлантии. Техника точечного рисунка мне знакома и я с удовольствием примусь за работу подобного характера.
Художник воодушевился, но проявлять все свои эмоции не спешил. Нечего ликовать, когда неизвестно, что предстоит делать и хватит ли сил, но в душе, Дина была уверена, что справится. Ещё бы она не справилась? Только бы успеть всё, фреска не дописана и совсем скоро ей предстоит отправиться в Морбершир. Чем больше работы она на себя брала, тем больше есть вероятность стать знаменитой в здешних местах. В Хайбреи не удалось сыскать славы, но боле она не повторит прежних ошибок и не сбежит от трудностей. Тогда она была сосем еще глупой, не опытной девчонкой, боящейся, что секрет её раскроется и выплывет наружу. Сейчас она чувствовала себя гораздо увереннее и считала, что выкрутится из любой ситуации. Трудности закаляют и придают сил.

+1

5

Услышать, что он не ошибся в своих предположениях было приятно. Аналитический разум лорда Грациани привычно отметил про себя очередной удачный шаг и переключился на продолжение беседы. Каждое свое действие граф Лореншира оценивал как удачное либо как неудачное и сейчас все настраивалось на благополучный исход дела, но Адриано не спешил делать ранние выводы. Сейчас было только начало беседы.
- Что ж, отрадно слышать это, - слегка подбадривающе произнес орллевинский лис, выпрямился в своем кресле и сложил руки на столе перед собой. Показалось ли ему, или этот простой вопрос вызвал толику воодушевления у молодого атлантийца?
- Тогда у меня будет для вас небольшая работа. Дело в том, что через месяц я должен буду уехать, чтобы сообщить одной леди, что в скором времени состоится наша с ней свадьба. И мне необходимо привезти для нее подарок, - Адриано внимательно всматривался в собеседника, улавливая, слышит ли он, собирается ли исполнить то, о чем он попросит. Правильно произвести первое впечатление было важным шагом со стороны лорда Лирэфии для удачного будущего союза. Кто знает, вдруг молодая леди недостаточно впечатлится и пожелает отравить мужа в первую же брачную ночь, чтобы сбежать к какому-нибудь молодому любовнику.
- Мне бы хотелось, чтобы он запомнился леди надолго и вызывал приятные воспоминания о Лирэфии, - предложение граф Лореншира пока звучало довольно пространственно и размыто, но разве истинные творцы не поступают так же и не выражают свою фантазию одной картиной, на которой изображено множество эмоций, в которые он вкладывает некий тайный смысл? Правая рука графа непроизвольно жестикулировала, словно рисуя понятные ему одному схем.
- Но вместе с тем нужно, чтобы этот подарок был необычным. Скажем так, единственным в своем роде. И непременно же дорогим, - иначе каким образом можно продемонстрировать богатство графа, если не подарить дорогую безделушку? Вместе с тем, следовало подчеркнуть, что эта безделушка изготавливалась для конкретной леди с конкретным замыслом.
- Владение точечным рисунком могло бы мне помочь в составлении эскиза для золотого украшения в подарок моей будущей супруге. Золото, сапфиры и рубины - цвета герба Грациани, - вряд ли художник был настолько просвещен, что мог знать геральдику знатных домов, но кареты и лошадей в традиционных цветах Лореншира уж точно мог бы видеть где-нибудь на улицах столицы. Лорд Адриано поставил локти на стол, раскрыл ладони и соединил пальцы, будто бы указывая, что все точки сходятся сейчас в одном предложении. Его светлые глаза оценивали понимание в глазах приглашенного художника.
- Как вы думаете, Лука из Бора, возможно ли на одном рисунке отразить традиции рода, расположение к леди и отображение всего этого в точечном рисунке в традиционных цветах? - Адриано взглянул на собеседника из-за сплетенных пальцев, с явным интересом ожидая его ответа. Обычно лорд Лореншира привечал художников и людей с необычным полетом мысли. Куда сможет привести мысль этого молодого человека?

