Приветствуем Вас на литературной ролевой игре в историческом антураже. В центре сюжета - авторский мир в пятнадцатом веке. В зависимости от локаций за основу взяты культура, традиции и особенности различных государств Западной Европы эпохи Возрождения и Средиземноморского бассейна периода Античности. Игра допускает самые смелые задумки - тут Вы можете стать дворянином, пиратом, горцем, ведьмой, инквизитором, патрицием, аборигеном или лесным жителем. Мир Хельма разнообразен, но он сплачивает целую семью талантливых игроков. Присоединяйтесь и Вы!
Паблик в ВК ❖❖❖ Дата открытия: 25 марта 2014г.

СОВЕТ СТАРЕЙШИН



Время в игре: апрель 1449 года.

ОЧЕРЕДЬ СКАЗАНИЙ
«Я хотел убить одного демона...»:
Витторио Вестри
«Не могу хранить верность флагу...»:
Риккардо Оливейра
«Не ходите, девушки...»:
Пит Гриди (ГМ)
«Дезертиров казнят трижды»:
Тобиас Морган
«Боги жаждут крови чужаков!»:
Аватеа из Кауэхи (ГМ)
«Крайности сходятся...»:
Ноэлия Оттавиани или Мерида Уоллес
«Чтобы не запачкать рук...»:
Джулиано де Пьяченца

ЗАВСЕГДАТАИ ТАВЕРНЫ


ГЕРОЙ БАЛЛАД

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД

КУЛУАРНЫЕ РАЗГОВОРЫ


Гектор Берг: Потом в тавернах тебя будут просить повторить портрет Моргана, чтобы им пугать дебоширов
Ронни Берг: Хотел сказать: "Это если он, портрет, объёмным получится". Но... Но затем я представил плоского капитана Моргана и решил, что это куда страшнее.

HELM. THE CRIMSON DAWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ; » «Искусная технология неотличима от магии»


«Искусная технология неотличима от магии»

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

«Искусная технология неотличима от магии»

19 апреля 1449 года ● Орллея, Арвьершир, Авелли, поместье архиепископа

Адриано Грациани, Алеандер де Анж, Витторио Вестри

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Технологии шагают вперед огромными шагами, и то, что было недостижимо несколько веков назад, становится осуществимым в настоящее время. Молодому изобретателю Витторио Вестри удалось раскрыть секрет таинственной печати святого Иоанна, которая была украдена год назад из Рейниса. Подобное знание помогло ему воссоздать одну часть печати и необходимо было проверить ее работоспособность. Только вот заказчик печати, лорд Адриано Грациани, не спешит раскрывать творение изобретателя Святому престолу из недоверия к новому Папе. Возможно, для начала следует обсудить подобное открытие в узком кругу, в который должен войти и орллевинский архиепископ, у которого имеются свои секреты от Рейниса.

Дополнительно

- Незадолго до своего прибытия Адриано отправил Алеандеру весть, что им нужно обсудить нечто, связанное с магией. Алеандер может решить, что это связано с его исследованиями о способностях санаторов (на усмотрение игрока)
- Квест начинается с прибытия графа Лореншира и военного инженера в поместье архиепископа

0

2

В чем начинается величие?
Когда человек слышит порой это слово, то гордо выпячивает грудь и кичится какими-то достижениями и званиями, тем, что давно уже сделано и не всегда им. Другой же человек будет молча продолжать трудиться во имя этого величия, и труд этот будет происходить до самой его смерти.
Адриано Грациани как никто другой знал, какова цена собственному величию, равно как и величию Орллеи. Долгие годы труда, упорства, вложений, переговоров и потерь - и вот он в какой-то степени заслужил это звание. Но какой ценой? Убийства, смерти, потеря доверия, потери союзников, преодоление себя и быстро надвинувшаяся старость - вот все, что осталось с ним помимо громкого имени и богатства. Семья частично была потеряна, дети разлетелись по свету и не так часто могли видеться с отцом, а тот кто мог - не любил его уже так же, как в детстве. Много совершенных ошибок и много правильных путей. Это и была вся жизнь.
Но Адриано Грациани не останавливался на достигнутом. Вот и сейчас он ехал в экипаже с молодым, но перспективным инженером Витторио Вестри, который вез в руках шкатулку с весьма ценным грузом. Над ним пришлось биться несколько лет, пока не удалось создать нечто очень похожее на оригинал. Адриано знал, что часть печати точно рабочая, но был вынужден скрывать, каким образом проверил это. Свою репутацию ненавистника ведьм он тщательно оберегал и подтверждал раз за разом, пусть кто-то пытался шипеть обратное. Создание оружия против одаренных магией было для него важным достижением, которое позволило бы графу Лореншира и многим людям находиться в безопасности. Другое дело, что первому советнику не хотелось бы распространять эту информацию обширно, как это сделал Рейнис. Да и доверие Адриано к святому престолу было весьма скептическим - если он не пережил удар орллевинцев и позволил образоваться новой конфессии, то вряд ли он станет стоящим и надежным оплотом веры для людей. Уж если кому и пробовать доверять информацию - так только своим источникам.
Лорд Грациани обратился к своему военному инженеру с вопросом. Голос его привычно прозвучал чуть громче, чем нужно, чтобы молодой человек, сидящий напротив, его услышал:
- Синьор Вестри, Его Высокопреосвященство может по-разному отреагировать на то, что мы создали эту часть печати, так что будьте готовы ко всему, - разумеется, подобным делом должен был заниматься не инженер, а церковь, но Адриано равно смотрел в возможности веры и в возможности светлого разума. Разве клирики способны создать подобное? Ведь не Отец кует железо.
Наконец, гости архиепископа прибыли к его поместью в Авелли, неторопливо покинули карету и прошли в дом. Неторопливость отчасти объяснялась состоянием графа Лореншира - он уже не был молод, чтобы тратить лишнюю энергию на поспешное передвижение.
- Ваше Высокопреосвященсво, - Адриано с должным соблюдением церемоний поприветствовал архиепископа и дождался, пока то же сделает Витторио. Вполне возможно, что сегодняшний разговор будет не самым простым, потому что последнее дело, столкнувшее де Анжа и Грациани было малоприятным - суд над вдовствующей графиней Элшира породил некие разногласия и отразятся ли они на сегодняшнем деле было неизвестно.
- Полагаю, вы получили мое послание и можете поспособствовать нам в одном деле, которое напрямую затрагивает и вас. В связи с доверием к вашей персоне я хотел бы обсудить его сперва с вами, прежде чем докладывать о нашем открытии в Рейнис. Готовы ли вы к этому? - лорд Лореншира говорил спокойно, не мигая глядя на архиепископа и готовясь при случае дать знак Витторио, чтобы тот рассказал о части печати и смог продемонстрировать ее в собственной своеобразной манере.