+1

6

Дина понимала о чём толковал граф. Он желал поразить прекрасную леди подарком, оставив не только о себе приятные впечатления, но и о своём роде, местности, знатности происхождения. Уникальную вещицу желает. Эскиз сделать не сложно, но справится ли ювелирных дел мастер со своей работенкой, воплотив нарисованное в женское украшение. Потребуется усердие, над тонкими деталями узора корпеть предстоит. Неприменно должно быть что-то похожее на брошь или подвеску. Дина полагала, что ювелиров хороших граф знавал, поэтому проблемы никакой не возникнет, если они оплошают это никак не отразится на художнице.
- Возможно невозможное, если сильно захотеть.
Кивнула атлантийка, представ в образе мужчины перед графом, под именем Луки. Казалось на лице заиграла лукавая улыбка у мастера или это всего лишь игра света в помещении. Художник ещё когда поднимался к Грациани в кабинет, обратил своё внимание на символику герба знаменитого орллеинского дома. Интерьер сопровождался гербами повсюду, в каждой незатейливой вещице. Окна прикрытые тяжелыми портьерами с геральдикой. Двуглавая золотая птица-лев. Очевидно, что птица символ свободы и вольномыслия, а лев власти и горделивости. Однако превращать брошь полностью в герб не самая лучшая задумка, получится массивным и вычурным урошением. Молодым девушкам нравится легкость, воздушность. Отчего Лука решил, что невеста у графа Адриано обязательно молодая? Просто догадка. Пожелым мужчинам приятно видеть подле себя упругое юное тело, наполненное свежестью, а не старостью. Художник мог ошибаться, брак вполне могли совершать по расчету в политически выгодных целях. Однако есть одна присказка - у мужчины есть первая любовь и последняя. Одна начинает его путь, другая завершает. Познав их полноту он умрет счастливым. Дряхлым стариком Адриано совсем не выглядел, поэтому о смерти говорить рано. От художника граф ожидал собственного мнения на счёт украшения для леди и подобную возможность упускать крайне неосмотрительно. Лука понизил голос, выдавая воодушевленный:
- Прекрасные леди любят слушать занимательные истории. Как бы не была искусна работа, необходимо предисловие, - сделав небольшую паузу будто вспоминая какую-то дивную сказку, художник продолжил, - подарите брошь в виде птицы райской, пусть выложат её из камней символизирующих ваш герб. Эскиз я подготовлю, сделаю несколько разных вариантов и сами выберите какой понраву. Расскажите ей о птице, что принесли её из райского сада, а значит, дом ваш - райский сад. Какой женщине не хочется жить в раю наяву?
Вопрос звучал как утверждение. Дина настолько вошла в образ, что воодушевленная предстоящей работой,совсем увлеклась своими напутствиями в покорении сердца будущей невесты графа. Он рассмеется или рассердится за подобное своеволие. О, Создатель, возможно она даже сквернословила заговорив про рай наяву, но ведь художникам позволителены подобные рассуждения. Иначе как творить, если не способен мыслить широко? Невозможно что-либо создавать новое, если узко судить и смотреть на мир одними глазами.

+1

7

Люди искусства всегда были для Адриано непостижимой загадкой. Они жили в своем собственном мире, который отличался свими законами, образами и понятиями. Иной раз он часами стоял рядом с картиной, которая не была похожа на привычный портрет или же пейзаж или натюрморт, а выражала собой нечто большее, что может представить себе человеческий разум. Наверное потому граф Грациани окружал себя деятелями искусства, способными смотреть дальше, нежели лежит основное человеческое понимание. Творцы смотрели куда-то в будущее и потому порой не могли оставаться в настоящем, которое было столь недальновидным и непросвещенным. Адриано не желал оставаться позади всех и потому стремился к тому, что хотели показать художники и изобретатели. Пусть он не всегда понимал все, но это было больше, чем знала основная масса людей.
Наверное, именно потому он не остановил полет фантазии художника с райской птицей, пусть на первый взгляд это казалось немного банально и бессмысленно. Но птица с герба Грациани и заключенный в ней возможный символизм в самом деле могли бы показаться его будущей супруге довольно привлекательными.
Однако же, лорд Адриано Грациани не был тем человеком, который довольно поспешно принимает решение, заранее не имея каких-то других вариантов, потому голова графа благосклонно склонилась, но вслух он произнес нечто другое
- Рассказ о райской птице довольно неплох как предисловие, но увы, он может быть воспринят превратно, - ладони графа легли на стол, и провели по столешнице, а затем снова сплелись. Светлые, не по старчески ясные глаза снова стали следить за реакциями мастера.
- Для кого-то райская птица может быть символом рая, но если рассказывать о том, как ее принесли оттуда в дом, то возникает только одно сравнение... И это сравнение - клетка, - невозможно удерживать птицу против ее воли, она все равно улетит рано или поздно, как бы не было хорошо ее жилище. Джульетта Романо выходила замуж не по любви и скорее будет думать о том, что именно она кажется заложницей в золотой клетке, а значит этот вариант не очень-то выдерживал критику.
- Найдется ли у вас еще какая-нибудь идея или история, Лука из Бора? Пока мне нравится полет вашей мысли, но интересно, до каких воплощений она может дойти, - сам Адриано нуждался в том, чтобы его размытый образ подарка смогли подтолкнуть и полностью сформировать нужную мысль и его видение. Из суждений могла бы развиться идея, а идея воплотилась бы в жизнь. Лишь бы мастер обладал способностью подавать эти самые суждения и мысли.
- Мне хотелось бы видеть сразу несколько вариантов, чтобы затем из него получился один, самый достойный. Нужно ли вам время, чтобы подготовить их и возможные эскизы, или же вы готовы поделиться всем этим прямо сейчас? - сложность работы с людьми искусства порой была в том, что им нужна была определенная толика вдохновения, не все работали на чистом энтузиазме. Кто-то курил опиум, кто-то предпочитал пить, а некоторые находили себя в пятом подряд достижении наслаждения на женщине и начинали писать прямо на ее спине или животе в зависимости от позиции. Чистый энтузиазм встречался нечасто и был особенно ценен для Адриано. Такие люди в самом деле видят за гранью реальности, пусть, к сожалению, не всегда способны в нее вовремя вернуться.

+1

8

- Клетка, ах клетка, - пробормотал художник себе под нос, опуская взгляд и упираясь взглядом в деревянный стол искусной работы, за которым сидел напротив графа. Кажется все вещи, наполнявшие кабинет были подобраны у Грациани со вкусом и составляли всеобщую гармонию. Нет ничего лишнего. Сам ли граф заботился о своём кабинете или кто-то помогал в обстановке интерьера, неизвестный факт для Луки. Однако ежели сам, значит, несомненно можно сказать, что у этого человека есть чувство выдержанного изысканного стиля, без сомнений соответствующего его титулу и положению в обществе.
Сравнение райской птицы с золотой клеткой весьма прозаично. Приземленно. Об этом художнику не довелось подумать от слова "совсем". Полёт мысли Дины был устремлен далеко за грани рамок и реальности. Райскую птицу нельзя держать в клетке, несовместимо с её жизнью, она угаснет и зачахнет буквально на глазах. У истинного яковита понимание рая отличалось от рая других конфессий, а живое воображение художника могло вообразить этот рай наяву. На самом деле рай мог быть и на земле, если в доме царило счастье. Именно счастье символизировала райская птица, которая не под каким углом не могла быть заточена в клетку, но раз граф изволил толковать значение птицы именно в ключе связанным с клеткой, значит, необходимо предложить что-то иное. Адриано видимо действительно собирался в жены брать молодую деву, вряд ли почтенной, благородной особе в возрасте придет в голову сравнивать себя с птицей в клетке, которая без сомнений знает себе цену. Лишь юное сердце, жаждущее свободы, посчитает узы брака обременяющими, сравнимыми с пытками и клетками, которые сковывают навеки вечные.
Выслушав графа до конца, каждое слово пропустив через себя, Лука внезапно вскочил со стула словно желая откланяться и удалиться восвояси. Будто ему дали непосильную задачу, головоломку, над которой придется долгое время ломать голову, а времени совсем не осталось. Ведь на него давил главный мастер Антонио. Где-то неподалеку кружил коршуном архиепископ де Андж в ожидании результатов, вознося молитвы своему драгоценному святому Иоанну, которого пытался изобразить Лука в увеличенном размере и уже во многом преуспел. Задумчивый взгляд атлантийца скользнул сначала по графским рукам, скрещенным на поверхности стола, затем поднимаясь ввысь к седовласой броде и наконец достигнув оживленного, ясного взора сиятельного господина. Дина не согласна относительно сравнений птицы с клеткой, поэтому выражение её лица приобрело огорченный вид. Искусные ювелирные мастера, ориентируясь на эскиз могли сотворить невероятной красоты брошь или подвеску, которая польстит красоте любой девы. 
- Райскую птицу нельзя держать в клетке. Она символизирует счастье, а счастье даже в золотой клетке невозможно, - попытался заметить художник, противореча словам графа. Нащупав свою суму, Лука принялся доставать несколько листов, которые быстрыми движениями выложил перед взором Грациани на стол. У художника уже были подобного рода образцы, которые он желал показать милорду, что имел ввиду говоря о райской птице и готов сделать ещё больше вариантов в таком же духе, но на это потребуется время. Размышляя о графском гербе, Дина решила добавить, пока достопочтенный синьор разглядывал варианты работ мастера.
- Можно отобразить льва, который присутствует в изображении герба вашего дома, но лев символ мужского начала и не думаю, что прекрасная леди оценит подобный подарок по достоинству, - по той же логике что и с клеткой дева сочтет, что мужчина не даст ей спокойно вздохнуть властвуя над ней и распоряжаясь каждой крупицей её свободного времени, мысленно закончила Дина предложение, но не став озвучивать вслух, надеясь, что граф сам обо всем догадается, почему львов не следует дарить. Да и громоздкое украшение выйдет, не к лицу юной красавице. Что символизирует Лирэфию? Виноградная лоза? Красивая, изящная, если бы она обвивала крест, вышло бы любопытно, но некоторые могут счесть, что подобное насмехательство над верой и церковью. А что если она станет обвивать ключ? Ключ от графского сердца? У художника лицо посветлело словно его озарило солнце, он быстро отставил резной стул подальше как будто тот ему мешал. Вытащил чистый лист и орллевинский карандаш из своей сумы, положив на край стола и принялся очень спешно делать набросок, пока фантазия не покинула его и образ рисунка сиял перед глазами. Несколько мгновений спустя, Лука перевернул лист в сторону графа.
- Возможно что-то подобное привлечет? Могу сделать ещё больше вариантов подобной тематики. Ключ украсите цветными драгоценными камнями, символизирующими цвета вашего герба. Его можно использовать в качестве подвески.