+2

3

- Ваше Высокопреосвященство! Ваше Высокопреосвященство! - закричали из коридора и двери в приемную архиепископа мгновенно распахнулись. На пороге показался молодой паж. Он так торопился, что запыхался и не мог выговорить продолжение своей фразы. - Приб...приб...
Кто кого прибил? подумал Алеандер, стоящий около огромного окна боком ко входу. Мужчина тяжело вздохнул и медленно повернулся лицом к слуге.
- Отдышись сначала - посоветовал ему архиепископ, закладывая руки за спину и медленно направляясь к столу. Паж перевел дыхание и все же смог сказать новость, которую так хотел сообщить
- Прибыл Его Сиятельство, лорд Адрианно Грациани.
- Сопроводи их ко мне и встреть со всеми положенными почестями, да поживее. - у Алеандера не было времени на долгие бесполезные разговоры. Он заранее подготовился к встрече. Около его стола были поставлены два кресла для гостей, а между ними поставлен аккуратный столик, на котором были расставлены угощения и бокалы с вином. Путь то не близкий, вдруг визитерам захочется немного расслабится. В этом кабинете они уже встречались с графом и это было не в дружелюбной обстановке. Впрочем, Алеандер об этом не думал и не вспомнил бы. Прошло столько лет, что давние конфликты вспоминать уж точно не хотелось, да и не требовалось. Так что кардинал надеялся, что об этом не вспомнит и граф. Когда в приемную вошли двое, Алеандер находился за столом, удобно устроившись в кресле и положив локти на край стола. Днями ранее церковник получил от Грациани весточку, в коей он многое не говорил, но и сообщил достаточно. Обсудить нечто связанное с магией. Интересно что? Алеандер даже подумал о том, что его гениальный план на счет санаторов раскрыли, но он принимал серьезные меры и этого просто не могло случится. Месяц назад он, вместе с Ноэлией нашли в Авелли ведьму и теперь она служила на них, выполняя всякие требования. Если это раскроется, то Алеандер может получить по полной, ведь церковью запрещено связываться с ведьмами. Правда он не мог избавится от стойкого желания толкнуть ведьму в костер. Ему было противно даже находится рядом с ней, но он старался ради людей, ради будущего медицины. Ведь санаторы могут гораздо больше, чем обычные лекари. Ведьма все же научилась молится Создателю и Матери, при этом так же используя свой дар, что Анжа очень заинтересовало, но он еще был далек от разгадки. А теперь это сообщение от графа вызывает некие сомнения.
- Ваше Сиятельство - кардинал не стал подниматься со своего места а только приветливо кивнул головой, затем вежливо указал жестом на удобные кресла напротив. - Пожалуйста, присаживайтесь, вы наверное утомились с дороги. Если пожелаете остаться на ночь, я предоставлю вам с вашим спутником отдельные гостевые покои.
Взгляд Алеандера скользнул по Витторио Вестри, которого то и не сразу узнал. Минуло шесть лет с их последней встречи. Юноша подрос и возмужал. Кардинал своими глазами увидел как жизнь его покалечила. Молодой человек лишился руки, а по слухам, говорят еще и ослеп и оглох на два уха. Наверное все же это преувеличение. Кстати, починенная им шкатулка для мощей цела и невредима, правда что с ней Алеандер не знает, ведь церковь сгорела, а значит и реликвия тоже.
- Давайте перейдем сразу к делу, Ваше Сиятельство. - улыбнулся приветливо Алеандер, которого в какой-то степени порадовало обращение графа в таком дружелюбном тоне. Если нет агрессии, значит он тоже, вероятно, не желал думать о прошлом. О каком открытии вы говорите? еще больше насторожился Анж, он едва заметно напрягся, что можно было растолковать по разному. Он подумал и о печатях, о которых знал совсем немного. Неужели нашли хотя бы одну?
- Я целиком и полностью готов услышать из ваших уст все что угодно. Могу пообещать, что никто о нашем разговоре не узнает. В коридоре я поставил стражу. Никто не узнает, кроме, пожалуй, нас троих.
Правда Алеандер не понимал затем чем-то делится с Рейнисом, неужели не достаточно тех гадостей, которые они сделали для Орллееи. Но особой неприязни к папскому престолу кардинал не испытывал, ведь именно оттуда он получил сан архиепископа.

Отредактировано Aleander de Anje (2018-05-30 22:43:24)

+2

4

«Тело не будет согрето и освещено, а ум и дух не останутся во тьме»

Время не стоит на месте. Вереница лихих событий кружит голову и увлекает в бешеный судьбоносный танец, из которого иногда не мыслишь выбраться живым. Но маэстро Витторио Вестри всегда как-то выбирался. Сколько времени минуло с того дня, когда перед своим уходом мастер де Ланца проделал на его глазах огненный фокус: заставил обычный пергамент вспыхнуть и явить взгляду удивленного подростка-подмастерья загадочный знак четырех стихий? Память запечатлела момент так, будто это случилось вчера, но с того дня изменилось многое. Значение таинственного символа давно раскрыто, но проникнуть в знание глубже изобретателю довелось лишь недавно, когда граф Лореншира в очередной раз призвал к себе отличившегося на войне молодого инженера. Только речь пошла уже не об оружии. Точнее... не о таком оружии, с которым Витторио имел дело прежде. Порохом здесь и не пахло.

Как бы тут пригодились наработки маэстро де Ланца! Его последователю пришлось заново совершать паломничества в библиотеки и подолгу засиживаться над свитками и фолиантами, а потом пытаться собрать воедино всё то, что удалось узнать, вычерчивая бессчетные наброски и так же бессчетно их сжигая. Заметки из Рейниса стали существенным подспорьем, которого не было у Николло: конечно, прежде, чем печать украли, церковники успели по-своему ее изучить и описать. Но то был взгляд верующего на реликвию, и не было в нём отстранённости ученого-испытателя. Куда уж там до механической точности!
На то ты и инженер, чтобы самому внести недостающие детали. Или нет?