эскизы с птицами для визуализации

https://5pudov.ru/wp-content/uploads/2017/11/pero7.jpg
https://st2.depositphotos.com/8001674/10819/v/950/depositphotos_108198036-stock-illustration-firebird-vector-clipart.jpg
https://img14.postila.io/resize?w=660&src=%2Fdata%2F79%2F73%2F9a%2F91%2F79739a9153c6301b4d0e01c14d68c993963bb935b2a4abbdfe5b3e436ebb3234.jpg

набросок ключа в качестве украшения

http://moziru.com/images/drawn-key-locket-12.jpg

Отредактировано Dinah Tulfah (2018-05-26 13:38:17)

+1

9

За искренние старания нам воздаётся с лихвой! С этим никак не поспоришь, ведь есть же незримая справедливость, определяющая, какие замыслы достойны творческого озарения с последующим воплощением, а какие - нет. Если озарение не идет, то ты недостаточно потрудился, что-то не предусмотрел и не предвидел, не захотел разглядеть среди ведущих к поражению способов тот единственный, что приведёт к победе.
Именно поисками такого способа и занимался маэстро Витторио Вестри, ворочаясь на своей лежанке, вдруг ставшей непривычно комковатой и жесткой. По своему собственному разумению, он уже достаточно потрудился над поисками решения непростой задачи, и пора бы уже высшей справедливости снизойти, одарив старательного инженера своими благами! Видимо, чтобы он не пропустил этот момент, сон так и не шёл к нему, хотя за последние дни маэстро основательно вымотался и утомился, и теперь под глазами его залегли глубокие тени, а лицо стало еще бледнее обычного.
Более трепетную натуру, конечно, волновал бы не способ, а результаты действия, которое было задумано военным инженером и одобрено графом Лореншира. Поставить на вооружение орллевинской армии такое орудие, которое косило бы наступающую кавалерию или пехоту рядами, беспрерывно, ни на миг не умолкая и поливая живую силу противника беспощадным смертоносным огнём. Найти способ отнимать как можно больше жизней! "Это разве по-петериански?" - всплеснув руками, вопросила бы матушка, если бы узнала, что за мысли бродят в голове у сына. Сейчас матушки рядом не было, но инженер всё равно лишь пожал плечами в ответ, поднявшись с постели и в раздумьях стоя у стола в мятой ночной рубашке, всматриваясь в брошенный накануне чертеж.
Так-так, секундочку. А если...

Круги под глазами изобретателя стали ещё темнее, но сами глаза сверкали так ярко, что не стыдно было показаться графу Грациани. Именно к нему и направлялся Витторио, бережно придерживая плечевую сумку, пока протискивался сквозь плотную толпу на площади перед палаццо. Аудиенции на сегодня назначено не было, кортеж с каретой или хотя бы с верховыми гвардейцами к мастерской не присылали, но молодой инженер сам решил проявить инициативу и направиться прямиком в графский палаццо, прихватив с собой результаты своих бессонных, но плодотворных ночей. Или граф сам не говорил, мол, "будет прогресс - немедленно дайте мне знать"?
На подходе к воротам Витто намётанным глазом оценил обстановку. Гвардейцы на месте, и их количество определённо подсказывает, что граф сейчас в палаццо. Иначе, отлучись он по делам, добрая часть стражников сопровождала бы его в пути. А сейчас ресурсов хватало, чтобы удвоить обычную охрану, но это никоим образом не обеспокоило маэстро - даже обрадовало. Визиты в роскошный палаццо со временем перестали быть для него таким уж невиданным событием и редкостным переживанием. Чем чаще наведываешься на аудиенцию, тем больше привыкаешь к искусно расписанным плафонам, к фрескам и картинам, к позолоте, к мрамору и тяжелым бархатным портьерам.
Привратники не повели и ухом, пропустив знакомого изобретателя без лишних разговоров и расспросов. Правда, очутившись внутри палаццо и проделав непростой путь по лабиринту лестниц и коридоров, синьор Вестри удостоился удивлённых взглядом горничных, а после и вовсе вящего неудовольствия стражников, которые были приставлены непосредственно к дверям изысканного зала для приемов, где граф имел привычку проводить личные аудиенции. Хотя, тут уж они сами сплоховали: когда изобретатель приблизился к тяжелым дверям, толкнул створки и они слегка поддались, рядом не было ни одной живой души. Маэстро даже подумал, что кабинет пустует, но все-таки решил проверить - и не зря. В приоткрывшихся дверях его взгляду предстал сам Адриано Грациани, сидящий на привычном месте, и какой-то юноша, склонившийся над столом. Большего Витторио увидеть не успел - один из гвардейцев, видимо, прохлаждавшихся в примыкающей к залу комнате для охраны, бесцеремонно ухватил его за плечо и попытался оттащить от двери.
- Я военный инженер Его Сиятельства! - Возмущенно возопил изобретатель, хватаясь за ручку двери правой рукой - благо, стражник ухватился за левую. От этого дверь приоткрылась еще шире, и взгляды графа и его гостя обратились к визитёру. - И я по делу, между прочим! Это неотложно!
То ли стражник перехватил короткий кивок графа, то ли сам решил, что сопротивляться творческой натуре дальше бесполезно, но хватка почему-то ослабла, и взъерошенный мастер, метнув на гвардейца полный превосходства взгляд, переступил порог графского кабинета.
- Прошу простить меня за вторжение, Ваше Сиятельство, но я обязан был Вам доложить: прогресс пошел! - Со счастливой улыбкой во весь голос возвестил изобретатель, размашисто шагая по направлению к столу. К его странностям привыкли не только в мастерской, но и в палаццо, и сам он этим пользовался, иногда намеренно их усугубляя. Правила хорошего тона - это, конечно, дельно и полезно, но просветление ума-то всё равно всего превыше! И оно редко подчиняется расписанию аудиенций. Кроме того, многоствольные орудия были проектом важным и неотложным, поэтому инженеру не терпелось поставить графа в известность о своих догадках. Пока, конечно, без подробностей, раз здесь присутствует посторонний - взгляд Витторио метнулся к склонившемуся над столом юноше. - Всё, решительно всё, что мы обсудили, было мной воплощено на последнем чертеже, и я хотел бы узнать, когда Ваше Сиятельство изволит... изволит... когда... - еще не дойдя до стола, Витторио вдруг замер как вкопанный и округлил глаза, уставившись на графского визитёра. Его правая рука бездумно теребила сумку с чертежами, перетянув ее с бедра к груди, а сам изобретатель не мог отвести взгляда от лица молодого ремесленника - по крайней мере, одет он был как придворный ремесленник. - Прошу меня простить, я сбился, - пролепетал Витто в растерянности, моргая и обращая взгляд к графу, соображая, что неуместно так таращиться на его слугу в присутствии самого сиятельного господина. - Когда мы можем назначить презентацию и обсуждение, хотел узнать и... предложить провести как можно скорее, потому что всё уже готово, почти,- былой энтузиазм сменился озадаченностью: память художника услужливо подсунула воспоминания о прошлогодней встрече в мастерской, когда он видел точь-в-точь такое же лицо, как у этого молодого мужчины, склонившегося над каким-то наброском.
Вот только тогда это лицо принадлежало женщине.
- В общем... да. Быть может, если есть свободная минута, чтобы перемолвиться хотя бы словом, я бы спросил Вашего совета, в правильном ли двигаюсь направлении, - маэстро пробубнил что-то еще, вконец смешавшись, но потом ухитрился-таки взять себя в руки, вскинуть голову, хоть она и шла кругом, и, не глядя на ремесленника, уверенно припечатать: - Но та часть работы, что была поручена Вашим Сиятельством в прошлом месяце, успешно завершена, как бы то ни было!