Лорд Грациани давно привык к особенностям своего военного инженера: в тишине кареты, замершей перед поместьем архиепископа, его голос намеренно прозвучал громче необходимого. Бледность выдавала волнение юноши, но в ответ он кивнул весьма уверенно.
- Я готов, Ваше Сиятельство. Готов унести ноги и, если что, прикрыть голову - это самое ценное, - его губы растянулись в привычной улыбке, и он поторопился первым выбраться из кареты, чтобы с почтением помочь графу последовать за ним. Серьезность визита изобретатель оценивал правильно, но жизнерадостный его настрой не иссякал никогда. Даже в тот момент, когда в шкатулке, что он держал в руках, лежала вещица, способная одним махом изменить историю инквизиции.
В поместье их ждал тёплый приём: двоих гостей быстро сопроводили в приёмную, и Витторио впервые за минувшие шесть лет увидел кардинала Алеандера де Анжа. Тот оставался серьезным и как будто невозмутимым, лишь скользнув по изобретателю беглым взглядом, но Витто не смог сдержать новой улыбки: как лихо он тогда нашёл укрытие от преследования в кардинальском сопровождении! И даже ухитрился проявить себя с лучшей стороны - так, что получил позволения переночевать у костра рядом с церковником, вне досягаемости его гвардейцев, тех еще душегубов. Кое-кто точил зуб на ушлого мальчишку после пары хлёстких фраз, на которые он в те времена не скупился.
Витторио вздохнул, улыбка его поблекла. Кто мог представить, что они встретятся по такому поводу в следующий раз?
Заручившись согласием архиепископа, изобретатель снова взвился на ноги - ещё раньше, чем к нему устремился выжидающий взгляд графа. Просят перейти сразу к делу? Это запросто! Но без вступления, конечно, не обойтись.
- Благодарю за оказанное доверие, Ваше Высокопреосвященство, Ваше Сиятельство, - он одарил каждого коротким поклоном, а потом откинул голову и воздел правую руку, готовясь жестикулировать для вящей убедительности. - Начну с краткого предисловия, если вы позволите. Для нас - и для науки, и для религии - не секрет, что тело человека таит в себе энергию, которая наполняет нас жизненной силой. Дух и плоть связаны неразрывно. Среди людей есть и те, чья жизненная сила прочно связана с другими... особенными силами, непостижимыми для разума, - конечно, речь шла о ведьмах, но Витто не был уверен, можно ли вот так прямо и вслух произносить это бранное слово перед архиепископом. - Я внимательно исследовал этот вопрос, - пришлось больше времени проводить у могильщика, анатомируя мертвецов, чем я сперва рассчитывал, но об этом рассказывать точно не стоит, - его теоретический и практический аспекты. И выявил способ, которым можно механически повлиять на способности человека. То же самое, что сильно ударить клинком и отсечь руку, - он ухмыльнулся и помахал своей аудитории собственным деревянным протезом. - Только бесконечно тоньше, не так топорно и очевидно. Я работал над воспроизведением инструмента, который механическим телесным воздействием перекрывает внутренние способности человеческого духа, и мне, смею надеяться, удалось отыскать один из способов. Я знаю, что оригинальный артефакт, - Витторио ловко поставил шкатулку на левую деревянную ладонь, а правой эффектным жестом открыл крышку, демонстрируя архиепископу треугольную печать, напоминающую одновременно массивное украшение и миниатюрное клеймо - тонкий, ажурно сработанный из металла символ огненной стихии, - применим в любом виде, хоть на лбу оттиск ставь, хоть на... на спине. Вся хитрость этой вещицы, - Витторио любовно посмотрел на своё детище, бережно уложенное на темно-синей бархатистой подушке внутри шкатулки, - в том, что на внутренней стороне она имеет углубления, зазубринки и выемки, которые можно ощутить, только если провести пальцем по металлу. Мне удалось подойти очень близко к оригиналу и повторить все эти премудрости, - правая рука маэстро скользнула в болтающуюся на плече сумку, и он извлек оттуда свитки со своими расчетами, набросками и выписанными из книг цитатами об устройстве печатей. - Но действует она лишь только на одном участке тела. Нежном, незащищенном и максимально восприимчивом. Некоторые полагают, что вместилище жизненной энергии именно там, так же как голова - вместилище ума, а сердце - вместилище чувств.
Витторио аккуратно пристроил шкатулку на стол перед архиепископом, сложил там же чертежи и опять отступил на шаг назад, чтобы оба его видели.
- Calias plexus, как называют врачеватели, или чревное сплетение, милорды, - правая ладонь изобретателя прижалась к телу ниже груди и выше живота. - Там, где соединяются рёбра человеческого скелета, если угодно. Имеются основания полагать, что здесь - средоточие энергии и сил, не только жизненных, но и тех, которыми наделены лишь некоторые из людей. И если умело механически воздействовать на calias plexus, то эффект может быть почти таким же, как от оригинального артефакта. Это уже испытано. Но печать работает только лишь в этой точке человеческого тела, в отличие от самого что ни на есть оригинала.
Взгляд Витторио ещё раз скользнул от кардинала к графу. Он опять коротко поклонился обоим и отступил назад, упершись коленями в сидушку кресла, но будучи пока еще слишком взволнованным для того, чтобы опуститься в него и невозмутимо сидеть. Только что за пять минут он выдал результат своих многомесячных трудов. Оставалось ждать вердикта, но мысленно изобретатель уже похвалил самого себя - по меньшей мере за то, что не отступил и не отвлекся в кратком рассказе на свои обычные цветистые метафоры и прочие лицедейские уловки, которые бывали уместны в делах не столь важных.

+2

5

Приятно иметь дело с понимающим человеком, потому в своем изобретателе Адриано не сомневался. Только слегка улыбнулся краем губ, что под бородой было не очень заметно. Слегка кивнув в ответ на предложение кардинала, лорд Грациани присел в кресло и устроился пойдобнее.
- Думаю то дело, с которым мы пришли, потребует длительного времени, и потому с удовольствием приму ваше предложение. - хоть прогресс и не стоял на месте, исследования все еще требовали довольно много времени и экспериментов. Если уж на создание печати потребовалось несколько лет, то уж на то, чтобы удалось своссоздать все потребуется еще больше времени, затрат и ресурсов. Возможно, Его Сиятельство даже не доживет до этого времени, но основа будет заложена и это дело можно будет продолжить дальше.
- Что ж, тем лучше. Надеюсь, это так и останется между нами, до тех пор, пока не придет определенное время, - посерьезнел Адриано и перевел взгляд на Витторио.
- Прошу, синьор Вестри.
Древние мудрости гласят, что если хочешь казаться мудрее - окружи себя глупцами. Хочешь быть лучше - оукружи себя успешными людьми, к которым стоит стремиться. Граф Грациани многому учился у своего молодого изобретателя, для того, чтобы говорить с ним на одном языке и лучше понимать, Его Сиятельсту приходилось ежедневно пополнять свои знания и подобный исход ему довольно нравился. Упражнения для разума помогали избежать возрастного слабоумия и первый советник чувствовал, что еще может себя проявить. Тем более, что в период затишься отъявленных мудрецов пока не осталось и пока соревноваться было, увы, не с кем.
Рассказ Витторио был для него уже понятен, хотя когда изобретатель принес ему печать в первый раз, Адриано пришлось здорово поднапрячься и позадавать вопросы, чтобы понять, как именно происходит работа печати, а после и испытать ее на себе. Результатом он остался вполне доволен и теперь был еще больше доволен рассказом.
- За несколько лет, что у нас были на изобретение копий печати, это огромный прорыв, ваше Высокопреосвященство. Ни одна печать раньше не работала, пока синьор Вестри не раскрыл секрет точно расположения для места оттиска и то, что узор печати должен располагаться не на одном уровне, а на разных. Правда, это только часть печати. Насколько мне известно, они действуют по правилам четырех стихий. Стихия огня, как изображено на этой печати, - Адриано слегка кивнул на копию артефакта
- Лишает силы любого мага. Мне пришлось привлечь к делу одного из инквизиторов и получить дозволения испытать на себе действие ведьмы-санатора, находящейся в плену. Ее магическая сила была опробована на одном из стражников, а затем и на мне, после того как я оставил на ее теле оттиск печати. Это сработало, - на самом деле этой ведьмы не существовало, но рассказывать о своем гвардейце-ведьмаке граф Грациани не стал. Это родство могло бы бросить тень на его семью, а лорду Лореншира не хотелось бы иметь дела с подобным и потому он тщательно скрывал информацию об этом и открыто не обвинял Леонардо Кастеллани в его делах. К тому же, он был должен ему жизни его дочери и обоих внуков.
- Но одного эксперимента недостаточно, Ваше Высокопреосвященство. Вы можете усомниться в этом, да и увидеть одному действие печати еще ничего не значит. Потому я предлагаю вам понаблюдать за этим. Увы, ту ведьму уже казнили, но если у вас имеется информация о какой-нибудь другой ведьме, что обладает способностями... То я мог бы вновь продемонстрировать действие этой печати. Вас заинтересует это предложение? - лорд Грациани прямо посмотрел на кардинала. По его взгляду нельзя было судить, знает ли оно каких-либо обстоятельствах или же пристально следит за каждым движением Его Высокопреосвященства.