Отредактировано Vittorio Vestri (2018-05-26 15:58:26)

+2

10

- Именно потому птица не подойдет, - терпеливо повторил Адриано, дожидаясь, пока художник не начнет раздумывать над новым вариантом для рисунка на украшении. Несмотря на то, что выложенные перед ним эскизы были достойны определенной похвалы, лорд Лореншира едва на них взглянул, чем, видимо, немало огорчил художника.
- Весьма искусная работа, подтверждающая ваши умения, но увы, я вынужден отказаться от этой идеи, - твердо произнес лорд Грациани. Не то, чтобы он совсем не позволял себе возражать, люди, которые были ему хорошо знакомы и владели знаниями в большей степени, нежели сам граф, решались делать Адриано кое-какие замечания. Но художник, которого он призвал к работе, явно не относился к этому узкому кругу лиц и потому, увы, его возражение слегка подпортило картину общения.
Однако, слова о том что лев - символ мужчины, немало позабавили графа и вернули его в более благодушное расположение духа. Атлантийское восприятие оказалось довольно интересным для орллевинца, но он сохранил серьезное выражение лица и лишь согласно кивнул в ответ на это замечание.
- Лев слишком устарающ и больше подходит для знамен нежели для милых дамских украшений, - подтвердил он слова художника и откинулся на спинку сидения, погрывая пальцами в воздухе и наблюдая за тем, как Лука из Бора снова ищет какие-то варианты для решения поставленной задачи. Между тем, молодой мужчина, видимо, пришел к какому-то выводу, потому что стал прямо перед ним делать какие-то наброски и заметки. Адриано продолжал медленно водить по воздуху пальцами, когда за дверью послышался какой-то шум а в кабинет буквально ворвался его военный инженер. Стражник перехватил его, но граф милостиво махнул рукой, показывая, что Витторио можно впустить.
Еще с порога синьор Вестри начал бодро говорить о достижении своих успехов и Адриано даже слегка подался вперед, заинтересовавшись его словами. Судя по нешнему виду, молодой человек не спал какой-то время и теперь явно силился рассказать все поскорее, прежде чем упасть и уснуть на месте с чувством выполненного долга. Затем, поняв, что он, видимо, пришел не очень вовремя, Витторио стушевался и не смог закончить фразу толком, но все равно был готов рваться в бой. Адриано поднял руку, останавливая все его слова.
- Синьор Вестри, - привычно слегка повысил голос граф Лореншира.
- Если ваше открытие ждало все то время, что вы добирались до моего кабинета, то оно подождет еще немного. Я закончу и займусь тем, что вы хотите мне показать, не откладывая, так что, готовьтесь к презентации, мне осталось недолго. Прошу, присядьте, - лорд Грациани кивнул в сторону стульев, дождался, пока инженер устроится на них, и вновь повернулся в сторону художника, который ждал его вердикта относительно украшения. Внимательно рассмотрев набросок, он слегка кивнул, соглашаясь с этим творческим видением.
- Пожалуй, сейчас эта идея более всего приходится мне по душе, синьор Лука. Ключ может означать и дверь в новую жизнь и ключ к сердцу, - хотя кто-то поговаривал, что и сердца-то у Адриано не было, пропало вместе с графиней и заперто в семейном склепе навечно.
- Понимаю, что это всего лишь набросок и чтобы оценить заключительный вариант потребуется время. Думаю, остановлюсь на этом направлении мысли, синьор Лука. Сколько времени вам потребуется, чтобы нарисовать вашей особенной техникой несколько вариантов для украшения и предоставить его? - Адриано понимал, что художникам порой требуется вдохновение, но сейчас он знал, что конкретно нужно будет нарисовать и потому устанавливал сроки. По крайней мере, если он устанавливал срок в два дня, а через пять не приходили, то можно было искать кого-то другого. Терпение графа было небезгранично, особенно к неумению держать слово. Тем не менее, сейчас он предлагал самому художнику оценить силы для собственного творчества и терпеливо ждал ответа на свой вопрос.

+2

11

Повернув лист в сторону графа, Лука застыл в ожидании вердикта. Хочешь отличиться - умей импровизировать мгновенно. Крутилась фраза в голове художника как вдруг раздался недовольный, возмущенный голос. Очень узнаваемый, громкий. И как способен один только человек навести столько шуму? Но, пожалуй, шуму было не так уж много, военный инженер умел и не такое, в этом сомневаться явно не стоило. Естественно Дина узнала голос как и обладателя этого голоса, поэтому по инерции обернулась в сторону вошедшего. Мать моя женщина! Провалиться мне под землю!
Лука быстро отвернулся, уставившись в листок. Нарисованное расплывалось перед глазами. Сердце затрепетало в груди как птица в клетке о которой буквально пару минут назад шла речь. Изобретатель Витторио появившийся со своим докладом на какое-то мгновение запнулся, осекся. Во всем виноваты их встретившиеся взгляды, не стоило поворачиваться в его сторону. Узнал. Кажется узнал. Я пропала! Так Дина, отставить панику! Это не последний день! Ох, как она боялась, что вновь с ним встретится и злодейка судьба предоставила эту возможность. Посмеялась так сказать. Всегда так в жизни, чего больше всего боишься, то и происходит.
Воздуха резко поубавилось в помещении. Дине показалось, что она медленно, но верно превращается в каменное извояние под названием - художник в работе. Лист перед ней с наспех начерченным узорчатым ключом расплылся окончательно, превратившись в смазанное пятно. Витторио собрался на последней фразе, продолжая отчитываться перед графом. Видимо решил не стадавать с поличным, по крайней мере не в первые две минуты. Надо было продолжать сохранять спокойствие, не выдавая себя, поэтому художник более не повернулся в сторону изобретателя. Не хотелось не нароком покраснеть. Бежать, бежать - желание одно крутилось в голове, но вернуться. Нельзя оставить работу незавершенной, если только курчавый мастер не решит всё-таки разоблачить. Тогда я скажу, что Ахмед и он меня спутал. Нас с братом часто путали, когда он премеривал юбки. Ха-ха. Нервный смех прозвучал где-то ехидно в голове притворщицы. Она выпрямилась как только граф вновь изволил обращаться к приглашенному атлантийскому ходожнику, мастеру узоров. Адриано оценил нарисованный эскиз, одобрив работу в этом направлении. Поинтересовался сколько времени займет.
- Мне будет достаточно двух-трёх дней.
Заверил Лука не давая усомниться в своих способностях. Когда дело доходило до работы, эта женщина примерявшая на себе образ мужчины, не замечала никаких помех, исполняя обещанное. Она уж постарается, чтобы граф был доволен и не разочаровался, что пригласил её в свои благородные хоромы. Быстро собрав свои эскизы со стола и поспешно складывая, молодой человек попятился назад.
- Разрешите откланяться и приняться за работу, Ваша Светлость.