+2

6

Дар санации это самое безобидное, что можно встретить среди ведьмовского отродья подумал про себя Алеандер внимательным взглядом скользя по графу, затем переводя взгляд на Витторио, который умело демонстрировал архиепископу шкатулку, а после и сам  таинственный предмет в ней. Он оказался и правда необычным, как по форме, так и по виду. Треугольник с непонятными узорами и символами. Интересно, что они означают? Анж не питал особого доверия к магическим вещам, потому и сейчас не очень то горел желанием прикасаться к непонятной штуке, пусть ее хоть и десять раз вертели в руках. Там, куда показывал изобретатель, между пупком и ребрами располагалось вся сущность человека - душа. Значит печатью можно исцелить душу ведьмы? Возможно она уже рождается с искривленной человеческой сутью в виде этого проклятого дара. Вполне возможно.
- Долго действует печать? - задал первый вопрос, что пришел на ум, Алеандер. Он же не знает сколько она прослужит, да и наверное сам граф с подмастерьем в этом не осведомлены. Может быть это лишь кратковременный эффект. - А где тогда остальные печати?
Вот бы собрать их все вместе и, может быть они части одной, могущественной, большой печати, которой можно лишать дара любую ведьму, без привязки к определенной специализации. Правда неизвестно что будет после того как все печати будут собраны. Может быть из-за этого действия в мир Хельма придет настоящий хаос. Эти печати как шкатулка Пандоры. Это немного пугало Алеандера, но он не привык слишком долго сомневаться. Заявление Грациани о том, что он уже испробовал печать на одной из ведьм заинтересовало кардинала и он поднялся из-за стола, дабы притянуть к себе шкатулку поближе и внимательно изучить содержимое. Трогать пальцами он так и не решился ничего, только смотрел, раздумывая над сказанным. Если действительно лишать ведьм магии, то можно обойтись и без костров, уносящих десятки сотен жизней год за годом. Когда граф сказал о том, что ведьму все равно сожгли, Алеандер как-то помрачнел. Энтузиазма в ней как-то поубавилось. Зачем тогда надо было сжигать женщину, если дар магии она уже потеряла? Это излишняя жестокость при том, что санаторы ничего плохого не совершают. У Алеандера была знакомая ведьма в городе, но раскрывать ее личность он не собирается. Женщина лечила людей, пусть и с помощью своего дара данного непонятно кем то ли Создателем, то ли самим дьяволом. Никого из своих посетителей она не покалечила, по этой причине Аж ответил весьма уклончиво.
- Увы, но нет. С ведьмами я не вожу ни дружбы, ни состою в деловых отношением. Попробуем разыскать кого-нибудь, ну или вы поищите, потому что у меня дел и без этого невпроворот. Хотя если вы дадите мне в помощники Витторио Вестри, то мы справимся с ним гораздо быстрее. - видно было Алеандер не хочет чтобы ему составлял компанию граф Грациани, дело тут могло быть по разному растолковано от давней обиды из-за судебного процесса, до обычного личного недоверия к нему. Епископ перевел взгляд на подмастерье и краем губы ему улыбнулся. Вот с ним будет интересно, правда еще неизвестно насколько Вестри умеет хранить тайны. Алеандер посчитал Адриано слишком жестким в таком деликатном деле и тот будет только мешаться под ногами. Возможно у них могло что-нибудь получится совместно, но не после той новости, где уже лишенную дара несчастную ведьму сожгли заживо. - Если, конечно, синьор Вестри умеет пользоваться печатью и не против поработать дальше на святую церковь.
Кардинал вновь опустился в кресло, устроившись в нем поудобнее и прекратив обращать внимание на шкатулку. Печать это, конечно, хорошо, но пока сам не увидишь ее в действии то сложно будет поверить в ее свойства.

+3

7

«Умей оставаться самим собой, и ты никогда не станешь игрушкой в руках судьбы»
Обычно на аудиенциях, где доводилось поучаствовать молодому изобретателю, присутствовал только один бесспорный лидер и властелин, вокруг которого сосредотачивалась почётная свита. На презентации или во время полевых испытаний маэстро Витторио брал на себя ответственность за практическую часть дела, а церемониал был неизменно сосредоточен вокруг графа Грациани. Или барона Вероны Тимотео Костанцо, встречаться с которым приходилось перед и во время войны, разразившейся между Орллеей и Хельмом. Но сейчас Витто вдруг оказался на аудиенции, где численное превосходство важных господ было очевидным. Ощущение было странным, но не лишённым приятности.
"Кого слушать? Кому первому оказать честь своим ответом?" - Не без самодовольства подумал изобретатель, против воли расплываясь в многозначительной хитрой улыбке, переводя взгляд с одного важного лица на другое. Лорд Лореншира был его несомненным покровителем, господином и благодетелем. Архиепископ Арвьерский - значимой персоной, к которой они оба прибыли на приём. Но оба они сейчас внимали ему. Другой на месте синьора Вестри мог бы оробеть и засмущаться, но мастеру важность момента только придала уверенности, а его словам - весомости.
- Важно понимать, Ваше Высокопреосвященство, - первым Витто решил просветить кардинала насчет того, что ему и графу было уже давно известно, - что это не одна из легендарных печатей, а только копия одной из них. Может быть, нам удастся создать копии всех четырех, чтобы составить из них одну цельную. Сразу замечу, что на это может потребоваться не один месяц, а то и не один год скрупулёзной работы, - он важно потрогал гладкий подбородок перепачканным в чернилах указательным пальцем. - Их изготовление представляет собой немалую сложность, а иначе копий истинных печатей уже давно насоздавали бы столько, что ведьм бы не осталось вовсе. И ни следа от их магии тоже. Самые что ни на есть оригиналы были украдены из Рейниса, - маэстро нерешительно взглянул на графа Грациани, словно опасаясь, что тот прервёт его речь. Хотя, если они явились к кардиналу, можно не бояться сболтнуть лишнее, ведь так? - Где оригиналы сейчас - неизвестно. Что до срока действия... - изобретатель пожал плечами. - Осмелюсь предположить, что это зависит и от силы магического воздействия, которому подвергается человек с нанесённой на кожу печатью, и от силы магического дара, который печать призвана погасить или ослабить. А ещё от четкости отпечатка. Можно разогреть печать добела и оставить на теле самое настоящее клеймо, - ...как на скотине, ведь как сильно нужно бояться ведьм, чтобы добровольно подвергнуть себя такой малоприятной процедуре? Нет уж, пусть колдуют, как по мне. Главное - ничем никого из них не гневить, тогда останешься цел. - Могу предположить, что такое клеймо будет действовать до тех пор, пока останется заметным отпечатком на коже. Чем бледнее будет оттиск - тем слабее воздействие.
Витторио хотел было добавить что-то ещё, но вовремя осекся, примолк и заложил руки за спину. Интересно, насколько увлекся граф испытанием действия печати на той пленной ведьме-санаторе? Исследования и испытания копии легендарного артефакта были делом столь важным, что изобретателю было чётко велено с каждым мало-мальским успехом и продвижением в работе мчаться с докладом к Его Сиятельству. Не было и речи о том, чтобы испытывать действие печати на ком попало или на себе самом, чем Витто иногда грешил - как в своё время маэстро Николло де Ланца. Собственноручно подвергнув этому неизвестную ведьму, граф Грациани немало изумил своего военного инженера. Но, похоже, дух авантюризма и жажда новых знаний ещё блуждали в убелённой сединами голове сиятельного господина. Или он так сильно опасался ведьмовских проклятий, что использовал первый попавшийся шанс, чтобы от них уберечься? Витторио при испытаниях не присутствовал и колдунью не видел, но довольствовался положительным отчётом о действии изобретения и похвалой графа.
Тем временем беседа приобрела интригующий поворот. Разыскать ведьму, чтобы испробовать действие копии печати ещё раз? Желание вполне разумное, да и самого изобретателя терзало пытливое любопытство. Но чтобы пуститься на поиски самой настоящей ведьмы? Разоблачить, схватить и пленить её, раз уж ни у кого нет на примете подходящих кандидаток? Больше похоже на задачку для инквизиторских ищеек, чем для маэстро.
Витторио растерянно моргнул. Отказываться напрямую от сотрудничества с кардиналом и церковью - опрометчиво и опасно, но давать своё согласие в обход господина, у которого состоишь на службе - ещё и глупо. Поэтому взгляд изобретателя обратился к Адриано Грациани.
- Если вдруг я могу оказаться полезным Его Высокопреосвященству, хоть и не представляю пока, каким образом, - неуверенно пробормотал он так, что сам толком не расслышал. - Само собой, я знаю, как использовать печать, но с ведьмами никогда не встречался, да и вообще... - изобретатель благоразумно умолк и округлил глаза, не отводя взгляда от лица графа. А как же служба на благо защиты Орллеи? Модернизация вооружения? Усиленное оснащение приграничных фортов и флота?
В конце концов, Витторио нашёл единственно подходящие и уместные слова. Он почтительно склонил голову и пожал плечами, произнося своё логичное и ожидаемое:
- Буду счастлив сделать на благо Орллеи и церкви всё, что в моих силах.