+2

12

"Готовиться к презентации" мастеру было без надобности: всё, что он собирался рассказать и показать графу, не далее как этой ночью выплеснулось на пергамент обилием чернильных завитков и угольных набросков, а перед тем накрепко засело в сознании. Поэтому время, любезно предоставленное лордом для "подготовки", Витторио употребил по своему усмотрению. А именно: во все глаза уставился на свою знакомую, которая однажды наведывалась в мастерскую, а вот теперь стояла перед сиятельной графской особой, обряженная в мужское платье самым неподобающим приличной синьорине образом.
Первое изумление улеглось, уступив безграничному удивлению, а потом - даже озорству. В сознании маэстро ситуация начала обретать правдоподобные очертания. Видимо, гостья из Атлантии, интересовавшаяся примечательными механизмами в мастерской, а потом беседовавшая о ремесле своего батюшки, в самом деле имеет какое-то представление о том, как пользоваться той или иной кистью, и как положить краску на холст. А существует ли вообще почтенный батюшка-художник? Кто на самом деле владеет диковинной техникой точечного рисунка: сама чужеземка или всё-таки её отец? На миг в кудрявую голову изобретателя вкралась шальная мысль: а что, если ее батюшка уже слишком стар и немощен для того, чтобы самому принимать заказы и беседовать с господами, и поэтому вместо себя он посылает на такие встречи свою дочь? Обряженную, конечно, юношей, потому что девушку, возомнившую себя художницей, представить Витторио не удалось, как он ни старался.
Но отдельные слова, которые маэстро расслышал правым, ещё чутким, ухом, опровергли догадку. "Художник" только что набросал какие-то эскизы и теперь поспешно собирал свитки со стола. Так значит... иностранка сама рисует для графа?
Вытянув шею и следом весь вытянувшись в струнку, Витторио попытался разглядеть, что изображено на эскизах, но не преуспел. Чтобы занять себя, он стянул с головы треуголку и принялся мять её в руках, нетерпеливо ёрзая на месте. Со стороны могло показаться, что предстоящая презентация перед лоренширским лордом заставляла юношу нервничать и волноваться, но, положа руку на сердце, в последнюю очередь его мысли обращались к беседе с графом.
"Синьор Лука"... Расслышав это имя, Витто заёрзал активнее и замер только после того, как стул под ним громко заскрипел. "Нарисовать особой техникой... варианты украшения"... Заметив, что художник намерен откланяться и отправиться восвояси, молодой маэстро набрал в лёгкие побольше воздуха и, дождавшись, когда в беседе графа и Луки повиснет пауза, легко поднялся на ноги и со своей природной ловкостью вклинился в обсуждение.
- Я виноват, что вмешиваюсь, Ваше Сиятельство, - вкрадчиво начал изобретатель, и его лицо озарилось обезоруживающей улыбкой. По его лицу так и читалось: "Побуждения у меня самые добрые, вы еще не знаете, что потеряете, если не выслушаете!". - Но если речь об украшении, которое взялся для Вас набросать... синьор Лука, - озорного изобретателя так и подмывало в этот момент перехватить взгляд атлантийки, и он не удержался от соблазна - в упор посмотрел на художника, который уже успел собрать все свои эскизы, двинулся к выходу и норовил ускользнуть. - Могу заметить, что любое украшение, даже прихотливо украшенное, будет куда интереснее, если снабдить его простейшим устройством, которое приведет его в движение. Как, например, кулон со сдвигающейся крышкой и с музыкальным механизмом... Мы могли бы обсудить это с синьором Лукой, если бы он подождал меня после моей презентации. Если, конечно, он не прочь будет поведать мне кое-какие секреты своего атлантийского художественного мастерства.
Ещё один хитрый взгляд из-под темных кудрей, короткий поклон в знак почтения иноземному мастеру - и художники благополучно поменялись местами. Лука оказался ближе к двери, в то время как Витторио успешно делал несколько дел сразу: болтал не умолкая, приближался к столу и на ходу раскрывал один из свитков, которые прихватил с собой. Захочет ли загадочная чужеземка принять завуалированное приглашение, дождаться маэстро и объясниться? В том, что атлантийка узнала мастера, к которому однажды заглядывала, не было ни единого сомнения: зрение у изобретателя оставалось по-юношески острым, и он прекрасно различил растерянность, тенью скользнувшую по безусому лицу "художника". Конечно, чудная синьорина понимала, в какую передрягу угодила: Витторио легко мог выдать её секрет, и нет оснований полагать, что граф не поверит словам своего доверенного инженера.
Но станет ли он это делать?
Маэстро прищурился, выразительно вскинул брови, а потом резко развернулся на пятках спиной к атлантийке и шлёпнул пергамент на стол перед графом.
- Ваше Сиятельство, я готов начинать!