Отредактировано Vittorio Vestri (2018-06-12 14:41:19)

+1

8

Несомненно, печати смогли заинтересовать внимание Его Высокопреосвященства, хотя было бы странно, если бы не смогли. Подобное изобретение было настоящим чудом и прорывом в их мире, в котором обитали маги. Чревоточина и болезнь, которую не так просто было истребить. Они размножались, подбно чуме, и несли свой отравленный дар дальше. Нетерпимость к магам диктовалась внутренним страхом не совладать с чем-то неизученным и неизвестным и потому их лучше всего было истреблять, но появление мага в кругу их семьи заставляло приглядываться - вдруг в ком-то из родных проснется этот отравленный дар? К счастью, оружие против ведьм позволяло в какой-том ере обезопасить себя и лорд Грациани был готов вкладываться в это. В политике, где можно умереть от яда или кинжала, смерть от рук ведьмы была бы самым постыдным фактором. Кажется, жена архиепископа тоже потеряла мать из-за ведьмы? Странно, что в его глазах было мало энтузиазма и лишь наводящие вопросы, которые задал бы любой скучающий лорд, которому показали некое диво, которое ему не особо нужно. Это выглядело довольно подозрительно. Возможно, что лорд Грациани ошибся в выборе союзника?
Адриано медленно кивал в ответ на все объяснения Витторио, словно подбадривая его. Все дополнения были довольно существенными и важными и показывали, где именно ошибались в свое время прочие изобретатели. И все равно без того, кто сделал открытие, было бы невозможно изготовить следующие копии. Увы, большинство исследователей остались в своих учениях далеко позади молодого маэстро, а найти еще кого-то, кто мог бы быть на равных с синьором Вестри было непросто.
Попытка кардинала намекнуть на то, что он сам бы поработал с Витторио без участия графа была воспринята с легкой ноткой раздражения, которую, впрочем, Адриано не позволил отразить на своем лице. Лишь вопросительно приподнял брови и перевел взгляд на своего военного инженера, которому враз стало неуютно и он, судя по всему, не знал, как ответить правильно,  в итоге отделался лишь дежурной фразой. Зато вот у лорда Грациани было на сей счет свое довольно определенное мнение.
- Боюсь, что это невозможно, Ваше Высокопреосвященство. Однажды я уже доверил работающего на меня маэстро на благо церкви, снарядив его на поиски печатей. И что же в итоге? Сейчас он, абсолютно слепой, находится в поместье в городе Ланц на заслуженном покое. Он получил это, добывая печать. Увы, но терять еще и синьора Вестри я не намерен, его работы бесценны и его достойно оплачиваемый труд нужны мне самому. Поскольку создание печати происходило с моего ведома и с моей помощью, я вправе считать изобретение синьора Вестри нашим общим детищем и потому все исследования должны происходить под моим контролем. Иначе не будет, - граф Грациани кивнул Витторио, чтобы тот закрыл шкатулку с печатью и забрал артефакт в свои руки, дабы его не утащили загребущие пальцы архиепископа. Печально, но факт - работать с таким человеком он не станет.
- Что ж, если вы не желаете сотрудничества, мне стоит обратиться к другому человеку, у которого точно не будет проблем с тем, чтобы найти ведьму, - Адриано не очень хотелось идти с обращением к главе Ордена Инквизиции, так как он не очень доверял этому моргардцу, но другого выхода не оставалось. Хотелось надеяться, что с тем человеком удастся установить контакт лучше. А этот гасконец может и дальше носится со своими обидами и даже заявить в Рейнис с докладом - граф Лореншира уже готовил на этот счет оправдание и знал, что скажет в подобном случае.
- Синьор Вестри, пожалуй, нам стоит уйти. Благодарим за гостеприимство, Ваше Высокопреосвященство, не станем вас более задерживать, - Адриано медленно понялся со своего места, собираясь покинуть не самое гостеприимное поместье.

+1

9

Чего-то подобного Алеандер и ожидал от Грациани, попытка договорится с которым всегда плохо заканчивалась. Последний раз они виделись тоже во враждебной обстановке и по поводу графини Элвершира. Вот Витторио был рад работать даже на архиепископа, если бы только не его "господин" Адриано, который буквально мешал. Анж даже пожалел, что не успел ухватить подмастерье раньше и нанять его на работу. Стоило сразу брать молодца за шею, еще тогда, при первой встрече. Все же у Вестри есть талант и хваткий ум, но да ладно, уже поздно жалеть об этом.
- Ваш подмастерье не умеет работать с печатями? Он вроде бы показал их действие совсем недавно. - подозрительно заметил кардинал, сощурив глаза. Он почувствовал в словах графа подвох. Неужели соврал? - Тем более вы сами сказали, что уже испробовали действие печати на ведьме и провели первый эксперимент. Ничего не случилось и никто не пострадал, раз вы здесь, передо мной.
Все это было очень подозрительно, особенно поведение Грациани, который по ходу брал наскоком и на самом деле он даже не знает как на самом деле действует печать. Врет и не краснеет. Алеандеру стало немного обидно из-за этого. Раз Его Сиятельство пришел договариваться, то надо говорить правду, а не лгать прямо в лицо. Впрочем, сам Анж тоже не чистая душа, он соврал о том, что не знает где найти ведьму. Ему хотелось тоже поучаствовать в эксперименте, увидеть рождение нового века без ведьм и десятков и сотен загубленных жизней и их жертв и их самих. Придется согласится, раз граф так хочет быть рядом и видеть все своими глазами, но только при определенных условиях. Если эти условия не устроят Его Сиятельство, то пусть выметается прочь.
- Постойте - буркнул Алеандер, мысленно кляня себя за это - Хорошо, я предоставлю ведьму, но только если вы дадите мне некоторые гарантии и согласитесь с моими требованиями. Сейчас я расскажу вам все, что мне удалось узнать за десять лет. Возможно, это немного изменит ваш мир.
Алеандер потянулся рукой вниз стола и достал из ящика туго перетянутую кожаным ремнем книжку, после чего положил ее поверх стола и накрыл ладонью. Сначала стоит узнать реакцию графа на сказанное, а потом, возможно, можно будет ему и окончательно доверится.
- Здесь я изложил все, что знаю. Мне запрещали проводить исследования в этом плане, но мне удалось узнать, что ведьмы не так просты как кажутся. Одни умеет только приносить зло в этот мир и вредить, остальные наоборот, способны исцелять и поднимать на ноги даже тяжелобольных, притом, что последние не умеют делать то, что совершают первые и наоборот.
Так как большую часть своей жизни Анж провел в библиотеке Рейниса ему были доступны многие сведения, скрытые в глубине хранилища.
- Я изучил огромное количество книг и архивов и пришел к такому выводу.
Алеандер на всякий случай всего не говорил, ибо знал о графе не так много. Не хотелось попасться самому под взор инквизиции, как пособник ведьм.
- Но перейдем к самому нашему делу. Все эксперименты будут проходить в подвалах моей резиденции. Из присутствующих никаких посторонних, кроме меня, вас, Витторио и ведьмы. Чтобы вы удостоверились в том, что это именно ведьма, она проявит свой дар, допустим, на кошке или собаке. По окончанию эксперимента я заберу ее и вы никогда ее больше не увидите, но буду приглядывать. Нужно будет узнать, возможно, действие печати лишь кратковременный эффект.
Хоть Анж и состоял в ордене инквизиторов, но тайно ненавидел Великого Инквизитора, этого моргардского палача, нет, мясника, который пугал его своей жесткостью. Никому невыгодно узнавать о ведьмах больше, их выгодно сжигать на костре, потому что все имущество осужденных уходит церкви. Алеандер хотел изменить церковь и он должен пойти не по пути насилия.

+1

10

- Синьор Вестри уже далеко не подмастерье, а мастер, причем лучший в своем деле - вполне спокойным и будничным тоном поправил слова архиепископа лорд Грациани, тем самым задевая его еще больше и показывая собственную невнимательность священнослужителя. Вполне возможно и сам Витторио обратит на это внимание и оценит, насколько церкви не важная его должность.
- Тогда - ничего не случилось и никто не пострадал, но никто не гарантирует успех в следующем мероприятии подбного толка. Наука - это нечто, испытываемое методом проб и ошибок. И если в результате такой ошибки я потеряю своего лучшего инженера из-за простой оплошности - то уж лучше пусть эксперименты совершаются с кем-нибудь понадежнее, - или сговорчивее.
- Не сомневаюсь, что вы будете соблюдать все меры безопасности, но либо мы принимаем участие в экспериментах вместе, либо не принимаем вовсе. Синьор Вестри, идемте, - видимо, молодой кардинал был бесконечно глуп, раз не мог ничего понять с первого раза, особенно важность и ценность полученного изобретения, в которую другой вы вцепился зубами и не отпустил. Потому лорд Лореншира даже успел повернуться и сделать пару шагов, когда услышал за спиной недовольный отклик. Для сохранения интриги граф Грациани еще на секунду остановился, а затем медленно повернулся в сторону кардинала и сделал Витторио знак рукой, чтобы и он задержался. Затем повернулся и сделал пару шагов обратно по направлению к де Анжу.
- Если вы примете мои условия, то я приму ваши. Это будет справедливо, Ваше Высокопреосвященство, - было любопытно, что же такое изложит ему кардинал, что просто перевернет представления Адриано о мире и его устройстве, которые устанавливались годами, а в обществе - веками. Печати сами по себе были прорывом и выходом на оружие в борьбе с ведьмами и потому лорд Грациани охотно поверил в них. Но кто сказал, что он быстро поверит в то, что годами не могло поколебать его твердую натуру? Но то, что сообщил ему священнослужитель едва ли не заставило Адриано усмехнуться и лишь самообладание помогло графу удержаться от улыбки и ответить с вполне серьезным лицом.
- Ваше Высокопреосвященство, я прекрасно осведомлен о том, кем являются ведьмы и что они могут. Также, как и прекрасно знаю, что каждая травница в любой деревне может оказаться ведьмой просто потому, что обладает знаниями о травах и их исцеляющих особенностях. Сколько таких женщин осудила инквизиция? Лично я сосчитать не могу. Но как бы то ни было - нельзя называть пособниц дъявола несущими добро. О том, что подобные люди действительно существуют известно даже в широких массах. Да что там - говорят они исцеляли самого короля Чарльза Найтона, а позже - и лорда-регента Генриха Найтона. Как результат - оба они скоропостижно скончались. Говорят, что королеве в свое время тоже помогли ведьмы и ей удалось родить троих детей, двое из которых сейчас мертвы, а третья томится в политическом плену. Это ли не расплата за вмешательство в деяния Создателя? - о том, что кто-то из магов спас его дочь Адриано предпочел умолчать и забыть, потому что это оказывало влияние на его решения.
- Вы считаете, что подобные люди могут принести пользу обществу, а я считаю, что не следует давать им в руки подобную власть. Представьте, если они объединятся и создадут свое движение, в котором будут решать, кому даровать право жизни, а кто умрет. Представьте, что они, пособницы дъявола, вмешаются в политику снова. Они опасны, - лорд Грациани помнил, что только спасение Лукреции и сведения о ведьмах при королевском дворе не дало ему отправить Леонардо на костер и подобное превосходство неимоверно его раздражало. Он предпочитал бы вообще не видеть племянника при дворе, но это выглядело бы подозрительно и графу приходилось держать Кастеллани при себе.
Видимо, кардинал был слишком молод и наивен, раз не понимал всей опасности самого существования ведьм, да еще и решался говорить об этом так открыто и признаваться, что у него где-то есть ведьма и судя по всему - как раз санатор. Какие же мысли роятся в его голове и что находится в той самой книге, которую он придавил рукой? Было весьма любопытно, но Адриано предпочел перейти к самому делу и выставленным условиям. Что ж, мысли Адриано действительно подтвердились и в подвалах здания действительно имеется ведьма. Что же кардинал с ней делает? Развлекается по ночам?
- Разумеется, Ваше Высокопреосвященство, это справедливые условия. И к слову, - последние условия показались для графа Грациани весьма забавными и он едва сдержался, чтобы вновь не показать собственные эмоции и остаться строгим и спокойным.
- Не я подписал тот приговор, приказ о казни исходил не от меня, - молодые борцы за справедливость всегда забавляли его. Адриано был уже в том возрасте, чтобы понимать, что в одиночку изменить что-то довольно трудно, нужно всегда искать себе союзников. Архиепископ как раз был тем самым одиночкой и не вполне понимал, что не сможет без должной поддержки протолкнуть собственные идеи. Адриано мог бы стать его сторонником, но пока не получил никаких особенных интересных фактов.
- Когда вы можете дать нам приступить к экспериментам? - подвел точку в этом разговоре граф Грациани.