+2

13

Граф Грациани был весьма наблюдателен и потому заметил, как после появления Витторио художник начал спешно собираться. Данный факт заставил Адриано несколько удивиться, но он не подал виду и лишь степенно кивнул в ответ на заявление атлантийца.
- Благодарю, что не отказываетесь работать в стль сжатые сроки, я весьма вам признателен. Буду ждать вас через три дня, - было приятно осознавать, что художник вошел в положение лорда Лореншира и не отказался поработать. Да еще и с таким рвением, что собрался удалиться из кабинета графа прямо сейчас. Или же все же причиной был его появившийся маэстро, который поспешил вмешаться с собственным предложением? Ситуация выходила довольно забавной и лорду Грациани было любопытно, к чему же она может привести. Потому он задумчивым взглядом скользнул по приближающемуся изобретателю и потер указательным пальцем подбородок.
- Весьма занятная идея, синьор Вестри. Если вы сможете справиться с миниатюрным украшением и при этом не деформируете золото, из которого оно будет сделано, то вполне можете и обсудить данный вопрос с синьором Лукой, - властным жестом руки Адриано попросил атлантийского художника задержаться еще ненадолго. Промелькнула мысль и о том, что Витторио просто не хочет иметь при дворе графа конкуренции, ведь и он был весьма искусным художником.
- Я уже обрисовал, что мне нужно, думаю, синьор Лука полностью ухватил мою мысль. Мне нужно нечто особенное и не встречающееся ранее, нечто незаурядное и одновременно простое. Если вы сможете работать вместе и вам удастся создать невероятную вещь за короткие сроки - я буду очень признателен. В ваших талантах у меня нет сомнений и мне нужно быть благодарным, что вы пришли так вовремя. Кажется, сама судьба послала вас сюда, синьор Вестри. - граф Лореншира благодушно улыбнулся и кивнул головой в сторону атлантийского художника. Кажется, тому все еще было не по себе.
- Синьор Лука, я более вас не задерживаю, но если хотите переговорить с синьором Вестри немедленно - тогда подождите немного, он к вам присоединится, - Адриано перевел взгляд на молодого решительного маэстро и легким движением руки велел приблизиться. Пергамент энергично шлепнулся перед ним на стол.
- Что ж, синьор Вестри, я готов вас выслушать, - вновь привычно повысил голос лорд Грациани, расправляя на столе чертеж и вглядываясь в него. Заинтересованный, он вглядывался в конструкцию и жестом указал Витторио, чтобы он сел, а не стоял перед ним.
- Весьма занятно, синьор Вестри, думаю, в этом месяце вы получите двойное жалование. Должен де я как-то компенсировать то что вы, видимо, не спите ночами. Но если вы будете каждый раз так самоотверженно работать, ваш батюшка пойдет к лорду-протектору и заявит, что я слишком активно использую вашу работу в личных целях. Потому прошу - не загоняйте себя в могилу раньше времени. И знайте, что я довольно высоко ценю вас, как человека, который находится у меня на службе, - сделав это получительно замечание, Адриано развернул чертеж в сторону маэстро и уже более будничным тоном велел
- Ну а теперь я слушаю ваш рассказ.

+2

14

В Луке граф более не нуждался, а значит, самое время быстренько исчезнуть, что собственно наровил сделать атлантийский художник. Поспешно сгрёб свои эскизы и пятился в сторону двери, дабы не отвлекать высокородную персону от новых дел, возникших с появлением очередного мастера. Право же, заметно, что маэстро Витторио в фаворитах и его разработки в приоритете. Какому талантливому человеку не понравится, что его восхваляют? Кажется это даже способствует вдохновению, когда возложено столько надежд.
Лука намеревался выскользнуть, когда внезапно Вести предложил совместно поработать над заказом графа. Пришлось задержаться. Что он задумал? Всё о чём подумалось художнице в облике мужчины. Изобретатель по всей видимости не хотел так просто отпускать сложившуюся ситуацию и желал объяснений. Дине оставалось лишь надеется, что он не вздумает её шантажировать. Маэстро не был похож на отъявленного негодяя, впечатления о нём сложились положительные с прошлой встречи. Галантный, обходительный, не подходящий на роль грязного интригана. Возможно ему просто любопытно, почему Дина выдает себя за мужчину, но разве не понятно? Не достойное занятие для женщины заниматься изобразительным искусством, максимум игра на музыкальном инструменте - всё, что позволено слабому полу. По мнению мужчин, женщинам не место в мастерской, а удел их рожать детей и командовать на кухне. По мнению Дины - женщинам отведено две роли: первая - править умами мужчин, вторая - превратиться в несчастную супругу. Две эти роли ей совершенно не подходили, первого она не умела, а второе навевало смертную тоску. Поэтому она выбрала иной путь, притворяясь другим человеком и чувствовала себя абсолютно уверенно. Иногда ей казалось, что сама Дина умерла, зато родился на свет Лука и творит чудеса на холсте.
- Занимательную вещь предложил маэстро Вестри, - кивнул молодой человек, практически подпирая спиной дверь и крепко прижимая к себе собственные эскизы, будто не желая делиться с ними ни с кем. Вряд ли их кто-то собирался отнять, но они определенно давали силы отвечать твёрдо и сдержанно.
- Я подожду внизу. Возле ворот в палаццо у розового куста
Уточнил художник, где останется ожидать Витторио. Заодно подумает, что ответит Вестри на расспросы, но как не думай, разговор всё равно выйдет не такой какой складывается в воображении. Не предугадать исход. Неизвестно, что на уме у курчавого изобретателя. Выйдя из кабинета графа, Лука быстро пронесся по лестнице, пролетая пролеты, совершенно не замечая своей скорости. Таким образом, он уже через несколько минут мялся возле ворот в ожидании Витторио. Спрятав листы в кожаную суму и закинув её за спину, художник принялся рахаживать взад и вперёд отмеряя расстояние шагами. Лука заметно нервничал, но ожидания по всей видимости затянутся, поэтому к появлению Вестри следа не останется от переживаний. Атлантийский мастер успокоится, , приведет свои мысли в порядок. Подняв взгляд к небу, Дина удивилась насколько оно безмятежно. Февраль в Орллеи казался тёплым, но в её крае ещё более теплее, близится весна.

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ; » Самое главное украшение — чистая совесть [x]