+2

11

Ишь какой важный. Ишь какой свирепый с ухмылкой про себя подумал Алеандер, которого манера Грациани начинала постепенно раздражать. Ведет себя как хозяин в его резиденции, ставит себя перед архиепископом, словно последний глупый юнец. Адриано считает себя здесь самым умным и опытным, подмечая каждую неловкую ошибку своего оппонента.
- Никто мне не сообщал о том, что Витторио Вестри мастер, а не подмастерье, я не могу утверждать то, чего не знаю. - я не слежу за его судьбой мысленно отреагировал на заявление Адриано кардинал, спокойно и вальяжно откинувшись к кресле.
- Будьте добры, граф, не забывайте об истинном вашем визите ко мне. - конечно Алеандеру были интересны печати, это же каким открытием они могли стать, принести столько пользы и избавить мир от ведьм. Вот бы еще попробовать действие печати не на санаторе, а на ком-нибудь еще, чтобы точно знать, как она действует. Алеандер хотел бы продолжить свои исследования в области магических знаний и сделать какое-нибудь открытие, которое сделало бы жизнь людей более спокойной. В нем бились две соперничающие между собой, мысли. Хотелось использовать санаторов в пользу церкви, дать возможность безнадежно больным людям вернутся к жизни и избавить их семьи от страданий, по умершему родственнику. С другой стороны как контролировать это все, да и получится или нет, Анж не знает. Он ненавидит ведьм, но, если подумать, они могли бы помочь...Столько несчастных умирает от ран, от болезней, от какого-нибудь неизвестного недуга.
- Вы говорите о случайностях, а не Божьей каре, Ваше Сиятельство, не стоит примешивать Создателя ко всему, что творится в мире. Ему это, определенно, не понравится. Все упоминают Создателя, каждый раз, даже не думая, стоит ли. - постепенно напряжение стало накаляться в кабинете архиепископа. Он едва сдержался, чтобы не сказать "граф".
- Кто же отпустит их без контроля? Разве только глупец. Никто не собирается этого допускать. - саркастически заметил Алеандер, который обеспечивал ведьме защиту, а взамен она работала на него. Стоит ли вообще отдавать ее в застенки подвала? Наверное придется найти другую, потому что такая хорошая аптекарша под рукой понадобиться и дальше. Мало ли, что может случится с Ноэлией, тем более ей еще рожать, наверное. В любом случае кардиналу понадобиться время, чтобы найти замену и он найдет ее. А ведь еще эти украденные свитки и книги из библиотеки, про старообрядцев. Алеандер не мог в них разобраться самостоятельно. Все люди разные, почему ведьмы должны объясняться, словно стадные животные. По одной точно можно было посудить, что она желает помогать людям, ну и, разве что, немного заработать на жизнь для себя. О какой власти граф говорит? Не все ее хотят. Главное чтобы ведьма, как оружие, не попала в чужие руки.
- Вы можете остаться у меня в резиденции, вам выделят апартаменты. - помедлив немного кардинал продолжил - Впрочем, если хотите можете остановится в Авелли. Сегодня я приглашаю вас с Витторио на вечерний ужин, а завтра ближе к ночи мы приступим к работе. Днем у меня важная встреча, я не смог уделить вам должное внимание. - придется искать другую ведьму, если не найдется, придется отдавать ту, что есть.
- Вы слышали об документах временах старообрядцев, которые хранятся в хранилище Рейниса? - как бы ненароком обронил Алеандер, едва не сказав "хранились", но вовремя прикусив язык. Иногда кардинал бросал взгляды на Витторио. Почему ты молчишь? спрашивали глаза церковника, который не понимал, почему подмастерье проглотил язык. Конечно понятно, что граф его покровитель, но как же собственное мнение или оно для него не так важно. Плясать перед графом Алеандер не собирался, если ему что-то не нравится, то пусть идет на выход. Кардинал с ним готов сотрудничать, но личной симпатии он не питал, особенно после той манеры, в которой шел их разговор. У самого Грациани рыльцо тоже в пушку вероятнее всего.

Отредактировано Aleander de Anje (2018-07-15 23:29:16)

+1

12

Когда переводить взгляд с одного сердитого лица на другое уже порядком надоело, маэстро Витторио опустил голову и стал сосредоточенно рассматривать свои собственные башмаки, как если бы только сейчас впервые их увидел, и их вид его порядком удивил. "Лучше бы еще раз дали слово мне, чем вот так препираться", - пронеслось в кудрявой голове изобретателя, и его губы дрогнули в едва заметной усмешке. - "Уж я бы нашел, чего им эдакого рассказать. Заслушались бы, разинув рты. И никаких тебе бестолковых споров".
Когда граф Грациани обратился напрямую к Витто, он встрепенулся, пожал плечами, захлопнул шкатулку, которую держал в руках, и уже сделал шаг в сторону двери. Но кардинал всё же остановил их обоих, передумав прерывать аудиенцию так рано, и инженеру пришлось опять последовать примеру Лоренширского лорда, замирая на прежнем месте и только изредка переминаясь с ноги на ногу.
- Извольте, Ваше Высокопреосвященство, я в самом деле мастер. Наделён всеми надлежащими полномочиями и обладаю всеми необходимыми навыками и знаниями о моей науке. В том числе и знанием о механизме действия печатей, само собой, - подтверждать это лишний раз на словах после того, как был обнародован непосредственный результат, было странновато, но кто знает все причуды влиятельных господ? Для изобретателя это не составило особого труда; разве что горло пришлось ещё раз напрячь, проговаривая то же самое другими словами. - Однако понимание механизма действия и воплощение его в жизнь - не суть одно и то же. Потому и требуются долгие недели и месяцы чертежных наработок, эскизов, а после - экспериментов на натуре... Без них никак не обойтись, а потому нужна и ведьма, которая подвергнется процедуре.
Интересно, что сказал бы на всё это маэстро Николло? Граф упомянул его вскользь, напомнив о незавидной судьбе маэстро, и Витторио лишь усилием воли сделал вид, будто пропустил эти слова мимо ушей. Хотя на деле они глубоко его тронули, разбередив старую рану на сердце. Если бы мастер узнал, что его подмастерье сумел сделать то, к чему стремился он сам, что он сказал бы ему? Похвалил бы? Или пожурил бы за то, что трагический опыт наставника ничему не научил бывшего ученика, который теперь сам суётся из огня да в полымя по примеру неугомонного маэстро? Как если бы увечье, полученное на войне, ничему его не научило. Как если бы он не знал об участи, которую коварная судьба уготовила для старшего изобретателя. Влезать во всё это ещё глубже, чем влез сам Николло - и ради чего?
Но пути назад уже не было. Его решительными шагами отсекал лорд Грациани, приближаясь обратно к кардиналу. А сам Витторио мысленно признался себе в том, что даже если судьба еще раз приведёт его в городок Ланц, то он не станет рассказывать своему старому мастеру обо всем этом. Николло потерял зрение, но обрёл покой - и ни к чему бередить ему душу россказнями о старых рискованных авантюрах.
Вставить свое мнение о ведьмовских чарах, о вреде и пользе магии и об угодности колдовства воле Создателя Витто, конечно, не осмелился. А, покопавшись в своем воображении, решил, что ему и вовсе нечего добавить к этой теме, даже если бы он и захотел молвить свое веское слово. Он здесь не для того, чтобы рассуждать о нравственности, морали и благочестии, в конце концов. Он - исполнитель, мастер, тот, чьими умелыми руками воплощаются в жизнь отчаянные и смелые замыслы. Без его практических умений все эти дискуссии были бы бессмысленны: именитые господа могут сколько угодно дуть щеки и важничать, но дай им в руки молоток и гвоздь - и они скорее покалечатся, чем сумеют метко ударить первым по второму. А потом отыщут с десяток виновных и покарают их по всей строгости законов, которые сами и придумают. Нет уж, тут лучше помолчать.
Но подойти поближе как бы невзначай и повернуться хорошо слышащим правым ухом, ловя каждое слово разговора, никто ему не запретит. В конце концов, он такой же участник секретной аудиенции, как архиепископ и граф.
- Я готов приступить к испытаниям завтрашней ночью, - легко согласился изобретатель, заметив, что граф теперь не спешит отвергать предложение церковника. Молчание - знак согласия, так ведь? Или сосредоточенной работы ума, которая читалась по выражению лица благодетеля и господина. Почему бы не дать ему лишнее время на размышления, заняв паузу и разбавив молчание своим ответом? К тому же, кардинал устремил на юношу столь требовательный выжидающий взгляд, что молодому маэстро стало слегка не по себе. - Принять приглашение и отужинать сегодня с Вашим Высокопреосвященством я тоже готов, почту за честь, - тут даже не пришлось кривить душой. Уж очень любопытно, чем угощают гостей эдакой неземной особы, как архиепископ. В ответ на эти размышления желудок отозвался тихим протяжным урчанием, поэтому Витторио повысил свой звучный голос ещё больше. - Что до документов из Рейниса - я знаю, что маэстро де Ланца имел к ним свободный доступ, ведь он в свое время был легатом. Самому мне, увы, с ними работать не доводилось, а то немногое, что я об этом слышал, едва ли поможет затеянному нами делу. Но если Ваше Высокопреосвященство считает, что с ними необходимо ознакомиться для продолжения моей работы, я с удовольствием посвящу некоторое время их изучению. Разумеется, с Вашего позволения, - он повернулся и почтительно кивнул графу, а потом вновь перевёл взгляд на церковника. - И с Вашего благословения.

Отредактировано Vittorio Vestri (2018-07-03 21:43:26)

+1

13

Иногда приходилось доверять какие-то действия весьма сомнительным союзникам, пусть это и было довольно удручающим для Адриано. Но сейчас была та самая крайняя мера, на которую приходилось идти ради прогресса. Если их эксперимент засвидетельствует церковь, то дальнейшие исследования пойдут быстрее и проще. Но вот как совладать с тем, что тебе противостоит кардинал, не принимающий никакого иного мнения помимо своего собственного? Увы, порой церковники были уперты исключительно в своей правоте и вертели мнение так, как было угодно им. Вот и пассаж про Создателя заставил Адриано внутренне вздохнуть и едва ли не возвести глаза к небу, но опыт и выдержка помогли ему удержаться от этого и ответить вполне спокойным тоном.
- Увы, но я не верю в случайности и совпадения, Ваше Высокопреосвященство. Я полагаюсь исключительно на факты и они весьма ярко демонстрируют сказанное мной, - однако, вступать в дальнейшую полемику Адриано не стал. Переругиваться не было никакого желания, да и доводить кардинала до белого каления было бы слишком быстро и скучно для графа. Но тот подкинул ему новую идею дя философского изречения и лорд Лореншира все же улыбнулся, хотя из-за бороды это было не очень заметно.
- Если не они сами будут использовать это благо, то кто-нибудь другой, контролирующий их, станет раздавать право на жизнь. Суть одна, история повторяется, - рассказывать более глубокое видение этой ситуации граф не стал, да и в разговор вступил Витторио. Адриано был этому даже рад, иначе перепалка продлилась бы дольше и они не достигли бы ничего.
- Благодарю за гостеприимство, Ваше Высокопреосвященство, но не хотелось бы вас стеснять, тем более, что в Авелли сохранилась моя резиденция и я давно хотел ее посетить. Но мы непременно прибудем к ужину, благодарю за это щедрое предложение, - кто знает, может в неформальной обстановке удастся чуть больше узнать о каких-то намеках кардинала на какие-то тайные знания. Адриано никогда не упускал возможности услышать что-то большее, чем он знал. Показывая демонстративную небрежность к выказываемым сведениям, он на деле ловил каждое слово и запоминал его.
- О подобных документах я слышал от одного из родственников моей покойной супруги, который в свое время также занимался розыском печатей и смог отыскать одну из них. Но увы, самостоятельно изучить их мне не довелось, - пусть в библиотеке Адриано и находились некоторые копии работ из хранилища Рейниса, вряд ли он мог вместить в себя все тайные знания места пребывания святого престола.
- Думаю, если бы это помогло в нашем деле, то их изучение было бы обязательно, но если эти работы все еще хранятся в Рейнисе, то это поставит под удар всю нашу секретность. Полагаю, что не каждому доступны подобные работы и если невозможно будет сделать это тайно, то лучше отказаться от подобного шага хотя бы на начальном этапе, - Адриано не пресекал идею на корню, но довольно решительно убирал все то, что сейчас могло стать больше помехой, нежели подмогой. Смиренно склонившись, лорд Грациани произнес.
- Что ж, раз мы решили основные вопросы, думаю, нам нужно отбывать в резиденцию. Мы навестим вас вечером, Ваше Высокопреосвященство, и продолжим нашу увлекательную беседу. Благодарю за столь теплый прием и до скорой встречи, - первый советник коротко кивнул Витторио и они оба удалились из резиденции. Казалось, что взгляд кардинала сверлит их спины и лорд Грациани в очередной раз спросил себя, насколько хорошей была идея приехать в этот дом. Однако же процесс был уже запущен и прерывать его сейчас было бы весьма неразумно. Уже в карете Адриано повернулся к маэстро, а затем коротко и четко произнес.
- Спрячьте печать в своих одеждах, а в шкатулке оставь копию. Так будет надежнее. Сейчас, когда мы раскрыли тайну еще одному человеку, есть опасность что печать украдут. А возможно и вас тоже. Так что берегитесь, синьор Вестри, я приставлю к вам личную охрану, - после этого предупреждения лорд Грациани как ни в чем не бывало стал смотреть в небольшое окошечко, чтобы оценить виды бывшей столицы и подъезды к дому, в котором он в свое время проводил довольно много времени. Им предстоял интересный вечер.

Отредактировано Adriano Graziani (2018-07-19 10:49:28)

+1


Вы здесь » HELM. THE CRIMSON DAWN » ХРАНИЛИЩЕ СВИТКОВ; » «Искусная технология неотличима от магии»